Чтение онлайн

Хотя в действительности все вышло не совсем так. Алекс Барнс был безоружен и не сопротивлялся. Он сдался сразу же, поэтому вид ворвавшихся в номер вооруженных людей поверг его в шок.

Слово «освободили» так же мало подходило к тому, что в действительности произошло с Амели. Когда в номер ворвалась полиция, девочка мирно спала, прижавшись к Алексу Барнсу. Пробуждение было громким. Это можно было бы объяснить шоком, но и будучи доставленной в безопасное место, Амели не переставая звала Барнса и плакала.

– Я хочу к нему, – повторяла она сквозь слезы. – Пожалуйста, дайте мне его увидеть.

Сейчас девушка сидела с Калебом в комнатке, которую предоставил полиции потрясенный владелец отеля. Амели забрали из постели Алекса совсем раздетую и увели, накинув на плечи одеяло. Теперь она куталась в просторный свитер, но все равно дрожала всем телом. Калеб включил обогреватель на полную мощность и снял куртку. В комнате стояла тропическая жара, но Амели трясло. Наверное, она была в шоке. Девушка уже беседовала с врачом, и тот дал ей успокоительное. Похоже, подействовало не очень.

– Твои родители уже едут сюда, – сказал Калеб. – И сержант Хелен Беннет тоже. Ты много раз беседовала с Хелен. Может, стоит подождать, пока все соберутся, прежде чем ты расскажешь, что произошло?

До сих пор Амели молчала. Теперь впервые подняла голову:

– Я не хочу видеть родителей.

– Почему?

Она как будто пыталась с головой зарыться в свитер.

– Не хочу их видеть. – Снова ударилась в слезы: – Нет, нет, пожалуйста…

Калеб склонился над креслом:

– Что случилось, Амели? Что произошло между… тобой и Алексом Барнсом?

– Я хочу к нему.

– Он похитил тебя. С заправки.

– Нет.

– Нет?

– Я сама позвонила ему. А потом выбралась в окно и перелезла через забор.

– То есть это ты позвонила Алексу Барнсу?

– Да.

– И что было потом?

– Он приехал и забрал меня с заправки.

Все это время, пока Амели звала Алекса Барнса, в голове Калеба вызревала чудовищно неприятная догадка. Неумолимо обретающая форму, несмотря на его отчаянное сопротивление, и напрочь перечеркивающая все его предыдущее расследование.

Инспектор собрался с духом:

– Значит, вы… ты и Барнс… знали друг друга до того, как он вытащил тебя из воды? Вы… давно знакомы?

Амели ответила почти незаметным кивком.

– И у вас были… отношения какое-то время?

Она снова кивнула и посмотрела на Калеба:

– Да, я люблю его.

– Ты любишь… Амели, ему тридцать один год. Тебе четырнадцать!

Калеб прикусил язык. Как будто указание на возраст было в глазах Амели серьезным аргументом. Как будто тем самым он мог ее в чем-то убедить.

– Я люблю его, – повторила она.

– Хорошо, – механически отозвался Калеб. – Очень хорошо.

Он размышлял. Похоже, Алекс Барнс затащил в постель четырнадцатилетнюю девочку, сделав ее, как физически, так и морально, зависимой от себя. При этом, судя по всему, он не был ни убийцей, ни насильником. В этот момент прояснилось кое-что еще: истории Амели Голдсби и Саскии Моррис никак не связаны между собой.

– Тебя никогда не похищали, верно? Даже в октябре.

И снова вполне ожидаемый кивок.

Калеб вздохнул.

Вот черт…

– Я не хочу видеть своих родителей, – тихо повторила Амели.

– Тебе придется встретиться с ними, – возразил Калеб.

Это прозвучало резко, но он не мог сдержать гнева. Сидевшая перед ним девушка замешана в плохой игре. Она не только неделями лгала родителям и полиции, но и задала поискам убийцы Саскии Моррис неверное направление.

– То есть твое описание убийцы… не более чем фантазии?

Снова кивок.

– Вы здорово влипли, ты и твой друг, – сказал Калеб. – Особенно он, потому что занимался сексом с девушкой моложе шестнадцати лет. Его ждут более серьезные неприятности, чем ты можешь себе представить.

В ее глазах мелькнул страх:

– Алекса посадят в тюрьму?

Калеб кивнул:

– Можешь в этом не сомневаться.

Никого инспектор не желал так видеть за решеткой, как Алекса Барнса.

Пару секунд Амели как будто колебалась, а потом, как видно, решила, что сотрудничество с полицией может облегчить ее участь:

– Мы знакомы с января, почти год.

– Где вы познакомились?

– В Си-Лайф-Санкчуэри, я работала там по выходным. Алекс тоже. Там мы и встретились.

– И как долго вы… состоите в отношениях?

– С февраля.

Калеб вздохнул. Мистер Барнс сомневался недолго.

В коридоре послышались шаги и голоса, а потом дверь распахнулась. В комнату вошли Дебора, Джейсон и Хелен, выглядевшая так, будто ее по тревоге подняли с постели. На Хелен были зеленые брюки и совершенно невозможный канареечный свитер. Сочетание резало глаз. Как видно, Хелен одевалась в темноте. Торчащие во все стороны непричесанные волосы дополняли картину.

Но Дебора и Джейсон как будто вообще не ложились. Об этом ясно свидетельствовали их серые, бескровные лица. Калеб спросил себя, понимает ли безрассудный подросток в кресле, что он сделал с родителями.

– Амели!

Дебора подбежала к дочери и хотела ее обнять, но та еще глубже вжалась в кресло и отгородилась от матери таким красноречивым защитным жестом, что Дебора невольно попятилась и вопросительно посмотрела на Калеба:

– Всё в порядке?

– Ваша дочь жива и здорова, – сказал он, – но это единственное, что можно считать в порядке.

Джейсон испуганно оглядел комнату, как будто боялся увидеть затаившегося в углу Алекса Барнса.

– Это ведь был он, верно? Барнс, она была у него? Он прятался с ней в этом отеле…

– Барнс, да. Но все было не так, как вы думаете.

– Не так? – удивился Джейсон.

– Амели нам все расскажет. Не хотите пригласить адвоката?

Дебора и Джейсон удивленно посмотрели на инспектора.

– Адвоката? – переспросила Дебора таким тоном, как будто плохо представляла себе, кто это такой.

– У вашей дочери проблемы, – ответил Калеб. – Мой долг предупредить вас…

– Нам не нужен адвокат, – перебил его Джейсон. – Я хочу знать, что происходит. Немедленно.