Чтение онлайн

– Не зарекайся. Может, ты решишь огород развести.

– Мне до огорода еще далеко. Про огород я ближе к пенсии думать буду.

Неожиданно Галина перестала копать, воткнула лопату в землю и указала пальцем на вырытую яму.

– По-моему, тут никого нет, – гробовым тоном заявила она.

– Как это – никого?

– Так это – никого. Пусто. Я уже выбрала всю мягкую землю, дальше так называемый материк – веками не тронутый пласт земли!

– К чему ты клонишь? – растерянно спросила я.

– Тетку уже выкопали.

– А кто? – с дуру спросила я.

– Не знаю, я при этом не присутствовала! – раздраженно ответила Галя.

Я почувствовала, что близка к истерике.

– Галина, а как же деньги? Как же двадцать тысяч долларов?!

– Видимо, кто-то позаботился о деньгах раньше нас.

– Неужели Лев? Неужели он решил проверить, что же я тут раскапывала? Вот сволочь! И закопал все как ни в чем не бывало. – Помолчав несколько секунд, я вновь посмотрела на разрытую яму. – Галенька, миленькая, я тебя умоляю, я заклинаю тебя Христом богом, копни еще разок, ну пожалуйста, вдруг ты ошиблась и еще не все потеряно. Может, не там копаем? Я это чувствую. Я это знаю.

– Что без толку копать?

– А вот и не без толку. Ты попробуй!

– Мы только время теряем. Пустое все это.

Я не хотела сдаваться.

– Попытка – не пытка. Давай еще разок, а?

– Ну почему ты такая упертая! Нет тут никакой покойницы, набитой деньгами. Твой Лев очухался и уже деньги откопал. Интересно, а труп-то ему зачем?

– Он такой же мой, как и твой.

– Извини. Закапывать яму не будем. У нас времени в обрез.

Я хотела снова возразить, но удержалась.

Добравшись до трассы, мы поймали попутку и поехали домой. Было ясно, что у меня становится все меньше и меньше шансов вернуться на родину. Шанс – это деньги. А их у меня, к сожалению, нет. Закрыв глаза, я с ужасом поняла, что никогда не попаду на улицу Академика Скрябина. Никогда. Я попыталась представить мужчину с огнестрельным ранением здоровым и невредимым. Красивый мужик, высокий, атлетического сложения. А какие у него глаза… Выразительные и проницательные.

Галина улавливала не только мое настроение, но и мысли. Она взяла меня за руку и прошептала:

– Не переживай. Все будет нормально. Я что-нибудь придумаю. В конце концов, у меня есть кое-какие связи.

– Связи связями, а деньги деньгами, – вздохнула я.

– Если есть связи, значит, будут и деньги.

Дома меня ждал приятный сюрприз. Маленькая Дина спала и, по всей вероятности, в наше отсутствие даже не просыпалась. Сев на пол рядом с диваном, я полюбовалась дочкой, а потом погладила ее по пухлой щечке пальчиком. Господи, какая же она беззащитная и родная!

– Спит? – шепотом спросила Галина и присела рядом со мной.

– Спит.

– Странно.

– А чего тут странного?

– У тебя была такая неспокойная беременность, а родился такой спокойный ребенок.

Я выразительно закатила глаза и покачала головой.

– Ну разве так можно говорить! Сплюнь, а то сглазишь.

– Я не глазливая.

– Все равно сплюнь.

– Пожалуйста.

Галина несколько раз плюнула через левое плечо, я улыбнулась и потрепала ее за ухо.

– Вот это другое дело.

– И все же ты зря. Суеверия все это.

– Еще утром у меня была надежда и шанс вернуться в Россию, а сейчас ничего этого нет. Я думала, что все мои неприятности подходят к концу, а они, оказывается, только начинаются.

– Не думай об этом.

– А о чем мне еще думать?

– О чем?

Галина посмотрела на меня игриво и, лукаво мне подмигнув, направилась к холодильнику. В ее руке очутилась бутылка. Посмотрев на этикетку, я тихонько присвистнула:

– Что это?

– Шампанское. Разве не видишь?

– Вижу. Но ведь оно «Советское»!

– Понятное дело, не американское.

– А откуда в Штатах «Советское шампанское»?

– Это я из России привезла. Думала, открою по особо торжественному случаю.

– А ты считаешь, что сейчас торжественный случай?

– Еще какой!

Беззвучно хлопнув пробкой, Галина разлила шампанское по бокалам.

– За что пьем? – спросила я кокетливо.

– За тебя.

– За меня?!

– Да.

– И за что же мне выпала такая честь?

– За то, что ты замечательная, красивая женщина. А еще ты очень хорошая мать.

Услышав последние слова, я чуть было не опрокинула бокал шампанского на себя. Сделав пару глотков, поставила бокал на пол. Галина потянулась к моим губам. Положив руки мне на бедра, она притянула меня к себе и прошептала вкрадчиво:

– Не думай о плохом. Не бывает таких проблем, которые нельзя решить. Я думаю, что мы справимся.

Я всмотрелась в ее лицо. Никогда в жизни я не видела лица выразительнее, чем у нее. Никогда. Галина меня волновала. В ней сочетались жесткость и чувственность. Я и представить себе не могла, что такое сочетание может производить ошеломляющее впечатление.

Галина смотрела на меня нежными голубыми глазами, и я поняла, как сильно она любит меня. Ее нежные умелые руки доводили меня до экстаза, заставляли испытывать сумасшедшее наслаждение…

Я потеряла рассудок, хотелось кричать… Я не думала и не хотела думать, что в данный момент я отдаюсь не мужчине, а женщине, в каждом поступке которой, в каждом действии чувствовалось самое настоящее мужское начало.

С бешеной скоростью неслась по моим жилам кровь. Я дрожала, была не в силах вымолвить ни слова. Временами казалось, что мое сердце просто останавливается, а потом начинает бешено колотиться. В который раз Галина поцеловала меня так, как целуют любимую женщину после долгой разлуки. Этот поцелуй был долгим и страстным… Мне показалось, что он длился целую вечность. Она изучала мой рот своим языком, я чувствовала настоящую мужскую и какую-то неземную страсть. Никогда, ни разу в жизни меня никто так не целовал. Бесконечная, излучающая жар нежность… Я словно утратила чувство времени и реальности. Я ничего не ощущала вокруг. Ничего, кроме ее тела. Мне показалось, что еще немного – и загорится все вокруг нас. Это будет настоящий пожар. Пожар наших сердец и пожар нашей всепоглощающей страсти. Страсть заполнила нас обеих, мы стали заложниками ее пленительного света.

Не удержавшись, я прогнулась под Галиной и громко застонала. Мне захотелось, чтобы это обладание было полным и в мое лоно ворвалось самое настоящее мужское естество. В который раз Галина уловила мое желание и резко оторвалась от моих губ. Наши взгляды встретились, и я увидела в ее глазах неподдельную боль.

– Я обязательно сделаю операцию, – прошептала она, скрывая слезы. – Я обязательно стану мужчиной. Вот увидишь. Я сделаю все, что от меня требуется. Если бы я только знала, что когда-нибудь тебя встречу! Если бы я знала… Но ведь я даже не могла предположить…