Чтение онлайн

– То есть не на насъ, а спеціально на меня одну, Морицъ, – сказала Флора, – Генріэтта и Кети были только невольными свидтельницами. Извини меня, Морицъ, но я обвиняю лично тебя, что ненависть этихъ людей дошла до такой степени. Съ такими негодяями нужно принимать крутыя мры, а съ твоимъ слабымъ характеромъ и нершительностью далеко не уйдешь…

– Да, я былъ слабъ въ отношеніи тебя и бабушки, – возразилъ совтникъ, поблднвъ отъ негодованія. – Ты не давала мн покоя до тхъ поръ, пока я не отказался отъ своего слова, чмъ и возстановилъ противъ себя всхъ рабочихъ. Брукъ совершенно правъ…

– Прошу тебя избавить меня отъ этихъ объясненій, – вскричала Флора, красня отъ злости, – ты бы лучше молчалъ, если не имешь другаго боле значительнаго авторитета…

Совтникъ быстрыми шагами подошелъ къ Флор и посмотрлъ ей прямо въ глаза.

– Какъ, ты все еще продолжаешь свою вражду съ нимъ?

– Неужели-же ты думаешь, что я могу ежеминутно мнять свои убжденія?

– Да, но подумай, что будутъ говорить о теб въ свт?

– Какое мн дло до вашего свта! – возразила Флора со смхомъ. – Не понимаю, право, какое отношеніе можетъ имть свтъ съ вашимъ фаворитомъ?

Совтникъ удивленно взглянулъ на свою невстку и схватилъ ее за руку. – Я не понимаю тебя, Флора, – сказалъ онъ съ волненіемъ, – неужели ты еще не знаешь…

– Боже мой, что же я должна знать? – прервала его молодая красавица, слегка нахмуривъ брови и топнувъ ногою отъ нетерпнія.

Въ эту минуту дверь быстро распахнулась и въ комнату вошла президентша. На ней было лиловое шелковое платье, придававшее темный оттнокъ ея, безъ того уже желтому, лицу, которое казалось сильно постарло за послднюю ночь.

Не успла она еще затворить за собой двери, какъ совтникъ быстро подбжалъ къ ней и съ почтеніемъ поцловалъ ея руку, извиняясь, что раньше не явился пожелать бабушк добраго утра, такъ какъ зналъ что она все время занята была визитомъ какой-то важной придворной дамы.

– Да, г-жа Бернекъ приходила освдомиться о здоровь Генріэтты и спрашивала, успокоилась ли Флора, посл вчерашняго происшествія въ лсу? – сказала президентша. – Да, сегодняшній день будетъ для меня весьма тяжелый, вс знакомые узнали о вашей несчастной прогулк и, вроятно, не замедлятъ явиться съ различными вопросами… – Сказавъ это, пожилая дама опустилась въ кресло и, помолчавъ съ минуту, снова продолжала:

– Впрочемъ г-жа Бернекъ имла еще боле важную причину своего ранняго визита. Она, какъ извстно, принадлежитъ къ числу тхъ людей, которые всегда желаютъ первыми явиться и объявить вамъ какую нибудь новость. Вообразите себ, она и сегодня пришла съ тмъ, что-бъ поздравить меня съ новымъ счастіемъ. Боже мой, я, право, не знаю, радоваться-ли мн, или плакать. Больно только сознаться, что при двор царствуетъ такая несправедливость. Я думаю, каждый знаетъ заслуги нашего друга Бера, а теперь его оставляютъ безъ всякаго вниманія, точно онъ никогда не существовалъ.

– Такъ съ этимъ пришла тебя поздравить эта придворная сплетница? – сердито вскричала Флора.

– Понятно, что не только съ этимъ, дитя мое, – возразила президентша обиженнымъ тономъ. – Ты еще не знаешь, Флора, какія странныя вещи происходятъ на свт? Часъ тому назадъ ты не могла допустить той мысли, что Брукъ сдланъ лейбъ-медекомъ герцога.

– Пустые разговоры! Чего только не выдумаютъ эти придворные головы! Лейбъ-медикъ! И ты вришь этой сказк, бабушка, и принимаешь поздравленіе? – сказала Флора, громко разсмявшись.

