Чтение онлайн

– Только не сегодня. Флора, я очень устал и не хотел бы испортить тебе настроение своим скучным видом.

– Джулианито! Ты не можешь так со мной поступить! – глаза итальяночки блеснули в темноте обидой и гневом. – Это будет слишком жестоко!

– Прости, милая, но я правда не могу. Увы, королевская доля – это не только развлечения, – Джулиан поднялся, замерев как раз напротив девушки.

– Последнее время ты находишь минутку для всех, кроме меня! Такое ощущение, что ты меня избегаешь! Ты разлюбил, да? Нашел себе другую? Ну-ка покажи мне эту профурсетку, и я объясню ей что к чему! – все больше распалялась принцесса. Ее темперамент был слишком горяч даже для итальянцев.

– Эту профурсетку зовут работа, и, увы, кроме меня некому с ней разобраться, – терпеливо улыбнулся Джулиан. Он вложил в свой голос как можно больше мягкости, ласки и теплоты, в улыбку – жаркого обожания, а во взгляд волшебных глаз – то поистине чарующее обаяние, которое всегда выручало его в подобных ситуациях. Такому влюбленному красавцу-скромняге просто невозможно было закатывать безобразные сцены ревности. Винтер знал это и пользовался, и уже в следующий миг кудрявая головка итальяночки покоилась на его груди, а руки быстро-быстро гладили плечи, как будто пытались надолго запомнить столь дорогие для них прикосновения.

– Я не хочу с тобой разлучаться. Вообще не хочу, чтобы между нами стояло что-либо! Давай куда-нибудь сбежим? Только ты и я. И проживем остаток дней вдали от всех, только вдвоем. Я просто жить без тебя не смогу, если ты уйдешь. Мне тяжело без тебя каждую минуту. Я не хочу тебя ни с кем делить – ни с твоими друзьями, ни с придворными, ни с моим отцом – ни с кем! Я хочу, чтобы ты принадлежал только мне! Весь, целиком, без остатка!

– Милая… – Джулиан ласково погладил ее волосы, одной рукой легко приобняв за талию. – Что за пораженческие мысли? Я всегда буду рядом с тобой, по первому твоему зову. Ты всегда можешь на меня рассчитывать. Я тебя обожаю, боготворю твою красоту и восхищаюсь бесподобным характером. Но иногда ты похожа на котенка, которого дразнят игрушечной мышкой. Мышку постоянно дергают за хвост, и она ускользает, и котенок не может ее поймать. Забудь обо всем, не терзай себя предрассудками. Иди лучше спать, а то напророчишь себе кошмаров. Обещаю, что к концу этой недели я буду только твоим и полностью подарю себя твоим шаловливым ручкам.

– О, Джулианито! Мой ненаглядный, я обещаю, что буду очень-очень ценить этот подарок! – вздохнула Флора.

Он ненавязчиво выпутался из ее объятий, посчитав разговор законченным, и предложил проводить ее до комнаты. Флора, горевшая желанием продлить волшебные минуты нахождения рядом со своим возлюбленным, с радостью согласилась. Но даже на пороге ее апартаментов они еще долго самозабвенно целовались, прежде чем молодой человек смог наконец уйти.

Дик уже дожидался его возле домика пастуха Малленгейма и, едва заметив фигуру приближающегося друга, ехидненько заметил:

– А ты не торопишься! Я уж думал, ты не придешь. А… чем это от тебя пахнет? Знакомые духи… Ах, Джулиан, как тебе не стыдно! Ты опять устраивал целовашки-обнимашки со своей обалденной страстной итальяночкой в то время, как твой друг стоял здесь и замерзал, тебя поджидаючи! Да еще и волновался, не случилось ли чего! Как же ты бессердечен!

– Прекрати паясничать, – поморщился Винтер. – Сам понимаешь, не так-то легко отвязаться от моей итальяночки ввиду ее обалденности и страстности. Поверь, я торопился, как мог. Но без магии у меня все летит вверх дном!

– Пытаешься вызвать у меня сострадание?

– Я не нуждаюсь в жалости, тем более в твоей.

– Какой ты сегодня злой! Что-то случилось?

