Упс, малыш для босса мафии
Шрифт:
Мои глаза наполняются слезами, когда я моргаю, глядя на тарелку. У него был план?
— Мой начальник уволил меня, — всхлипываю я.
— Я знаю. Я убил его, — его слова падают, как тяжелые камни в воду.
Теперь моя очередь онеметь. Наверное, я должна была догадаться — так Безмолвный Босс из Мортлейка решает проблемы. Но все равно… Вау. Не то чтобы я желала Денису долгой и счастливой жизни, но… смерть?
Марков пожимает плечами.
— Я был очень зол. То, что между нами произошло, много для меня значило. А ты исчезла.
— Это был мой первый раз, — вырывается у меня. Я чувствую, как пылает мое лицо. — Я не знала, что делать, когда…
— У меня тоже, — он кивает, как будто это само собой разумеется, и накалывает вилкой хрустящую картошку.
Я на миг отвлекаюсь, наблюдая, как его губы обхватывают кусочек еды.
Мой мозг догоняет смысл его слов.
— Подожди. Твой первый раз?.. — я судорожно ищу логичное объяснение. — Без презерватива? — шепчу я, оглядываясь, чтобы убедиться, что никто не слышит. — Или… в офисе? — это было бы логично, потому что…
— И то, и другое.
Мой мозг зависает, как браузер с сотней открытых вкладок и колесиком загрузки. Я не могу этого осознать.
Марков спокойно смотрит на меня, словно не сказал только что, что он — красивый, богатый, могущественный — был девственником, когда занялся сексом с девушкой настолько низкого ранга, что я буквально работала в подвале его компании.
— Прости, на секунду мне показалось, что ты сказал, будто ты был девственником, — я нервно смеюсь, стараясь показать, как абсурдно это звучит.
Его глаза прищуриваются, но он просто берет бургер и спокойно откусывает.
И вот тогда я начинаю понимать. Он серьезен.
— Но ведь у тебя наверняка были женщины, которые сами бросались к твоим ногам.
— Они были не ты, — хрипло отвечает он.
Мое сердце делает сальто. Если мужчина, который почти никогда не говорит, вдруг произносит такие слова — они значат все.
— Но ты ведь меня не знал, — возражаю я, хотя внутри мне приятно это слышать.
Он кладет бургер и смотрит прямо на меня своими спокойными серыми глазами.
— Я не был заинтересован, — он пожимает плечами. — Я не мог рисковать покушением. Безопасность. Время, — сухо усмехается. — Я был занят.
Я киваю. Это звучит логично.
— Но на самом деле я ждал свою пару.
Мой смех звучит натянуто:
— Как будто ты из сказок про фейри?
Его взгляд темнеет.
— Татуировка, — он протягивает руку через стол и кончиками пальцев скользит по моей голой руке, оставляя за собой дорожку тепла и мурашек. Мое тело откликается на него, как и раньше — внутри все вспыхивает. — Знак, что ты моя.
— Не на бедре? — я показываю на ногу, где у Солен в нашей аудиокниге была метка, стараясь говорить непринужденно.
Его губы кривятся в хищной улыбке, взгляд опускается на мой живот.
— Там у меня уже есть подтверждение, — тихо тянет он. — Хочу, чтобы было в видимом месте. Всегда.
Это так бесстыдно и откровенно властно.
Я краснею. Да, еще шесть месяцев и будет совершенно очевидно, что мы с ним занимались горизонтальным танго. А потом… Интересно, будет ли малыш похож на него?
Я надеюсь.
— Ты моя, Эмили. А я твой.
Его слова окутывают меня, как шелк, но мне все еще трудно поверить, что это действительно происходит.
Его дом стоит ниже по течению реки от офисов Мортлейка, где я работала. Огромное старинное здание, с четкими строгими линиями, как у особняка времен Георгианской эпохи. Я успеваю отметить это только мельком — Марков тащит меня через парадный холл, держит за руку, будто я дикое животное, готовое вырваться на свободу, а не счастливая девушка, которая идет с ним по собственной воле.
Вдоль коридора — деревянные двустворчатые двери. Он распахивает их настежь, и я замираю с перехваченным дыханием.
Мои глаза готовы выскочить из орбит. Кажется, я вот-вот упаду в обморок.
Это огромная, круглая библиотека. Пока я вхожу, пошатываясь, а Марков стоит рядом, весь напряженный, я понимаю, что она в три этажа высотой. Изящная лестница плавно спускается вниз, к мраморному полу.
Полки забиты книгами. На каждой — идеально выстроенные издания одного и того же размера и цвета. Я подхожу ближе и вдруг понимаю: здесь собраны все книги фэнтези-автора, которого я когда-то читала. Я… я рассказывала о нем Маркову? А на другой полке — все книги писателя, чью аудиокнигу мы слушали вместе.
Это невозможно. Над каждой полкой — маленькие таблички с буквами, обозначающими фамилию автора. Все книги выстроены в идеальном алфавитном порядке. Ни одного пустого места, ни малейшего пробела.
Мое сердце готово вырваться из груди. Я провожу кончиками пальцев по корешкам книг. Их здесь больше, чем я когда-либо видела даже в огромных книжных магазинах.
Целая жизнь, наполненная чтением.
Полки закругляются под большой лестницей, и я дохожу до дверного проема. Оборачиваюсь. Марков стоит в двух шагах позади, руки в карманах, темная голова склонена. Клянусь, в его серых глазах — тень неуверенности, когда он кивает, показывая, чтобы я вошла.
Внутри полумрак, и глазам нужно время, чтобы привыкнуть. А потом я вижу новые полки — в маленькой, уединенной комнате. В центре — огромное кресло, почти как двуспальная кровать, прикрытое тяжелым мягким пледом. Встроенный маленький столик, идеально свернутые провода для зарядки и наушники той самой дорогой марки, которую я себе не могу позволить.
— Это уголок для аудиокниг! — я смеюсь, восторг вырывается из меня сам собой, и я оборачиваюсь, чтобы улыбнуться Маркову.
Мини-холодильник с напитками, полки со всевозможными снеками — все в пределах досягаемости. Идеальное уютное место для чтения. Теплый свет лампы окрашивает розовые пледы в мягкий персиковый оттенок.
У меня ноет сердце. Неужели это… для меня?
Мой взгляд цепляется за полку на уровне груди. Она заполнена потрясающими коллекционными изданиями — книги выставлены корешками внутрь, чтобы были видны рисунки на обрезах, которые я раньше видела только в интернете… и мечтала о них.
— Игра шипов и драконов! — восклицаю я. Кажется, это наша серия. — У нее своя отдельная секция!
А в центре — стопка белых листов, резко выделяющаяся на фоне ярких книг.
— Что это? — показываю я.