Урожайный год
Шрифт:
Он коротко размахнулся и всадил мне в грудь осиновый кол. Вернее, попытался сделать это, но кол прошил меня насквозь без всякого вреда. Зато спинке стула досталось — тонкая поперечина разлетелась с сухим треском.
Корбун ударил ещё раз — с тем же результатом.
— Держите равновесие, иначе вы можете упасть, — любезно предупредил я.
Барон отступил на шаг и ошалело уставился на меня.
— Этого не может быть, — убеждённо пробормотал он. — Это магия иллюзий?
— Нет, это другая магия, настоящая, — разочаровал я его. — Вы лишены сил и заперты в магическом пространстве. Посидите здесь, пока Тайная служба не решит, что с вами делать.
— А как же ваш вызов на дуэль? — оскалился барон.
— Дуэль уже состоялась, — рассмеялся я. — Вы попробовали меня убить, и у вас ничего не вышло. А я вас уничтожил. Вы перешли черту, когда стали отнимать дар у других, господин барон. Теперь это произойдёт с вами.
Воронка над головой Корбуна закружилась быстрее. Барон пошатнулся, выронил осиновый кол и рухнул на колени.
Я увидел, как меняется его лицо. Кожа натягивалась и желтела, волосы мгновенно поседели, глаза ввалились, в них горело отчаяние. Только сейчас он поверил, что всё это происходит с ним на самом деле.
— Как вы это сделали? — прохрипел Корбун.
— Вы считали, что можете подчинить себе магию, но ошиблись, — жёстко сказал я. — А это расплата за вашу самонадеянность.
Тут замок барона прислал мне зов. Не сводя глаз с Корбуна, я вгляделся в мельтешение образов, прислушался к ментальным импульсам.
— Ты уверен? — переспросил я. — Это хорошее предложение, но ты не обязан это делать. Ты и так очень помог нам.
Тёплый импульс подтвердил, что замок непреклонен в своём решении.
— Ладно, — улыбнулся я.
И обратился к барону:
— Ваш дом не хочет отпускать вас, господин барон. Он считает, что безопаснее оставить вас здесь, и я с ним согласен. Я не знаю, сколько лет или дней вам осталось жить, но свой человеческий век вы доживёте в этом подвале. А когда вы умрёте, ваш дом сам решит, каких жильцов он хочет видеть.
В моём сознании снова возникла череда быстрых картинок.
— Он уже решил, — сообщил я Корбуну. — Дом хочет стать пансионатом для детей. Почему бы и нет? Место здесь хорошее, воздух свежий, и от Столицы недалеко. Я поговорю об этом с Императором.
— Мой дом решил? — с трудом шевеля губами, переспросил Корбун. — Такой магии не бывает.
— Только такой она и бывает, — рассмеялся я. — Просто вы мало знаете о магии. Прощайте, господин барон!
Я не стал возвращать себе тело и медленно полетел к границе магического пространства. А когда ещё получится полетать?
— Стойте! — хрипло окликнул меня Корбун. — Последняя просьба… Вы ведь выполните её, вы же не такой, как я?
Даже умирая, он отчаянно пытался манипулировать и хитрить.
— Чего вы хотите? — поинтересовался я.
— Убейте меня, — попросил Корбун. — Пока у меня ещё остались силы.
За считанные секунды барон превратился в дряхлого старика. Сколько же чужой магии он сожрал, что так долго протянул?
На мгновение в сердце шевельнулась жалость, но я прогнал её. Призрак вампира может быть опаснее самого вампира, это я помнил твёрдо.
Я покачал головой:
— Нет, я не стану вас убивать. Неохота потом ловить ваш призрак по всем магическим мирам.
Граница магического пространства тихо зазвенела и лопнула, выпуская меня наружу. Позади что-то упало и с сухим стуком покатилось по каменным плитам. Я обернулся.
Оказывается, умирающий барон дотянулся-таки до осинового кола и попытался воткнуть его себе в живот. Но истлевшие пальцы рассыпались в труху, а следом и сам барон превратился в прах.
— Не успел, — с сожалением сказал Репей. — И всё равно, это было отличное представление, Тайновидец!
Глава 29
— Чем ты займёшься сегодня? — с любопытством спросила Лиза, когда я вышел из ванной.
— Сегодня Ефима Потеряева выписывают из лечебницы, — ответил я, растирая голову полотенцем. — Я собираюсь повидаться с ним, и пригласил с собой Анну Владимировну, чтобы она оценила его магический дар. Поедем вместе?
— Ты ещё спрашиваешь! — обрадовалась Лиза. — Конечно!
— Только оденься потеплее, — предупредил я. — На заливе сейчас ветер.
— Ты такой заботливый, — восхитилась Лиза. — Слушай, у меня идея! Что, если нам потом пообедать в городе?
— Почему бы и нет? — улыбнулся я.
Это был отличный план. Разумеется, обстоятельства тут же постарались его нарушить.
Пока Лиза собиралась, мне прислал зов Игорь Владимирович.
— Саша, я приглашаю вас с Елизаветой Фёдоровной ко мне на обед, — сказал он. — Нам предстоит важный разговор.
— А что случилось? — насторожился я.
На мгновение дед замялся.
— Ладно, нет смысла откладывать, — наконец решился он. — Я уверен, что роду Воронцовых необходим новый глава, и хочу, чтобы род возглавил ты.
— Неожиданное решение, — изумился я. — Игорь Владимирович, простите за вопрос, но вы хорошо себя чувствуете? Что говорят целители?
На секунду мне показалось, что на деда всё ещё действует тёмное заклятье барона Корбуна.
— Целители подтвердили, что я в своём уме, — спокойно ответил дед. — И даже подписали нужное заключение.
— Но почему такая спешка? — нахмурился я. — Ничего не понимаю.
— Я старею, Саша, — вздохнул дед. — Этот проклятый барон провёл меня как мальчишку. Я почувствовал себя совершенно беспомощным. Неизвестно, чем бы всё кончилось, если бы не ты. После такого я не имею права принимать решения за весь род, поэтому прошу тебя принять эту обязанность.
— А что думают по этому поводу остальные родственники? — поинтересовался я.
— Я пока обсудил это решение только с твоим отцом, — ответил Игорь Владимирович. — Он тоже будет обедать с нами.
— Уверен, ваша идея не вызвала в нём восторга, — заметил я.
— Ты прав, — помолчав, подтвердил дед. — Но он смирится, на это моего влияния хватит. Другого выхода нет, Саша. Поверь, я всё хорошо обдумал.
Игорь Владимирович упёрся, я хорошо это чувствовал. И в то же время я понимал, какую бурю вызовет моё назначение.