Чтение онлайн

И когда он посватался, она заявила родителям, что лучше останется старой девой, а за другого замуж не пойдёт.

В семье, среди пятерых детей, она была старшей. Жених не особенно настаивал на приданом и поэтому, получив согласие дочери, родители благословили их брак.

Муж увозил её не в какую-нибудь деревенскую глушь, а в Москву, где, по его словам, служил в железнодорожной конторе.

Ничто не насторожило её. Даже то, что муж, в течении трёх дней после свадьбы, так и не выполнил свой супружеский долг. Она по-прежнему смотрела на него любящими глазами.

Глаза открылись в тот день, когда пропахший насквозь винным перегаром, верзила, огромной тушей надвинулся на неё.

— Что ты сидишь, как не живая? — прохрипел он ей в лицо. — Раздевайся и работай!

Он сорвал с её плеч сорочку. Она вскрикнула и инстинктивно закрыла руками обнажённую грудь.

— Какая хорошенькая. Беленькая и чистенькая, — он положил руку на её грудь, больно сжал её и впился губами в её губы.

Катя отпрянула и заплакала.

— В чём дело? — зло бросил мужчина. — Ты что, ломаться надумала, шлюха?! Знаешь, сколько я заплатил за тебя хозяйке?!

Вот тогда она поняла, что попала в ловушку. Что мнимый муж оказался жуликом, который доставлял в столичные бордели девушек из глубокой провинции, оформляя с ними фиктивные браки.

Катерина плакала, умоляла её не трогать и отпустить.

Это только разозлило клиента.

Он решил научить её быть покорной и, указать то место, на котором ей, отныне, придётся находиться.

Избитая, изнасилованная, в разорванной одежде, Катя, зажав рот ладонью, чтобы не закричать от стыда и боли, сползла на пол. Её мутило.

Дрожащими руками кое-как натянула на себя платье. Рядом, развалившись на кровати, храпел клиент.

Она прожила в аду три года.

Хозяйка борделя постоянно пеняла её за то, что она худая. Клиентам больше нравились пышные девочки, а не холодные, тощие селёдки, которые на любителя.

Грозила выгнать её из заведения, если она не будет приносить доход.

Как и всех девочек заведения, её зарегистрировали в полиции и выдали «жёлтый билет». Ежемесячно бывали медицинские осмотры и, боязнь беременности, потому как хозяйка, немедленно, выбрасывала дур с приплодом на улицу.

Её товарки по ремеслу, мечтали подцепить богатого клиента и уйти на содержание, тем самым став дамами полусвета. Такое положение позволяло скопить немного денег и, уехав куда-нибудь, где их никто не знал, доживать спокойно свой век.

Катя даже об этом мечтать не могла. В душе она ненавидела хозяйку, клиентов, мужа и себя, а на деле улыбалась всем, даже своему отражению в зеркале, где видела накрашенную и вульгарно одетую, куклу.

Ей до сих пор неизвестно, каким ветром занесло в тот вечер в их бордель, Андрея Михайловича Рунича.

Сидя в гостиной и наблюдая за девушками он, неожиданно, остановил свой взгляд на ней.

Катя, с деланной улыбкой, прихорашивалась перед зеркалом, когда уловила в отражении этот взгляд.

Оглянулась и замерла.

Мужчина сидел за столиком и просто смотрел. Лицо его ничего не выражало, оно больше бы подошло каменной статуе, но глаза… Они жили.

Под этим взглядом, с лица Екатерины сползла улыбка, она побледнела, а потом, резким движением бросила расчёску на подзеркальник, гордо приподняла голову, и в свою очередь уставилась на мужчину, точно бросала ему вызов.

И первой отвела взгляд, потому что почувствовала, как из глаз брызнули слёзы и, лицо залила краска стыда.

Не понимая почему, она бросилась вон из гостиной и, забившись в угол кровати, в своей комнате, разрыдалась.

Очнулась от того, что кто-то гладил её по голове.

Это был он!

Когда он вошёл, Катя не услышала. Он не требовал от неё ничего и, ни о чём не спрашивал. А на следующий день выкупил её «жёлтый билет» у хозяйки.

Девушки завидовали Кате. Её «папаша» оказался молод, хорош собой и главное — богат.

В вагоне поезда, увозившего их, из Москвы в Санкт-Петербург, Андрей Михайлович, попросил её забыть прошлое и учиться жить заново.

Так она попала в «Дюссо».

От мыслей её отвлёк стук входной двери.

В гостиную вбежала Адель. Француженка была бледна, глаза — заплаканы.

Катя поспешно встала со своего места.

— Адель, как хорошо, что ты пришла.

— Он… — всхлипнула девушка.

— Я не знаю где твой обожаемый Арсен. Алексей сказал — ушёл куда-то.

— Зато я знаю, — едва выдавила из себя француженка. — Я их видела!

Закрыв лицо руками, она побежала в комнату прислуги.

***

Арсений выбежал на дорожку, ведущую в сад. Оглянулся по сторонам.

За кованным, узорчатым забором — улица. На её противоположной стороне дома чиновников, купцов, знаменитых актёров. Ни ландо, ни пролётки, не было видно.

Понурившись, побрёл обратно в дом.

— Арсений, — позвал его тихий голос.

Он поднял голову. Ксения, в голубом, безыскусном платьице, в лёгкой шляпке, стояла в нескольких метрах от него.

Арсений подошёл и протянул ей руку.

— Здравствуй.

— Здравствуй, — прохладные тонкие пальцы, легли в его ладонь. — Прости, я не могла раньше поблагодарить тебя за то, что ты сделал для меня. Мама была постоянно дома.

— Понимаю, — улыбнулся он.

— Вот, наняла извозчика, назвала фамилию, и он привёз меня сюда. Ты здесь живёшь?

— Да. Прислуга сказала, что меня спрашивала какая-то барышня. Я сразу догадался,

что это ты. Никогда не видел тебя без одеяния послушницы, — не скрывая восхищения, признался он. — Рад тебя видеть.

Лёгкий шорох в зарослях сирени заставил её вздрогнуть.

— Ты боишься?

— Немного, — девушка смутилась.

— Всё позади, Ксения. И монастырь и старик жених.

— Да.

— Тогда в чём же дело?

— Мне пришлось пережить неприятные и унизительные моменты у доктора.

— Успокойся, — он сжал её ладонь. — Пойми одно, всё позади.

Ничего не знающие о том, что их подслушивает ревнивая француженка, Арсений и Ксения подошли к скамье и сели.

— Знаешь, — тихо произнесла девушка. — Меня немного пугает то, что происходит в моём сердце.