Чтение онлайн

– Сергей? Ты?

Перед ним стоял пропащий сын Анны Григорьевны. С их последней встречи, которая состоялась лет пятнадцать назад, он изменился почти до неузнаваемости. Короткий ежик седых волос, грубые, словно рубленые топором, черты лица. Громадный шрам через всю щеку прятался за ухом, на неохватной шее. Приятель подобрал необъятную сумку и обижено загудел.

– Вот ты как друзей встречаешь.
– Он глянул на спутницу школьного товарища и слегка сбавил тон.
– Хотя, от такой красавицы и по морде получить не страшно.

– А я вот домой приехал. Все бросил, и самолетом... Что-то прямо аж прижало...
– несвязно поведал он.
– Прямо из аэропорта. Сейчас мать обрадую, а вечером к тебе заскочу с бутылочкой. Посидим, вспомним старое.
– Он стрельнул глазами.
– Хозяйка, не против будет?
– спросил он, приняв ее за жену Петрова.

Сергей Иванович только промычал что-то неразборчивое.

– Там это, Анна Григорьевна...

– Чего?
– повернулся к нему одноклассник. И тут в разговор вступила Вера. Как она смогла составить общую картину из сумбурных диалогов в доме покойной и объяснений Сергея, непонятно, однако, видя, что Петров не способен ни на какие объяснения, взяла на себя тяжкую миссию.

– Сергей. У нас горе. Крепись.
– Она взяла его за руку.
– Анна Григорьевна погибла.

Он уронил сумку в грязь.

– Что?

– Не ходи туда. Квартиру опечатали.
– Она нашла верный тон, и как могла, пыталась успокоить несчастного.

Сжав зубы, Сергей замер. Он смотрел на окна своей квартиры. В вечерней полутьме они выглядели бездонными провалами.

Не слыша более ничего и забыв про оставленный багаж, кинулся в подъезд.

Вернулся нескоро.

– Как случилось?
– скрипнул его голос.

– Не здесь, - покачал головой Петров.
– Идем. Здесь рядом кафе. Там сейчас никого. Согреемся, и расскажу. Тебе сейчас одному не надо быть.

Сергей безвольно ухватил баул и двинулся за ними.

Они уселись за столиком пустого кафе. Петров отошел к стойке, протянул бармену купюру.

– У моего товарища горе. Если можно, не включайте музыку..

Увидев достоинство банкноты, халдей едва не щелкнул каблуками.

– Все сделаем. А если еще парочку дадите, табличку повешу, чтобы не беспокоили.

– Это выход, - кивнул Сергей, доплачивая.

Он взял бутылку и три фужера.

– Закуску сам придумай, но только холодное. И сок какой-нибудь.

Старый приятель сидел на стуле, засунув громадные кулаки в карманы кожаной куртки, и глядел в одну точку.

– На, - протянул полный фужер Сергей Иванович.
– Выпей.

Сергей поднял глаза.

– Не надо. Я справлюсь.
– Он набрал в грудь воздуха и резко выдохнул.

– Как это случилось?
– твердо сжатые губы и взгляд человека, контролирующего свои чувства.

Петров замялся. "Рассказывать всю историю с идиотскими выдумками и воображаемыми причинами? Дурость. Но что тогда?"

– Я не знаю деталей, - наконец собрался он с мыслями.
– Ее нашли в своей квартире. Удар в висок. Сегодня. Это факты. Остальное догадки.

– Говори.

– Вчера я стал свидетелем аварии...- Начал рассказ Петров. Он поведал о сломанной двери, поисках кота, беседе с соседкой.

– Ты считаешь, что это были те, кто следил за твоей квартирой?
– сделал вывод слушатель.

Тяжело вздохнув, Сергей Иванович промолчал. В этот момент Василий, сидевший за пазухой, попытался выбраться наружу. Петров ухватил кота, удерживая.

Вспышка, и все окружающее исчезло. Постепенно искры начали тускнеть, но вместо интерьера кафе он увидел комнату соседки. Причем смотрелось все окружающее так, словно зритель лежит на потертом линолеуме. Черно-белые стены, экран телевизора, окно, занавешенное тюлем. И Анна Григорьевна еще живая, она стоит напротив кажущегося снизу великаном, человека в темном плаще. Они говорят. Но сколько ни пытался, слова так и не разобрал. Рокот и резкие звуки, заставляющие болезненно морщиться.

Независимо от его желания, голова повернулась в сторону. И в необычайно широком секторе обзора мелькнул еще один силуэт. Фигура машет обутой в громадный ботинок ногой, и в боку возникает боль. Невольно вякнув, зритель понял, что это не его ударил чужак, а Василия, чьи глаза и видят все происходящее.

Не тратя эмоции на удивление, Петров следил за происходящим. Более всего стараясь разглядеть лица гостей. Однако Василию было глубоко плевать на его желание. Он потянул носом, внюхиваясь в чужие запахи.

Острый и резкий от первого и тошнотворно приторный от обидчика. Голоса усилились и зазвучали куда громче. Странно, обычно крикливая старуха отвечала негромко и презрительно. И это словно дразнило ее оппонентов. И вот один из них кидается к худенькому силуэту.

В отчаянии Петров старался поднять голову, чтобы увидеть лицо убийцы. Увы, перепуганный кот попятился и начал выть, чувствуя нечто, доступное только его кошачьему восприятию.

Ощущая, как крик этот вырывается из широко разинутого рта, Сергей Иванович, уже не контролируя себя, увернулся от хватающей его руки. Но она и зашевелила пальцами совсем близко, хватая не перестающего орать Василия за шерсть. Взмах когтистой лапы, и рука отдергивается. Вопль боли, стук, и тяжелые удаляющиеся шаги.

И вдруг опять темнота. Он очнулся от едкого запаха нашатыря. Открыл глаза и, вяло отталкивая едкую вату, совсем рядом увидел лицо спутницы. Она встревожено смотрела на него, держа за шкирку испуганного кота.

– Все, все.
– Петров сел на холодный бетон. Покрутил головой, возвращаясь в реальность.

Тяжело выпрямился и вернулся за столик. Сергей внимательно взглянул ему в лицо, но промолчал.

– У того, кто ударил Анну Григорьевну, на руке глубокие царапины. Кота хотел поймать.
– Петров прикусил язык, пугаясь, что его выдумки в который раз принесут непоправимые беды.
– Я не уверен, мне кажется, - замямлил он.

– Разберусь, - отрезал слушатель. Он рывком поднялся.
– Я должен идти. Сейчас много всего нужно ... устроить. Где вас найти?

Петров, не решаясь, замялся.

– Мы хотели уехать, - ответила за него Вера.

– Куда?
– Сергей наклонил голову, показалось, что шрам его придал лицу особо зловещее выражение.

– Ну, пока не знаем, подальше, - схитрила та.

– Бежите?
– Он не осуждал, а констатировал.
– И думаете, полегчает? Знание, что вас могут найти и в любой момент придавить, как тараканов, это жизнь? Ну- ну. Хотя вам, пожалуй только это и остается.
– Громадная фигура развернулась и направилась к выходу.