Чтение онлайн

– Пап. Привет, – произнес Артем тихим, ровным голосом. Его взгляд скользнул к Софии. – Привет, Соня. Готовишься к пожару?

– Артем! Привет! – София сияла, забыв про маму и папу Артема. – Ты представляешь, этот Петька...! – И она снова, уже с новыми силами и жестами, погрузилась в рассказ о театральном катаклизме, обращаясь в основном к Артему.

Глеб и Лариса оказались в еще более неловком положении. Дети знали друг друга. И были в хороших, даже приятельских отношениях. Это было... неудобно. Теперь молчать и делать вид, что они незнакомы, было еще абсурднее.

– Ты... знаешь Софию Орлову? – спросил Глеб сына, стараясь звучать просто констатирующе, а не как следователь на допросе.

– Ага, – коротко ответил Артем, не отрываясь от Софьиного рассказа. – Мы в физико-математическом потоке вместе. И на информатике. Соня – единственная, кто не тупит с алгоритмами. – В его голосе прозвучало неподдельное уважение.

"Единственная, кто не тупит? Моя София? – мысленно ахнула Лариса, впервые за вечер отвлекшись от Глеба. "Она же гуманитарий! Творческая личность! Хотя... последние оценки по информатике действительно были хорошие. Она говорила про "Артема, который объясняет человеческим языком". Вот он, человеческий язык..." Она посмотрела на Артема с новым интересом. Паренек казался умным и спокойным. Совсем не похож на своего ревущего родителя.

– Артем помогал мне с проектом по истории, – добавила София, ловя мамин взгляд. – Сделал крутую интерактивную карту сражений Наполеона. Учительница обалдела! – Она гордо посмотрела на Артема, а тот слегка смутился и потыкал пальцем в экран своего смартфона.

"Интерактивная карта? По истории? – Глеб смотрел на сына, стараясь скрыть удивление. "Он никогда не говорил. Говорит только про свои коды, серверы... А тут история? И помогал девочке? Интересно". Он бросил беглый взгляд на Ларису. Та смотрела на Софию с нежностью, которую Глеб никогда не видел на ее обычно строгом лице. "Она умеет так смотреть? Только на дочь, видимо".

Наступила новая, но уже менее напряженная пауза. Дети оживленно обсуждали что-то свое – то ли про Петьку-Петуха, то ли про алгоритмы. Глеб и Лариса стояли рядом, все еще избегая прямого взгляда, но лед неловкости слегка подтаял. Общие дети. Общая растерянность перед этим фактом. Общее пространство школьного вестибюля, пахнущего хлоркой и детством.

– Мама, а можно мы с Артемом доделать кое-что по физике? – внезапно спросила София, ловко поймав момент. – У нас лабораторная горой. Мы быстренько, в библиотеке! Полчасика! – Ее глаза сияли невинной просьбой, но Лариса уловила знакомый блеск авантюризма. "Полчасика? Сейчас она скажет "пять минуточек", как утром с ванной".

– У меня как раз есть новая модель для симуляции трения, которую я хотел протестить, – добавил Артем, совершенно серьезно, глядя на отца через стекла очков. – Библиотека до семи работает. Мы уложимся.

Глеб и Лариса переглянулись. Мимоходом. Впервые за вечер. И в этом мимолетном взгляде было столько общего понимания: "Они сговорились. Это ловушка. Но отказать сейчас – значит выглядеть полными монстрами в глазах детей".

– Я... я должна быть дома, у меня... – начала было Лариса, но София уже делала щенячьи глаза.

– Мам, ну пожааалуйста! Это же УЧЕБА! Ответственная лабораторная! От нее зависит четвертная оценка! – голос Софии достиг частот, доступных только собакам и чувствительным к манипуляциям родителям.

– Полчаса, Артем, – строго сказал Глеб, игнорируя внутренний голос, кричавший о неотложных рабочих письмах. – Ровно. И телефон включен.

– Угу, – кивнул Артем, уже поворачиваясь к Софии. – Пошли, Соня, покажем этой силе трения, где раки зимуют.

Дети, бросив на прощание многозначительные взгляды на замерших взрослых, скрылись в коридоре, ведущем к библиотеке. София что-то шептала Артему на ухо, и тот тихо фыркнул.

Глеб и Лариса остались вдвоем. Снова. Но теперь без буфера в виде детей. Тишина снова нависла, но в ней уже не было прежней ледяной враждебности. Было неловкое недоумение и общая усталость.

– Ваша дочь... очень энергичная, – произнес наконец Глеб, глядя в ту сторону, куда скрылись дети. Это было максимально нейтральное, что он смог придумать.

– Да, – согласилась Лариса, тоже глядя в пустой коридор. – Ваш сын... кажется, очень умный. "И гораздо приятнее в общении, чем его отец", – добавила она мысленно.

– Артем... да. Он в отца, – сказал Глеб, и в его голосе прозвучала неподдельная, редкая нотка гордости. "Хотя, черт, надеюсь, не во всем. Особенно не в умении орать на корпоративах".

Лариса невольно подняла бровь. "В отца? Серьезно? Этот тихий, вдумчивый мальчик – в этого урагана в костюме? Хотя... если присмотреться, подбородок... и взгляд, когда он на экран смотрит – такой же сосредоточенный".

Наступила еще одна пауза, но на этот раз ее прервал Глеб. Он посмотрел на часы.

– Им действительно полчаса хватит? – спросил он, и в его вопросе звучало не привычное командное ожидание, а просто родительская озабоченность.

– София, если ее не контролировать, способна "пять минуточек" растянуть до апокалипсиса, – ответила Лариса с легкой, почти незаметной улыбкой. – Но с Артемом... он выглядит ответственным. Может, и уложатся. "Странно. Мы говорим о детях. Спокойно. Без сарказма. Без подтекста. Как нормальные люди".

– Надеюсь, – пробормотал Глеб. Он перевел взгляд с часов на Ларису. На ее усталое лицо без привычной маски "Грымзы". На ее руки, сжимающие пакет с бутербродами. "Она тоже просто мать, которая ждет дочь с репетиции. Которая волнуется за ее оценки. Которая устала". Мысль была простой, но почему-то переворачивающей.

Они снова замолчали, но молчание это уже не резало. Оно было просто отсутствием слов, пока два усталых человека, которых жизнь и работа столкнули на поле боя, стояли в тишине школьного вестибюля и ждали своих детей. Общая родительская участь на время оказалась сильнее корпоративной вражды.

А в библиотеке, заваленные книгами для вида, София и Артем тихо хихикали.

– Ну что? – шептала София, выглядывая из-за стеллажа. – Стоят? Молчат?

– Стоят, – подтвердил Артем, мельком глянув в дверной проем. – Не орут. Не кидаются предметами. Прогресс.