Чтение онлайн

— Правда? — Адель смотрела с недоверием.

— Полно, Адель, возьми себя в руки, — уже строже произнесла Полина. — Не унижай себя из-за этой барышни, потому что ты ничем не хуже её. Поговори с Арсением Андреевичем, — строгие нотки в её голосе исчезли. — Мне кажется, он уже не сердится на тебя.

— Ты думаешь? — надежда затеплилась в глаза девушки.

— Насколько я его знаю, то — да, — кивнула Полина. — Арсений Андреевич долго сердится, не умеет.

Удивительно, но светло зелёное, ситцевое, плотно облегающее её гибкую, стройную фигуру, платье, уже не казалось француженке таким старым, а рыжие волосы, собранные в причёску, некрасивыми.

Она лукаво повела на подругу зелёными глазами и улыбнулась.

Воображение тот час нарисовало картину, как она встретиться с Арсением и, по её щекам разлился румянец смущения, как будто Полина могла прочесть её мысли.

«Неужели я увижу его выразительные глаза, лицо, услышу его голос? Неужели он коснётся губами моих губ? О, мой Арсен!»

От предвкушения встречи, Адель облизала чувственные губы.

***

Андрей с силой толкнул дверь в комнату сына.

Понурившись, Арсений сидел в кресле перед столом и, тупо смотрел перед собой в пространство.

— Что за чушь ты сейчас городил? — с порога спросил Рунич.

— Не нравится правда? — не поворачивая головы, ответил сын.

— Хотел унизить меня? Это тебе удалось. Выставил меня перед ней пошляком.

— Думаю, ты быстро заставишь её изменить о себе мнение. — лениво отозвался юноша.— Если, конечно, очень постараешься.

— Не будь циником! Всё не так, как ты думаешь.

— А вкус у тебя хороший! — не унимался Арсений и в глазах его заиграл насмешливый злой огонь. — Редкая красота. Вчера ты такой фурор произвёл. Просто загляденье!

— Кстати, а почему ты ушёл?

— Не смог вынести твоего счастья. Или ты думаешь, что за неимением своего, я должен наслаждаться твоим? Обещаю тебе, я постараюсь устроить свою личную жизнь и подберу себе женщину не хуже, чем…

Заметив взгляд отца, он осёкся и замолчал.

— Договаривай, сынок. — Андрей прикусил побледневшие губы.

— Не волнуйся, найду с кем утешиться.

Когда за отцом закрылась дверь, Арсений подошёл к окну, распахнул его настежь, чтобы освежиться прохладой утреннего Петербурга.

Весь день ему было не по себе.

Вечером, пробыв в «Дюссо» не более часа, решил уйти и лечь спать.

Медленно идя по коридору, увидел, как открылась дверь одной из комнат и, из неё вышла гостья отца.

Арсений остановился.

Заметив его, девушка тоже в нерешительности замерла у порога. Вдруг, приветливая улыбка озарила её милое лицо.

Наконец, он обрёл дар речи и, запинаясь от волнения, произнёс:

— Мадемуазель, простите меня, за то, что я наговорил вам утром. Я был сердит на отца, а обидел вас. Невольно. Извините меня.

— Я не в обиде, молодой человек. — В глубине тёмных глаз, заблестели звёздочки. — Но если это вам так необходимо, я вас прощаю.

— Благодарю. Ошибочно я спутал вас с одной монахиней. Вы поразительно похожи.

— Нас многие путают. Мы близнецы.

— Сестра Дарья… ваша сестра?

Девушка засмеялась и утвердительно кивнула.

— Она тоже здесь. Вот в этой комнате.

— Теперь мне всё понятно.

Арсений умолк, не смея сдвинуться с места и, не в силах отвести от неё взгляда.

Неожиданно, сердце, сжавшись в груди, больно заныло. Ноги стали ватными. Он покачнулся.

— Что с вами? — Елена поддержала его под локоть.

— Сейчас пройдёт, — он едва перевёл дух от боли в груди.

— Я помогу вам.

— Не стоит ваших хлопот.

— Нет, нет! Идёмте.

С её помощью, он доплёлся до своей комнаты и, опустившись на край кровати, пытался освободить узел галстука. Пальцы его рук дрожали.

Девушка присела на корточки возле него и проворно развязала тугой узел.

— Так лучшее? — её внимательные глаза, тревожно заглядывали в его побледневшее лицо.

— Там, — прошептал он, прижимая руку, к бешено прыгающему в груди сердцу. — В ящике стола, лекарство.

Не договорил. Комната поплыла перед глазами. Теряя сознание, Арсений видел испуганнее глаза.

Очнулся он в постели. В нос ударил резкий запах камфары. Левую руку на сгибе больно саднило. Рядом — доктор. На фоне окна — отец.

— Очнулись? Скажите спасибо Елене Лукиничне. Я был у её сестры и, когда вам стало плохо, она позвала меня. Продолжаете пить, любезный? Хотите к праотцам?

Арсений равнодушно махнул рукой.

— Не вижу в жизни смысла.

— Бросьте, Арсений Андреевич. Что за пессимизм! — врач похлопал его по руке. — Не торопите судьбу. Неужели все поэты таковы, а? Запомните, дорогой мой пациент, нашей жизнью распоряжается бог!

— Моей жизнью распоряжается дьявол.

Он покосился в сторону отца и отвернулся от его пытливого взгляда.

— Да вам, друг мой, нужно совсем другое лечение. Вам влюбиться нужно! — пытаясь развеселить своего пациента, доктор считал его пульс. — Оглянитесь, вокруг столько красивых барышень.

— Чушь, — поморщился Арсений.

— Не будь неблагодарным! — возмутился Андрей. — Доктор столько раз помогал тебе, а ты ему грубишь.

Краев набирал в шприц лекарство.

— Вы, в расстроенных чувствах. Сейчас сделаю вам укол и, вы уснёте. Хороших вам сновидений, юноша.

Наклоняясь к доктору, Андрей беспокойно спросил:

— Думаете, морфий поможет?

— Другого выхода нет. Ему немедленно нужно выйти из депрессии. В противном случае, всё может закончиться плачевно. Неужели вы не видите, как он подавлен?

— Я боюсь за него.

— Понимаю. Признайтесь, даже если бы у вас были другие дети, Арсений оставался бы для вас единственным навсегда.

— Верно.

— Я давно это понял. Скажите, а как вы отнесётесь к тому, чтобы он сблизился с сёстрами?

— Нет!

— Но…

— Этот вопрос даже обсуждению не подлежит! — глухо прошептал Андрей

Михайлович, оглядываясь на засыпающего сына.

Это были последние слова, которые услышал молодой человек, погружаясь в глубокий сон.