– Можно подумать, что вы живете въ глухой провинціи и никогда не читаете газетъ, – вскричалъ совтникъ. – Вы ршительно ничего не знаете, что въ свт длается, а я нарочно торопился скоре пріхать, радость не давала мн покоя. Во всхъ газетахъ есть статьи объ удивительной операціи доктора Брука. Наслдный принцъ сильно расшибъ голову, упавъ съ лошади, и никто, даже знаменитый профессоръ Г. не брался за операцію. Вотъ причина, почему на прошлой недл его вызвали по телеграфу въ городь.

– И ты вришь, что это былъ твой фаворитъ Брукъ? – воскликнула Флора. Она попробовала улыбнуться, но губы ея окаменли и все лицо покрылось смертельною блдностью.

– Да, это былъ мой Брукъ, которымъ я горжусь! – возразилъ совтникъ съ живостью. – Впрочемъ онъ кром того заставилъ говорить о себ во всхъ ученыхъ кружкахъ своей новой брошюрой. Я просто не могу выразить своего восторга. Онъ открылъ совершенно новый способъ для операцій; нтъ сомннія, что ему предстоитъ блестящяя будущность!

– Блаженъ кто вруетъ! – сказала Флора задыхающимся голосомъ. Въ эту минуту она походила на игрока, ставившаго все свое остальное состояніе на одну карту. – Твои слова не могутъ убдить меня. Можетъ быть, дло идетъ объ однофамильц Брука, а если нтъ, то это ничто иное, какъ волшебная сказка. – При этихъ словахъ, совтникъ ршительно потерялъ свое обычное хладнокровіе, онъ съ сердцемъ топнулъ ногою и отошелъ въ сторону. Между тмъ президентша стояла возл письменнаго стола и нетерпливо барабанила по немъ своими блыми пальцами. Глаза ея были обращены на Флору; она очень хорошо понимала, что въ ней происходило, и желала вывести внучку изъ неловкаго положенія.

– Твое упрямство ни къ чему не поведетъ, Флора, – сказала она; – въ конц концовъ ты все таки должна будешь поврить. Хотя я и очень удивлена неожиданнымъ извстіемъ, но все таки не сомнваюсь боле въ его справедливости. Кром того я уже вчера вечеромъ видла на письменномъ стол Брука орденъ Герцогскаго дома.

– И ты не могла сказать мн этого раньше, бабушка, – вскричала Флора, какъ ужаленная. – Почему-же ты до сихъ поръ молчала?

– Почему я молчала? – повторила президентша и голова ея слегка закачалась отъ внутренной злобы. – Какъ ты дерзка! Неужели ты не помнишь, что вотъ уже нсколько мсяцевъ, какъ никто не сметъ разговаривать съ тобой о доктор и я тоже сочла за лучшее молчать…

– Однако мое поведеніе было совершенно въ твоемъ вкус, бабушка.

– Прошу покорно! ты, вроятно, заключаешь это изъ того, что я никогда не хотла вступать съ тобою въ споръ? – Ты всегда была ярою противницею Брука, и осуждала его строже всхъ его сотоварищей; нельзя было заступиться за него безъ того, что-бъ не вышло изъ этого сцены. Я думаю Морицъ и Генріэтта отлично это знаютъ. Да и теперь, вмсто того, что-бъ радоваться, ты сердишься за его успхъ! – Президентша была разсержена до глубины души и потому на этотъ разъ измнила своимъ правиламъ и говорила очень рзко.

Флора молчала, стоя спиной къ присутствующимъ, но по ея порывистому дыханію можно было заключить, что она сильно съ собой боролась.

– Скажи на милость, когда-же я могла вчера говорить съ тобою? – Вернувшись домой, ты показалась въ гостинную всего на пять минутъ. А въ дом доктора я ни на минуту не оставалась съ тобою на-един, да и, кром того, бдная обстановка его квартиры измнила расположеніе твоего духа: ты была въ сильномъ раздраженіи.

– Эта обстановка скоре на тебя подйствовала, чмъ на меня; зачмъ преувеличивать?