Урожайный год
Шрифт:
С этими словами я поставил колышек на пол и аккуратно прислонил его к стене.
— Вы предложите стул, или мне сесть без приглашения?
— Присаживайтесь, прошу, — кивнул Корбун.
И запоздало возразил:
— Я не пью кровь, что бы вы обо мне ни думали.
— Не пьёте, — согласился я, усаживаясь на стул. — Вы питаетесь чужой магией. Но это не слишком интересно. Куда интереснее, для чего вы затеяли обряд. Расскажете?
Мне нужно было время, чтобы кладовики и Чахлик успели всё хорошенько подготовить. Поэтому я не спешил набрасываться на Корбуна с обвинениями и осиновым колом.
Барон тревожно оглянулся, к чему-то прислушался и заметно успокоился.
— Это какая-то магия, — убеждённо кивнул он. — Одна из ваших способностей, только и всего. Умеете проходить сквозь каменные стены? Тем лучше, мне такой дар пригодится. Вы ведь пришли, чтобы убить меня, поэтому и я не стану стесняться. Это было очень неосторожно с вашей стороны, Александр Васильевич — явиться в мой дом. Я и не надеялся на такую удачу. Но теперь уж я вас не выпущу.
— Вы тоже собираетесь меня убить? — поинтересовался я.
— В какой-то мере, — хищно усмехнулся барон. — Я отберу ваш магический дар и вашу личность. Превращу вас в безмозглое существо, покорно выполняющее мои приказы. Вот, можете полюбоваться!
Он кивнул на Прудникова.
— Наверное, это страшнее смерти, но вы сами напросились. Не нужно было становиться у меня на пути, господин Тайновидец. Сегодня ваши захватывающие приключения закончатся, а жаль. Мне понравилось читать о них в «Магических сплетнях».
Корбун наклонился ко мне.
— А знаете, что я сделаю потом? Прикажу вам покончить с собой, но не здесь. Вы вернётесь домой, и никто ничего не заподозрит. А потом — раз, и кончено! Только вот способ я ещё не выбрал. Может быть, вы мне подскажете?
Я почувствовал, как мой особняк насмешливо хмыкнул. Замок Корбуна тоже робко усмехнулся. А вот барон ничего не услышал, он упивался своим могуществом, и даже не догадывался, что уже проиграл. Оставалось позаботиться о том, чтобы он не натворил непоправимых бед напоследок.
— Вы отлично всё продумали, — кивнул я. — В таком случае, не согласитесь ли исполнить моё последнее желание?
— А с чего вдруг мне его исполнять? — удивился Корбун.
— Потому что вы тоже можете проиграть нашу схватку, — объяснил я. — И тогда я исполню ваше последнее желание. Подумайте об этом.
Барон недоверчиво прищурился:
— Я не чувствую вашего страха, — пробормотал он. — Вы очень хорошо притворяетесь, это качество мне тоже пригодится. Но ведь вы не станете просить пощады, не разочаруете меня? Хорошо, я готов выслушать вашу просьбу. Может быть, я пойду вам навстречу. Чего вы хотите?
— Я прошу, чтобы вы отпустили господина Прудникова, — сказал я. — Снимите с него заклятье, и пусть идёт. Он вам не нужен, да и вспомнить он ничего не сможет, так ведь?
— Вы серьёзно? — изумился Корбун. — Вам осталось жить несколько минут, а вы просите за другого человека? Что это, Александр Васильевич? Глупое благородство или вы надеетесь заслужить помощь высших сил? Скажите, мне нужно знать — вдруг это заразно.
— Скорее второе, — кивнул я. — Помощь высших сил мне очень пригодится.
— Наконец-то вы это поняли, — расхохотался барон. — Не сочтите за упрёк, но я сильно переоценил ваш ум. А ведь после нашей последней встречи я всерьёз задумался о том, чтобы бежать из Столицы. Но решил рискнуть и выиграл!
Он упражнялся в остроумии, надеясь вывести меня из равновесия, а сам тайком прощупывал мои эмоции. Вернее, пытался прощупать, но у него не получалось.
Я даже не блокировал его попытки, у меня были дела поважнее. Например, ещё раз объяснить Репею, где именно находится дом Корбуна.
Перед отъездом я показал кладовикам нужное место на карте, и Репей заверил меня, что перескажет Лешему всё в точности. И вот теперь выяснилось, что они заблудились.
— Если вы опоздаете, то пропустите самое интересное, — напомнил я. — Страж Магии на месте?
— Он уже прилетел, — заверил меня Репей. — Стражу-то хорошо, ему сверху всё видно. А тут одни деревья вокруг. Слушай, Тайновидец, я придумал! Зачем нам дом, если мы можем навести портал прямо на тебя?
— А получится? — поинтересовался я.
— Конечно, — заверил меня кладовик. — Семён сказал, что чует твой дар. Мы не промахнёмся.
— Делайте, как считаете нужным, — согласился я. — Только не спешите, барон ещё не наговорился. Когда появитесь, первым делом укройте Прудникова.
Страж Магии был здесь, и у меня отлегло от сердца. Всё шло по плану. Мой особняк и дом Корбуна всё ещё разговаривали, и барон тоже говорил.
Наконец Корбун заметил, что я его не слушаю, и перестал смеяться.
— Нет, я не отпущу следователя, — резко сказал он. — Он мне нужен, у меня так давно не было живого слуги.
— Его будут искать, — напомнил я. — Рано или поздно полиция и Тайная служба доберутся до вас.
— И пусть, — согласился барон. — Я не собираюсь его прятать. Даже отпущу в город, чтобы он мог уволиться со службы и попрощаться с женой. Я ведь не зверь какой.
И он гнусно усмехнулся.
Оставалось надеяться, что Корбун забудет о Прудникове, когда всё начнётся. А для этого нужно было его отвлечь.
— Вы собирались рассказать, зачем всё это затеяли, — напомнил я. — Вам нужно выговориться, не лишайте себя этого удовольствия.
— Чувство юмора у вас приятное, — усмехнулся Корбун. — Я вот никогда не умел шутить, мои шутки всем казались грубыми выходками. Ничего, с вашей помощью я и это исправлю.
Он неожиданно стал серьёзным:
— Хотите знать всё? Извольте.
Барон поднялся со стула и опёрся руками на стол:
— Моему деду пришлось бежать из Валахии, там стало слишком неспокойно. Царь Пётр тогда собирал вокруг себя иностранцев, и дед этим воспользовался. Он честно служил царю, но однажды повёл себя неосторожно. Напал на Кожевенном рынке на какого-то мага, а тот поднял тревогу. За дедом погналась толпа, и его забили кольями прямо на мостовой!
Корбун сжал кулаки.
— Древнего валахского господаря убило грубое мужичьё! И никто не четвертовал их, не посадил на колья вдоль городской стены. Суд посмертно обвинил деда в тёмной магии.
— Но ведь приговор был справедливым, — заметил я.
Барон презрительно скривил тонкие губы.
— Что вы знаете о нас, господин Тайновидец? Мы стоим выше людей, и не людям нас судить! Мы живём веками, но у этого есть своя цена. Мы всегда голодны, мы должны питаться магией, чтобы выжить. Мы — хищники, высшие существа!