Черные колдуны быстрым шагом направились к лесу. Эта ночь выдалась темной и ветреной. Небо заволокли клубящиеся мглистые тучи, загородившие собой луну и звезды; из них полетели крупные мокрые снежинки первого ноябрьского снега. Резко похолодало, и молодым людям приходилось плотнее кутаться в плащи, чтобы не замерзнуть. Погода не располагала к общению, но мои герои не пренебрегали разговором, выбирая его как неплохой способ согреться.

– Венс испортил мне настроение, – нехотя признался Джулиан. – Мальчишка отличается ослиным упрямством. Он не хочет воспринимать меня и зацикливается на своей ненависти. Я, видишь ли, виноват в том, что разлучил его с друзьями! А то, что жить в его балаганчике, все равно, что медленно загнивать в болоте, он понять не хочет! Глупец не сознает, что потом будет меня благодарить за то, что я показал ему лучшую жизнь.

– Вопрос только в том, когда наступит это "потом", – произнес Дик, внимательно выслушав скупые слова своего друга, – о неудачах тот не любил распространяться. – Может статься, тебе твоей вечной жизни не хватит, чтобы убедить его в своей правоте.

– Посмотрим. Я действительно заинтересован в этом мальчишке, чтобы так просто от него отказаться.

– Тогда попробуй отнестись к нему терпимее и лояльнее. Начинать знакомство со скандала – не самый лучший вариант.

– Я и сам понимаю это. Но компромисс возможен только в том случае, если обе стороны этого добиваются. Квентин же бросается из крайности в крайность, и я не совсем уверен в том, что в достаточной степени могу понять его. Он уже в столь раннем возрасте придерживается определенной жизненной позиции. И если что-то начинает подрывать эти устои, порочить его идеалы, он начинает защищаться с потрясающим для ребенка его лет консерватизмом. Это мое первое впечатление о нем, и отчего-то мне кажется, оно – самое верное.

– В таком случае, попытайся стать для него идеалом. Мне кажется, это будет самый правильный путь, – посоветовал Дик.

– Я ни для кого не хочу быть богом, я всего лишь человек, и мне не требуется, чтобы на меня молились. Но я хочу, чтобы моим словам верили, верили без каких-либо доказательств и оправданий, потому что я еще никого не обманул… из тех, кто этого не заслуживал, – тяжело вздохнул Джулиан.

– Винтер, ты – Черный колдун, – тонко ухмыльнулся Дик, и даже его все понимающие глаза в этот момент тоже искренне улыбались, – и именно поэтому тебе никогда не будут верить на слово. Ты – Зло, и речи для тебя – пустая игрушка.

– Почему же все исключают понятие честного Зла? – горькая ухмылка коснулась изысканных губ короля Кэрриса. – Нельзя ставить всех на одну доску. Нельзя сравнивать меня с другими, если уж на то пошло. Не просто же так все колдуны, и Черные, и Белые, однажды назвали меня Великим? Конечно, я понимаю, общественность такова, что сегодня она тебя возвеличит, а завтра смешает с грязью, но… Я где-то слышал интересную фразу: способность может вывести вас на вершину, но требуется характер, чтобы удержать вас там. Дик, разве я похож на бесхарактерного человека?

– Не похож, но именно поэтому никто не собирается сбрасывать тебя с этой самой вершины, – передернул плечами черноволосый колдун.

– А Самперкот?

– Он тебя беспокоит? По-моему, вершину власти он будет делить с тобой всегда, пока жив. Вы наиболее яркие представители диаметрально противоположных лагерей. Это нормально. Только он – идейный вдохновитель, а ты пускаешь все на самотек, посмеиваясь над его бурной деятельностью. Вот он и не упускает возможности доказать тебе, что Зло можно искоренить, хотя бы самое отъявленное. Если ты заметил, он всегда без сомнений бросает вызов верхам Черных, провоцируя на схватку самых умных и сильных. Мечтает лишить нас нашей элиты и не боится возмездия. Тебе повезло с соперником, Джулиан. Он никогда не даст тебе расслабиться, да и скучать не позволит. Для тебя это прекрасная закалка.