Чтение онлайн

— Есть что-нибудь интересное, господин Тайновидец? — спросил меня Никита Михайлович.

Я молча покачал головой.

В этот момент за спиной начальника Тайной службы скрипнула дверь. Потеряев снова вышел к нам.

Наверное, он услышал последние слова Зотова, потому что посмотрел прямо на меня.

— Вы — граф Воронцов? Тайновидец?

— Да, — кивнул я.

Пожидаев криво усмехнулся:

— Мой сын просто бредит вашими приключениями.

— Случается, — вежливо улыбнулся я. — Но я хотел поговорить с вами не об этом, Пётр Александрович. Вы ведь работаете в одной из наших мастерских? Почему бы вам не положить вашу супругу в Воронцовский госпиталь? Ей по закону полагается бесплатное лечение. Уверяю, наши целители обеспечат ей самый лучший уход, и быстро поставят на ноги.

Потеряев растерянно уставился на меня.

— По закону? Я не слышал о таком.

— Мы недавно приняли это решение на совете рода, — серьёзно кивнул я. — Оно касается не только вас, а всех наших работников, без исключения. Если хотите, я прямо сейчас вызову сюда целителей. Вы сможете поехать с женой, не беспокойтесь.

Губы Пожидаева вдруг задрожали. Он крепко сжал их и отвернулся к стене.

— Благодарю вас, господин Тайновидец, — глухо сказал этот несгибаемый человек.

Я молча кивнул и послал зов Ивану Горчакову:

— Ваня, будь добр, пришли мобиль с целителями на улицу Забытых Снов.

— Хотите чаю? — справившись с собой, предложил Потеряев.

Зотов отрицательно качнул головой, но я его опередил:

— С удовольствием, Пётр Александрович.

Я хотел дождаться целителей и убедиться, что Потеряевы поедут в госпиталь. Любое дело надо доделывать до конца, иначе толку не выйдет.

Мы пили чай на крохотной кухне. Стол был покрыт дешёвой скатертью, и мы все едва поместились за ним. К чаю Потеряев подал холодные блины — некоторые из них подгорели, другие не пропеклись как следует. Я заподозрил, что Потеряев пёк их сам, наверное, он изо всех сил старался устроить для своей семьи праздник.

Зато чай был хорош — крепкий, душистый и почти без горечи. Хозяин осторожно сыпал заварку из круглой жестяной коробочки с плотной крышкой. На коробочке были нарисованы слониха со слоненком, и важно вышагивающие павлины…

— Я смогу увидеть Ефима, господин Тайновидец? — спросил меня Потеряев.

— Это решат целители, — сочувственно улыбнулся я. — Сейчас ничто не должно повредить его лечению. Уверен, вы это понимаете.

— Да, — грустно кивнул Потеряев.

— Целители сделают всё возможное для вашего сына, — твёрдо заверил я его. — И для вашей жены тоже. Всё будет хорошо, Петр Александрович.

Иногда простые слова поддержки нужны людям не меньше, чем помощь.

Когда приехали целители, Потеряев помог жене собраться и под руку вывел её из комнаты. Анна Дмитриевна оказалась тихой худенькой женщиной. Под её глазами залегли тёмные круги.

— Выздоравливайте, — улыбнулся я. — И ни о чём не беспокойтесь.

— Хорошо вы всё устроили, господин Тайновидец, — кивнул Зотов, когда Потеряевы уехали. — А нам пора заняться расследованием. Мы ведь так и не узнали, куда именно ездил репортёр.

— Можно расспросить полицейских приставов в окрестных сёлах, — предложил Прудников. — Наверняка репортёра кто-нибудь видел.

— Хорошая идея, господин следователь, — согласился Зотов. — Так мы и поступим.

Прудников просиял. Ещё бы, начальник Тайной службы принял его предложение!

Но Никита Михайлович тут же огорчил следователя.

— Дальше я лично буду заниматься этим делом, — строго сказал он. — А вы возвращайтесь к своей работе. Я полагаю, карманники на Стеклянном рынке уже скучают по вам.

— Слушаюсь, господин полковник, — поник Прудников.

Повышение снова уплывало у него из рук, но следователь ещё на что-то надеялся и топтался возле нас.

— Я доложу императору, что ваша помощь была неоценимой, — с иронией сказал Зотов. — Благодарю и больше вас не задерживаю.

Следователь наконец понял, что надеяться больше не на что.

— До свидания, ваше сиятельство, — вежливо кивнул он мне и с гордым видом пошёл вдоль улицы Забытых Снов в сторону набережной Мутного канала.

Он не стал прощаться с Зотовым и Черницыным. Это была маленькая месть за то, что Зотов бесцеремонно отстранил его от расследования.

— Портреты всё-таки пригодятся, — сказал Черницын, глядя вслед Прудникову.

— Какие портреты? — нахмурился Зотов.

— Это идея Александра Васильевича, — объяснил Черницын. — Он предложил нарисовать портрет Ефима Потеряева и напечатать его в нашей газете. У нас много читателей среди горожан, но сельские жители тоже с удовольствием выписывают «Магические сплетни». Может, кто-то из них узнает Потеряева?

— Хорошая мысль, — прищурился Зотов. — В вашей газете есть художник?

— Можно попросить Юрия Горчакова, он неплохо рисует, — подсказал я.

— Это ещё лучше, — решительно кивнул Никита Михайлович. — Сотруднику Тайной службы целители не станут препятствовать.

Он строго посмотрел на Черницына.

— Понял, — торопливо кивнул редактор. — Моя помощь больше не нужна. Сейчас же поеду в редакцию и освобожу место на первой полосе для портрета Потеряева. А в примечании укажу, чтобы свидетели обращались прямиком в нашу редакцию.

— Это ещё почему? — нахмурился Зотов. — Пусть идут в управление Тайной службы.

Черницын умоляюще посмотрел на меня.

— Александр Васильевич, вы же понимаете, что я имею в виду?

— Не пойдут они к вам, — объяснил я Зотову. — Побоятся. По всей Империи ходят страшные легенды о Тайной службе.

— Вот-вот, — закивал Черницын. — А я сразу же передам вам всё, что сумею разузнать.

— Всеми правдами и неправдами стараетесь раздобыть информацию? — усмехнулся Зотов. — Ладно, пусть будет по-вашему. Но если хоть слово просочится в вашу газету без моего разрешения, одной страшной легендой в этом городе станет больше. И вы будете её главным героем, господин редактор.

Черницын тут же взял быка за рога:

— Но потом-то вы разрешите мне написать об этом расследовании? После того, как мы поймаем злодея.

— Мы? — изумился Никита Михайлович. — Вам не кажется, что это чересчур?

— Тайной службе тоже нужна поддержка прессы и горожан, — не сдавался редактор. — Все должны понимать, что вы обеспечиваете нашу безопасность. Тогда вас перестанут бояться.

— Если Тайную службу перестанут бояться, я подам в отставку, — заявил Зотов. — Это будет означать, что я не справляюсь со своими обязанностями.