Чтение онлайн

– Нет, я серьезно. Конечно, фотография эта случайная, но учитывая, что никто не знает истинную причину такого выражения лица… я решил, что можно ее использовать как заглавную.

Не зная, как прокомментировать ситуацию, молча повернулась к экрану и перелистнула фотографию. На следующей уже была изображена вся моя семья в полный рост. Мы шли по проселочной дороге, с двух сторон от нас раскинулось поле, позади виднелся красно-желто-зеленый лес. Я находилась в окружении родителей и сестер. Все смеялись. Перед нами бегали братья, и Славик изображал самолет. Меня за плечи обнимал папа, а мама держала за руки Олю и Лялю. Я вроде бы была по центру снимка, самая яркая в красных сапогах и шляпе, но в то же время со всеми, частью одного целого. Снимок этот отличался от фотографий других девушек тем, что на нем я была не одна. Только у меня была фотография с другими людьми. И мне она нравилась намного больше остальных снимков.

На третьем снимке я была в окружении женской части своей семьи. Мы стояли боком к камере. Мама обнимала меня со спины. Оля стояла посередине снимка, положив руку мне на плечо и пристально глядя на мое лицо, будто слушала что-то, а Ляля стояла напротив и смотрела на маму позади меня.

На четвертой фотографии папа держал руку над Тасей, та поднялась на задние лапы. Я стояла рядом и наблюдала за происходящим, улыбаясь не так широко, как Нина на своих фотографиях, намного более скованно, но искренне и с любовью глядя на собаку, а Славик и Стасик продолжали изображать самолеты позади нас. Фотография была очень милой и не постановочной. У мальчиков были немного смазаны руки, папа улыбался криво, но это не портило фотографию, а, скорее, придавало ей еще больше жизни.

На пятом снимке я была изображена на берегу пруда с ватрушкой в руках и в окружении уток. Задумчивая и все с тем же румянцем смущения на щеках. На этот раз, как я знала, он был вызван первым поцелуем, а не осенним холодом.

Серия фотографий была подписана «1. Сила каждого Утенка в его стае».

Комментариев под фотографиями было много.

– Все-таки хорошо, что нашу презентацию поставили на понедельник, – заметил Лебедь, облокачиваясь на спинку стула. – То, что она многим понравилась, сказалось на результатах голосования. Завтра-послезавтра можешь опуститься в рейтинге, так что не расстраивайся.

Максим был прав. В комментариях были те, кто хвалил не фотографии, а сегодняшнюю презентацию. Были и те, кто заявлял, что снимки – не формат конкурса красоты. Были те, кто высказался намного резче, кто-то сравнивал меня с другими участницами. Но на этот раз мне было все равно.

Мне фотографии очень нравились. Я была от них в восторге, как и большинство студентов, которые отдали свои голоса за меня. Мне казалось, что я парю над землей, и даже страх падения на этот раз не мешал счастливо улыбаться своим же фотографиям.

– А остальные покажешь? – потребовала, перелистывая страницу на голосование.

Я продолжала оставаться на третьем месте. Милана была на первом, Анна на втором. Нина на восьмом, что меня возмутило, и я тут же отдала свой голос за нее.

– Не понял. Это что только что было? – возмутился Максим, когда я проголосовала за свою конкурентку.

– Захотелось, – пожала плечами. – У нее тоже хорошие снимки.

– Мои все равно лучше! – возмутился Лебедь. – Ну-ка подвинься. Я за себя сам проголосую, а то ты еще и мой голос спустишь на ветер.

– То есть за меня? – уточнила со смешком, придвигая к нему ноутбук.

– Ну и за тебя тоже, – согласился он.

В итоге с Тасей гулять мы пошли снова очень поздно, потому что еще долго рассматривали остальные фотографии с семейно-утиной фотосессии, пили чай с остатками пирога и снова целовались сквозь смех.

Было немного страшно появляться в академии во вторник. И даже не столько страшно, сколько неудобно, неловко. Теперь меня все знали в лицо, я опасалась повышенного внимания к себе, не знала, как на него реагировать. А еще меня волновали одногруппники: не отвернутся ли они от меня после завершения презентации? Они выступили, представили группу и факультет в лучшем свете, и теперь я уже не нужна им…

Словом, меня одолевали разные страхи. И надуманные, и вполне реальные. Максим над моими опасениями смеялся, заверял, что я могу быть интересна Александре, Ане, Насте и другим девчонками не только потому, что являюсь участницей конкурса. Вместо того чтобы поддерживать меня и советовать, как себя вести, если подойдет кто-то незнакомый и будет задавать вопросы о конкурсе или ругаться, он прочитал мне целую лекцию о том, что у меня теперь имеется сверхревнивый парень и общаться с другими представителями мужского пола не рекомендуется.

– Да мне не особо и хочется, – ворчливо заметила, когда мы подошли к аудитории.

– Не нравится мне это «особо». Правильнее говорить «не хочется» без всяких «особо», – нудно заявил Максим и вызвал у меня натянутую улыбку.

– Не переживай. Я с людьми не очень хорошо лажу, – заметила.

– Только это и успокаивает, – весело хохотнул Лебедь, видимо, вспомнив, как ходил следом за мной в начале нашего знакомства. Не сильно, возмущенно стукнула его по руке и направилась к открытым дверям аудитории, махнув на прощание.

Группа встретила меня еще большим оживлением, чем накануне презентации. Ребята снова сгруппировались вокруг стола Александры и обсуждали самые запомнившиеся моменты вчерашнего события.

– Леся, иди сюда! – крикнула Настя, первой заметив меня.

Незаметно выдохнула и расслабилась, отпустив вновь свой страх. Никто про меня не забыл, ребята встретили с радостью и приняли в свой круг обсуждения, где Сашка как раз вещал о том, как торговался с продавцами на рынке из-за футболок. Все смеялись, и я тоже вскоре улыбалась вместе со всеми.

– Мы решили, что надо отпраздновать вчерашнюю презентацию, – рассказала мне Настя, пока все слушали Сашку и подключившегося к рассказу Витю. – Хотим вечером в клуб сходить. Выпить, потанцевать. Ты тоже идешь.

– Но…

– Без возражений. Без тебя никак – ты наша главная звезда.

– Но…

– И обязательно позови друзей своего Максима. Веселые ребята… высокие и широкоплечие спортсмены. – Настя мне заговорщически подмигнула. Я не стала уточнять, что у всех них в основном есть девушки, и лишь смиренно вздохнула.

После презентации группа от меня не отвернулась. Наоборот, я стала всеобщей любимицей и главной героиней. Девчонки не просто приняли меня в свой круг, а буквально втащили в него за уши, не спросив хочу ли я обсуждать «высоких и широкоплечих спортсменов», а парни посматривали на меня с интересом, отвешивая шутовские поклоны и пытаясь заговорить.

Настя, видно, решила взять надо мной опеку, потому что заставила сесть рядом с ней за парту и тут же заявила: «С этой Верой надо что-то решать. Что это она на твоего Лебедева вешается?» Этим вопросом я тоже озадачилась после воскресенья, но так по-боевому к нему подходить не собиралась. Настя же начала предлагать варианты от «поговорить с ней в темном уголочке» до «заставить это сделать Максима».