Чтение онлайн

– Спасибо, ничего не нужно.

Андрей опустился на стул и стиснул зубы - поясница взорвалась такой болью, что на мгновение потемнело в глазах. Он постарался не выдать себя, иначе повар тотчас превратится в наседку и не станет ходить вокруг человека, с тревогой заглядывая в глаза, и пичкать тараканьими усикам. Семенов стал рассматривать помещение.

Размерами кухня не уступала конференц-залу, где он и Илорэль весело провели время. Вдоль стен, обитых фиолетовыми пластиковыми панелями, размещались высокие шкафы с полупрозрачными дверцами, за которыми угадывались полки с посудой, ящички со столовыми приборами, груды кастрюль, сковородок, противней, форм для выпечки и тазов. Все крепилось к полкам особыми защелками, чтобы при включении и выключении системы нейтрализации гравитационного притяжения ничего не разбилось и не сдвинулось с места.

В центре кухни длинными рядами располагались столы, на некоторых из которых стояли странные приборы. На дальних от входа столах, вложенные друг в друга, стояли блестящие лохани, в каждую из которых войдет не менее двадцати ведер воды.

– Зачем тебе лохани?
– поинтересовался Андрей.

– А как же?
– удивился Кокуш, дожевывая оладьи.
– Чем зверей кормить прикажешь? Они ведь едят целую гору шамой разной пищи, только ушпевай добавку готовить.

– У тебя много работы.

– А ты думал! Мне даже отдохнуть некогда. Так и бегаю тут ш раннего утра до позднего вечера.

– А где продукты?

– В кладовой, - Кокуш махнул рукой в сторону.
– Чаштично в готовом виде, чаштично в шублимированном.

– Это как?

– Как ваши полуфабрикаты. Только вы, шкажем, курицу в холодильнике заморозите, а через два дня пожарите и шъедите. А тут хранятся не готовые куры, а отдельные вкушы, из которых эта курица состоит. Откуда, думаешь, я тебе чернику на корабле взял?

– Она синтезированная?
– удивился Андрей.

– А ты не понял?
– улыбнулся кок.

– Нет. Получилось очень вкусно, - похвалил Семенов.

– Я штарался, - повар поднялся.
– Хочешь пошмотреть на очистку воды? Ее уже доштавили. Думаю, ошушили пару-тройку озер.

– Озер?!

"Ты помнишь, что там была за вода?
– полюбопытствовал аналитик.
– Будешь пить мочу оранжевого тираннозавра"?

– Ее точно можно пить?
– с сомнением спросил Семенов.

– Точно, - чтобы подтвердить свои слова кок даже приложил лапу к груди.
– Наша очиштка шделает пригодной к употреблению даже мочу.

– Пусть так, но мне не хочется смотреть, - поморщился Андрей.

– Как знаешь.

С потолка донесся голос вездесущего Грога:

– Внимание! Всем членам экипажа приготовиться к взлету. Старт через двадцать минут. Курс на Реджину.

Семенов подошел к двери, а потом обернулся на Кокуша.

– Можно тебя попросить? Вода, которую мы пьем, пока не закончилась? Готовь мне, пожалуйста, из нее. Если можно.

– Ладно, - улыбнулся кок.
– Шделаю для тебя ишключение.

– Спасибо.

Андрей облегченно выдохнул и отправился к себе. Ему, как и всем, придется пить очищенную воду оранжевой планеты, но он был рад получить отсрочку.

* * *

Взлет прошел без осложнений. Андрей переждал невесомость, пристегнувшись к треножнику в своей каюте. Идти к Илорэль не хотелось, ведь он так и не придумал, как отличить настоящего капитана от поддельного. Одна мысль у него имелась, но она не претендовала на звание "гениальной догадки", поэтому Семенов решил дождаться ужина. Он посмотрит, в каком настроении находится девушка, и решит, стоит ли выдвигать свое предложение.

Ужин проходил в тягостном молчании, только Кокуш пытался разрядить обстановку болтовней о карнавале на Весте, ярко описывал, как миллион обнаженных вестянок полночи танцевали под местной луной, а потом купались в фонтанах. В честь карнавала кок приготовил целую бочку бледно-зеленого пунша и устроил из него фонтан, по которому пустил плавать ледяных крылатых девушек. Семенов к пуншу не притронулся, пил свой сублимированный апельсиновый сок и думал. Но ни на что решиться так и не смог.

Говорить о делах за ужином капитан запрещал, и никто не смел нарушить этот запрет. Особенно сегодня, когда впервые за долгое время место О'рдрина пустовало. "Серый" на ужин не явился - попросил кока принести еду на капитанский мостик. Мэкалль молча жевал нечто зеленое с тонкими жучиными лапками, а Илорэль часто вздыхала, водя вилкой по тарелке с желтым супом, и первая ушла к себе.

– Эх, вы, едоки, - вздохнул Кокуш, убирая тарелки.
– Только пошуду пачкаете.

– Нет аппетита, - Мэкалль отложил ложку, - а вот пунш у тебя получился очень вкусный. Хорошо идет даже при отсутствии аппетита.

Специалист по иноразумным вышел, забрав с собой недопитый стакан, а Андрей еще немного посидел, наблюдая, как корабельный повар справляется с остатками еды.

– Хочешь помочь мне ш кормежкой?
– спросил Кокуш.

– Ты спрашиваешь из вежливости или надеешься на положительный ответ?
– уточнил Семенов.

– Нет, не надеюшь. Я знаю, ты шегодня уштал. Шел бы к шебе. Шпать. Выглядишь неважно.

– Пожалуй, ты прав.

Андрей поднялся из-за стола. Сначала он хотел заглянуть в изолятор, но потом передумал и пошел к себе. Походил по каюте, полежал, глядя в потолок, пытался сделать самомассаж для облегчения боли, потом принял душ, снова полежал, снова попытался массировать ноги и тело, ничего не добился, поднялся, еще немного походил и решился.

Резко, чтобы не передумать, распахнул дверь и отправился к каюте девушки.

– Илорэль, к тебе можно?
– спросил он, постучав.

– Нет!

Рука, уже до половины повернувшая ручку двери, замерла.

– Ты занята?
– уточнил Андрей.

– Приходи минут через десять!
– откликнулась дочь капитана.

– У меня важный разговор.

– Потерпишь.

– Ты не одета?
– предположил Семенов.

– Я же сказала, тебе придется подождать!

В голосе девушки слышалось раздражение. Значит, она занята чем-то важным.

Андрей прислонился спиной к стене и стал ждать. Он нашел очень удобное положение, при котором боль в теле немного стихла.

Минут через десять дверь открылась, и в коридор вышел Мэкалль. Выглядел он бледным и уставшим, черная щетина только подчеркивала необычную белизну кожи.

"С тобой все в порядке"?
– хотел спросить Семенов, но не успел. Арахноид посмотрел на него, как на злейшего врага, и засеменил по коридору. Андрей пожал плечами и снова постучал в дверь.

– Теперь можно войти?

– Входи, - разрешила орлянка.

Илорэль сидела перед зеркалом, устало опустив голову на скрещенные руки. Простыня на кушетке была смята, значит, специалист по иноразумным приходил на медицинскую консультацию. Но Семенов не стал ни о чем спрашивать - неподходящий момент. Он подошел к дочери капитана, встал за ее спиной и положил руки на спинку стула.