Чтение онлайн

Сергей задумчиво кивает, слушая эту абракадабру, однако отвечает хоть и доброжелательно, но с долей несогласия:

– Марк, в этом я с вами полностью согласен. Однако, дорогой профессор, если мы примем в качестве принципа тождества интуитивного очевидный постулат, который выразил еще великий Бользано: "Во вселенной нет двух совершенно равных вещей, а следовательно, и двух совершенно одинаковых атомов и простых субстанций".

Петров потерял нить беседы и воспринимал диалог скорее как шумовое оформление картинки.

Дверь заскрипела, щелкнул замок.

– Эй, Иван, на выход, - скомандовал бесстрастный голос. Служащий в непонятной форме стоял на пороге, держа в руках резиновую дубинку.

Неторопливо кивнув собеседнику, Сергей поднялся, и, привычно заложив руки за спину, шагнул в коридор.

Чистые коридоры, на полу квадраты разноцветного пластика. "На тюрьму как-то не похоже", - удивился Петров.

В помещении, куда ввели заключенного, его ожидал вальяжный господин. Тоненькие усики, взгляд довольного жизнью человека. Он сидит за безликим столом. За его спиной квадрат окна с неизменным перекрестием решетки.

– Садись, - кивнул хозяин вошедшему.
– Ну, что, подумал? Времени у тебя было предостаточно. Или профессор совсем утомил философскими беседами? Он хоть и сумасшедший, но весьма эрудированный человек. Маньяк, правда, ну так это только ночью, - с плохо скрытой издевкой приветствовал гостя человек.

Сергей задумчиво глянул на произнесшего свой монолог и перевел взгляд на окно, в котором виднелся кусочек голубого, с кучками белоснежных облаков неба. "Такое небо, наверное, бывает над безбрежным океаном", - мелькнула в сознании Петрова нелепая идея.

– Ну?
– уже нетерпеливо повторил пижон.

И тут щеку Петрова обожгла нестерпимая боль. Это собеседник Сергея, внезапно рассвирепев, взмахнул чем-то, зажатым в руке, и со всего маху ударил его по лицу. Падение и темнота.

Пробуждение вышло медленным и плавным. Напрягая зрение, разглядел силуэт спящего на раскладушке. "Вера"?

Как и в первый раз, возникло дикое желание съесть что-нибудь сладкое. Нехотя встал с постели и, шлепая босыми ногами по прохладному линолеуму, отправился в кухню. Без особой надежды потянул дверцу древнего "Саратова". И обомлел.

Такого обилия разнообразных продуктов аппарат не имел никогда. Забитые полки вызвали чувство голода. Он наугад вытянул пакет с кефиром и несколько сырков. Подумал и захватил пластиковый контейнер с салатом из овощей.

– Ожил?
– Чуть хрипловатый после сна голос Веры оторвал его от трапезы.

– Угу, - кивнул Петров с набитым ртом. Быстро прожевал и запахнул полы старенького халата.

– А я думала, все. Привет. Как Ильич три дня лежал, - пошутила она, присаживаясь на табурет.

Помедлила, но все же решилась спросить.

– И часто это у тебя? Так.

Он развернул еще один батончик. Съел и честно признался.

– Второй раз. Впервые после того, как тебя из машины вытащил, и сейчас.

– Ну, ну.
– Она неодобрительно глянула на помятую физиономию путешественника в нирвану.
– Вам, Сергей Иванович, побриться бы не мешало, а то на вурдалака похож, - путаясь в обращениях, посоветовала Вера.
– Я, кстати, вашего Василия три дня вырезкой кормила, а он, паршивец, так на руки и не идет.

– Ревнует, наверное, - неловко пошутил Петров.

– Ага, - хмыкнула гостья, - к холодильнику.

– Три дня?
– удивился Сергей Иванович.
– А словно пять минут. Странно.

– Да, Вера, - крикнул он уже из ванны, размазывая пену по отросшей щетине.
– Что слышно?

– Тихо пока, - ответила Вера.
– Ни машины под окном, ни звонков. Вчера похороны были. Сергей все организовал. Зашел вечером, забрал портсигар. Еле руку разжали. Обещал сегодня заглянуть.

– С работы вам звонили, интересовались, - вспомнила она.
– Спросили, кто, я ответила - любовница, ничего? А про вас сказала, мол, утомился, спит, - сообщила Вера.

– Пропади они пропадом, - ответил он, пропустив мимо ушей рискованную шутку.
– Я для себя решил. Увольняюсь. Все равно, пока с твоим олигархом не прояснится, ни на работу, ни на улицу не выйти.

– А что потом?
– поинтересовалась соседка.
– Я смотрю, накоплений особых у тебя нет. Так, что... Хотя, хозяин барин. Ладно. Ты ожил, пора мне и честь знать.
– Она поднялась, собираясь, и тут прозвенел входной звонок.

Глухой голос из-за двери сообщил, что пришел Сергей.

За эти дни он словно похудел на несколько килограмм. Шрам обострился, глубокие морщины словно прорезали громадный лоб.

Прошел в комнату и без особого удивления констатировал:

– Проснулся? Хорошо. Я ей говорил, это нервное. Бывает.

Сергей уселся на скрипнувший под ним стул.

– Чаем угостишь, хозяин?

– Сиди, я налью,- Вера, протянула руку к шкафу.

Они уселись за стол. В кухне тут же стало тесно.

– Я так думаю, нужно что-то решать, - отхлебнув горячего чаю, произнес Сергей.
– Муха, ты как знаешь, а я с этим делом хочу разобраться.

– Как?
– Вера удивленно глянула на него.

Он поднял тяжелый взгляд.

– Что?

– Как ты сказал, Муха?

– Петров смущенно махнул рукой, - у меня в школе прозвище было. Муха. А его мы Танком звали. Помнишь, Серега?
– вскинулся он и осекся, вспомнив о трагедии.

Сергей вздохнул.

– Был танк, да весь вышел. Короче, пойдем, прогуляемся, - кивнул он за окно, явно не желая посвящать женщину в свои планы.

– Сейчас, - вскинулся Сергей Иванович.
– Оденусь.

Сергей встал.

– Я на улице покурю. А ты побудь дома. Не выходи никуда. Хорошо?
– обратился он к Вере.
– Не сердись. Это мужские дела.
– Он улыбнулся, отчего его лицо внезапно и разительно изменилось.

Она невольно кивнула, не в силах перечить.

Дверь хлопнула.

Петров накинул пальто и шагнул в коридор. Обернулся.

– Дождись, ладно, и двери не открывай,- зачем-то предупредил он об очевидном.

Выйдя из подъезда, увидел белый седан, за рулем которого сидел Сергей. Приоткрыл дверь и окликнул приятеля.