Чтение онлайн

И в целом в монастыре воспитание на уровне. Кузнец там, Виктор который, хоть и из простых, но мужик правильный. Этот к труду приучает. А, про Игнатия забыл – этот о душе заботится и языкам учит. Так что без мужского внимания Андрей не был.

– И всё же, первый раз такого ребёнка встречаю: кажется, что от него волны исходят и он не только сам ими заряжается, но и всех вокруг заводит. Вон наши: раньше у них утренняя зарядка формальностью была, да и пропустить могли, если повод находили. А теперь – все вместе каждое утро бегут как ошалелые и занимаются на полном серьёзе, выкладываются. Когда в монастыре нам при знакомстве рассказывали, какой он шустрый малый, я думала, что они немного приукрашивают и нас чуть-чуть запугивают… Теперь, думаю, что они нам многое не рассказали из его приключений. Очень деятельный ребёнок. И очень целеустремлённый. Хотя, ну, неправильно это, ему же всего-то двенадцать лет. В игрушки, конечно, в этом возрасте мальчики уже не играют, но в ту же войнушку, на речку сбегать – у костра посидеть, или просто по городу поболтаться с друзьями.

Он же живёт по графику: всё расписано, всё бегом, везде надо успеть. Я порадовалась, когда он по городу погулять попросился. Оказалось, он не гуляет, а изучает город: прокладывает маршрут, смотрит по карте достопримечательности, а по навигатору справки – что там есть и идёт. Он мне немного рассказывал, что ему понравилось гулять по городу: ездит на транспорте, заходит в кафе и что-то заказывает. Платит иногда карточкой, иногда по номеру смартфона, а иногда наличными. Делает небольшие покупки, но всегда хорошо обдумывает, насколько та или иная вещь ему нужна. Он же всего это раньше не делал, в приюте их всем обеспечивали, если он и сопровождал кого в городе, то с продавцами общались взрослые, а он был на подхвате. Так что и это, скорее, не прогулки, а получение социальных навыков: он изучает мир, с которым раньше мало пересекался.

А ты обратил внимание, что наши его признали? И если не за старшего, то, во всяком случае, к его мнению прислушиваются? И относятся к нему доброжелательно…

Владимир. Лицей.

Но опять же, в лицее всё оказалось не так просто. Точнее, поведение лицеистов, хотя и ограниченное элитным статусом лицея и сословными правилами, всё равно оставалось детским. Так что, если взрослые не видели, можно было и кулак в бок словить, и «обзывалки» вполне работали, и в каждом классе лицеисты делились на несколько группировок и не примкнувших ни к кому одиночек. Одиночек или старались пристегнуть к себе, если они были интересны, либо, наоборот, отторгали или пытались за их счёт набрать авторитет.

Моё появление интереса не вызвало – с 7 класса начинались «средние классы» и перед этим прошло перераспределение учеников – их, в течение трёх лет обучавшихся по единой стандартной программе, поделили на «специализацию». Классы перемешались, кто-то вообще перешёл в другие школы или кадетские училища, со стороны пришли новые ученики, в основном в «дворянские» классы, – эта специализация в лицее считалась ведущей. Так что новичков было не так мало, и я просто затерялся на общем фоне. Все активно знакомились, а малознакомые между собой пацаны и девочки приглядывались друг к другу и искали точки соприкосновения и общие интересы.

По-другому новеньких воспринимали учителя – лицеистов, ранее учившихся здесь же, в соседнем корпусе на «первой ступени», они спрашивали гораздо реже, чем новенькое пополнение. Поначалу практически все преподаватели, а к учителям обращались не иначе как «господин преподаватель», на каждом уроке вызывали меня к доске по самым сложным вопросам. Самые упорные спрашивали несколько раз за урок – видимо, всё-таки надеялись найти «прорехи» в моей подготовке или рассчитывали, что после успешного ответа я буду меньше готовиться к следующему уроку и выучу не всё, и старались меня подловить на небольших, но сложных вопросах. Но эти попытки быстро прекратились, так как я при ответах стал излагать не только то, что было написано в учебниках, но и то, что дополнительно знал по теме.

Мне программа не казалась сложной, но лишь благодаря тому, что все предыдущие годы я много занимался помимо чисто школьных заданий. Но у немалого числа лицеистов я замечал раскрасневшиеся от недосыпа глаза – видимо, кому-то программа давалась не так легко, и приходилось доучиваться ночью или нанимать репетиторов и заниматься с ними допоздна.

