Чтение онлайн

– Тебе становится легче, когда ты навешиваешь ярлыки?

– Ты можешь получить профессиональную помощь.

– Я ее получал. Потом пришел сюда, стал священником и держал обет девять лет. – Он расправил мои трусики и юбку; его движения были заботливыми и деликатными. – А потом появилась ты.

– Прости, – у меня сжалось сердце. – Отправь меня домой.

– Никогда. – Он прижался ко мне и убрал прядь волос с моего плеча, оголив мне шею. – Если ты уйдешь, я приволоку тебя обратно.

– Что? Это никогда не кончится?

– Только когда я заставлю тебя кончить.

Его дыхание коснулось моей шеи, словно подтверждая его намерения. Он целовал все изгибы моей шеи, мягко и томно, жестко и агрессивно сжимал мою ягодицу. Доводя меня. Сводя меня с ума.

– Магнус…

Он взял меня за горло, достаточно сильно, чтобы мой пульс сбился с ритма, и провел губами по моему уху.

– Будь хорошей девочкой, – темный, властный шепот.

И он меня отпустил, открыл дверь и вернулся к своему столу.

Мои планы на день решились сами собой, когда Дейзи нагнала меня в коридоре.

– Ты идешь со мной на футбольную тренировку. – Она схватила меня за руку и потащила в сторону стоящего на улице пожилого священника.

Я ей позволила, потому что планов получше у меня не было. К тому же я была рада хоть ненадолго выйти за пределы кампуса.

Увидев нас, отец Исаак улыбнулся и помахал рукой.

Я кивнула ему и повернулась к Дейзи.

– Не знала, что они делают достаточно большие шлемы для таких голов, как твоя, – пошутила я, хотя знала, что она будет просто смотреть, а не участвовать.

– Тебе повезло, что ты моя лучшая подруга. – Она перекинула сумку через плечо и поспешила за священником к воротам.

– Ого! – Я шла рядом с ней. – Значит, теперь я заслуживаю твоей дружбы?

– Наверное, – она неопределенно приподняла плечо.

– Ты жалеешь меня из-за того, что сделала Элис?

– Нет. Я жалею тебя потому, что у тебя нет друзей. – Ее тон был таким бесстрастным, что мне хотелось ее ущипнуть.

Но вдруг она рассмеялась, в ее глазах засверкали искорки, и я сама не смогла сдержать смех.

Добравшись до футбольного поля, мы сели на пустые скамейки на трибунах. Не теряя времени, Дейзи достала из сумки ноутбук и фотоаппарат.

– Ежегодник, – уточнила она, заметив мое недоумение.

Я знала, что она состоит в комитете, занимающимся подготовкой ежегодника, и теперь наконец поняла, почему она пошла смотреть тренировку. В нашей академии не было футбольной команды, поэтому команда школы Святого Иоанна де Бребефа представляла обе школы.

Пока Дейзи брала интервью у тренера и игроков, я с удовольствием смотрела, как упражняются мальчики. В команде было полно парней. Симпатичных. Крепких. И многие из них подмигивали мне через поле. Но за последние шесть недель мои предпочтения изменились. Возможно, стоило позвонить маме и сообщить, что она не зря отослала меня в католическую школу для девочек – она и правда излечила меня от тяги к парням. Мне уже не хотелось делать минет мальчикам из «Бургер Кинга». Мне хотелось раздвигать ноги перед мужчиной вдвое старше меня, который кусал меня, порол и носил колоратку.

Нет, такого я бы ей не сказала. Я же не хотела, чтобы на пороге школы появился ее ирландский прихвостень Ронан. Наверняка Магнус выстоял бы в кулачном бою, но тот до кучи носил пистолет. И мне было не все равно.

Хотела бы я вернуться к тем дням, когда я ненавидела этого священника. Мне было бы плевать. Но теперь меня это беспокоило. Что было бы, если бы моя семья узнала? Что он меня трогал, нюхал? От этой мысли меня тошнило.

Прикусив щеку, я позволила боли отвлечь меня от мрачных мыслей.

Вышедшие на поле игроки школы Святого Иоанна махали и красовались, пытаясь привлечь мое внимание. Отец Исаак стоял в сторонке и, продолжая разговор с отцом Кристиано, пристально смотрел на меня и Дейзи.

После тренировки Дейзи подошла к нескольким ключевым игрокам, чтобы взять у них интервью. И вскоре звезда футбола, квотербек команды уже плюхнулся возле меня на скамейку. От него воняло потом и скошенной травой.

– Привет, Тинсли, – Такер широко улыбнулся, хотя его губы чуть напряглись с уголков. – Ты, как всегда, прекрасна.

– Спасибо. – Я не стала улыбаться в ответ.

Он был воплощением американской мечты – судя по слухам, плейбой, который брал все и всех, кого хотел. Но если он хотел заполучить меня, ему пришлось бы постараться.

Блондин с карими глазами и горой мускулов, сто девяносто сантиметров ростом, он был привлекателен в традиционном смысле этого слова. Еще шесть недель назад я без раздумий отдалась бы ему.

Но теперь я едва сдерживала зевок.

– Ты тусуешься с Оплывшей Дейзи? – Он положил руку мне на плечо.

Я ее сбросила.

– Не называй ее так.

– Почему нет? Это ее имя. В смысле, глянь на ее лицо. – Он картинно вздрогнул. – Ее что, роняли в детстве на голову? Кажется, у нее от этого не все в порядке с интеллектом.

– Какого хрена? – Потрясенная, я отшатнулась от него. – Не знаю, из какой дыры ты вылез, но тебе должно быть стыдно. Фу! Ты мерзок. И теперь ты мне отвратителен.

Я встала, чтобы уйти.

– Погоди, Тинсли. – Он дотронулся до моего запястья, с мольбой глядя на меня. – Прости. Я не знал, что она твоя подруга.

– Да какая разница? – Я плюхнулась на скамью и приблизила к нему лицо. – Она человек, а ты слишком много о себе возомнил. К тому же я предпочитаю отношения с теми, с кем можно вести интеллектуальные беседы, а ты явно для этого не подходишь, так что отвали.

– Боже, – он округлил глаза и облизнулся. – Какая же ты сексуальная, когда злишься.

– С меня хватит. – У меня пелена легла перед глазами.

Когда я снова встала, он уже был готов. Он схватил меня за руку и притянул к скамейке.

– Пусти, – зарычала я.

– Выслушай меня, пожалуйста.

Я бросила взгляд на отца Исаака, который, поправив очки на носу, прищурившись смотрел на меня. Он не видел, что Такер схватил меня за руку.

– У тебя пять секунд, – произнесла я сквозь зубы и выдернула руку.

– Ладно, ты права. Я придурок. Не надо было так о ней говорить. Если бы у меня была возможность узнать ее получше, наверняка я бы понял, что она замечательный человек.

– Докажи.

– Что?

– Праздник зимы через четыре недели. Хочешь, чтобы я с тобой станцевала? Докажи, что ты не такой уж мерзкий.