Не сделать «домашку» и плохо ответить на занятиях считалось недопустимым. Как и схватить двойку – слабая успеваемость «позорит род». И это словосочетание – «позорит род» – дамокловым мечом висело над каждым лицеистом. Точнее – почти над каждым. Хоть и в единичном числе, но всё-таки были такие, кто к учёбе относился с прохладцей – или семейное благосостояние гарантировало им безбедную жизнь в будущем при любых обстоятельствах, либо они считали, что иметь красную морду гораздо важнее, чем красный диплом.

Не обходилось, конечно, без проблем и недоразумений. Уже на второй день учёбы я наблюдал, как один из одноклассников, повздорив с другим из-за какой-то мелочи, выскочил из класса, через несколько минут вернулся и вручил своему противнику красную карточку – вызов на поединок.

А на следующий день вызов получил и я. Причём, вообще без какого-либо повода. Просто подошёл одноклассник, протянул мне красную карточку и сказал: – Ты задавака и я тебя проучу.

Не сказать, чтобы я был в шоке. Но удивился – тоже мне причина, причём, какой я задавака? В чём? Я его видел пару дней только в классе, ни разу не разговаривал, а он уже такие выводы сделал.

Спасибо Светке, с которой меня усадили за одну парту, просветила: – Серёга со мной хотел сидеть, а его к Кристинке посадили. Вот он и злится. Ох и всыплет он тебе. Зачем ты борьбу выбрал? Он тебя побьёт, в синяках будешь. Надо было сабли выбирать – там-то просто ударит несколько раз по защите, полежишь немного на манеже, и опять – как новенький.

Пришлось сразу после третьей пары идти в спортгородок, куда подтянулись и наши любопытные одноклассники и там отпинать Серёгу. Причём, пинать его пришлось в буквальном смысле, – так как вызывал на поединок он, выбор оружия был за мной. Я выбрал руки и ноги, то есть борьбу: хотелось закончить побыстрее, чтобы успеть пойти на факультативы. Представление Сергей о борьбе имел, так что, одетые в экипировку, мы немного попрыгали на площадке, изучая друг друга, попытались атаковать стандартными приёмами. А после этого я зарядил ему длинную серию ударов ногами, против которых он пытался противостоять руками, но не преуспел и упал. Один из моих несильных ударов пришёлся, хотя и вскользь, по его шлему, в результате секундант вскинул вверх белый флажок, сигнализирующий об окончании поединка.

Владимир. Дом Перловых.

Первые сентябрьские дни учёбой в лицее и постоянными заботами настолько поглотили меня, что мне было не до «зеленого зрения». Прошло больше недели с начала учёбы, прежде чем я решил вечером посмотреть свой организм и оглядеть округу.

Каково же было моё удивление, которое, скорее, было не удивлением, а паникой: перейдя на зеленое зрение, я не смог ничего рассмотреть. Сам «зелёный мир» существовал, но он перестал быть «зеленым» – он был заполнен непонятными разноцветными узкими и широкими яркими полосами, клубками такого же разноцветного тумана, резкими или не очень резкими сполохами. Всё это клубилось, извивалось, куда-то летело, и впечатление было такое, как будто в глаза мне бил разноцветный стробоскоп, за ярким мельканием которого я ничего не мог рассмотреть. Или, как если бы, я оказался внутри северного сияния – я как-то видел по телевизору в новостях сюжет о северном сиянии. Вот у меня перед глазами и стояло такое, но только очень яркое и движущееся «сияние».

Меня хватило буквально на десяток секунд – войти, ужаснуться, и быстро выскочить из зелёного зрения.

Немного отдышавшись и успокоившись от неожиданного результата «входа», вновь перехожу на зелёное зрение. Результат тот же: вместо небольших светящихся светло-зелёных пятнышек, сплошная какофония из пятен, полос, тумана, который хаотично движется. Неужели вторая остановка сердца, или как правильно назвать произошедшее на Успение возле собора Покрова на Нерли, сбила настройки или вообще обнулила их?

Выхожу… Как же так-то? Я уже и привык к тому, что с помощью зелёного зрения и новых навыков, полученных с помощью Татьяны и знаний по медицине, могу лечить людей. Я же на зимних каникулах, если получится, хотел взглянуть на Мушен и подлечить её, если потребуется! Как я это теперь сделаю?

Отдохнув немного, я вновь собрался с духом и настроился на зеленое зрение. Тот же результат. Нет, если сильно напрячься, за цветными полосами, туманом и всполохами можно было разглядеть размытые пятна, и в них угадывались люди или животные. Но эти пятна были слишком невнятными, к тому же они тоже престали быть однотонными, раскрасившись в разные оттенки или бликуя непонятными сполохами.