Чтение онлайн

– Давайте во что-нибудь другое, в «Правду или действие» например?

– А давай, – согласился Андрей. – Только без слишком откровенных вопросов.

– Договорились, – кивнул Илья.

Я почувствовала, как внутри зашевелилось волнение. В этой компании «Правда или действие» могло зайти далеко, но отказываться было глупо.

– Начинаем с тебя, – Мила показала на Андрея.

– Действие, – сразу сказал он. – И не надейся пытать меня своими вопросиками.

– Спой песню, – усмехнулась я.

– Какую?

– Любую.

Андрей закашлялся, потом затянул что-то из репертуара Вани Дмитриенко. Голос у него был ужасный, но мы смеялись и хлопали. Он смотрел на меня, как будто посвящая каждую строку песни. Я почувствовала как приятное тепло разливается внутри и немного переходит на лицо. В конце Илья даже сделал вид, что аплодирует стоя.

– Ладно, ладно, – сказала я. – Теперь моя очередь. Мила, правда или действие?

– Действие, – она вздёрнула подбородок.

– Расскажи какую-нибудь смешную историю из детства.

Мила задумалась, потом начала:

– Ладно, – она усмехнулась. – Мы с Андреем как-то застряли в лифте, нам было наверное по лет семь. Он начал орать так, что, наверное, на первом этаже слышали, а я вообще решила, что мы умрём, так и не дожив до совершеннолетия.

– И что ты сделала? – спросила я, немного испугавшись.

– Нажала все кнопки подряд. Лифт дёрнулся, мы очень испугались, потом из динамика раздался еле слышный голос женщины, которая сказала, что в ближайшее время лифт починят. Прошло 5 минут, а потом он поехал вниз. Двери открылись на первом этаже, а там – наша соседка, бабушка Клава, с сумками. Она посмотрела на нас и говорит: «Дети, вы чего такие красные?» Мы вылетели оттуда как ошпаренные. Андрей ещё споткнулся о порог и упал, так ему хотелось поскорее убраться.

Андрей засмеялся.

– А я помню эту бабушку Клаву. Она потом всем во дворе рассказывала, как два «лифтёра-экстремала» едва не разнесли подъезд.

– Мы не разнесли, – возразила Мила. – Просто... немного перепугали систему.

– Система до сих пор тебя боится, – усмехнулся Илья.

– Зато теперь я знаю, что в экстренной ситуации нажимать все кнопки – не сработает.

Мы рассмеялись.

– Аня, твоя очередь, – Илья посмотрел на меня. – Правда или действие?

– Правда, – я решила не рисковать.

– А какое твоё самое неловкое воспоминание?

Я задумалась, в голову пришёл случай из школы, и я покраснела.

– Однажды я выступала на сцене и споткнулась, упала прямо перед микрофоном. Все смеялись, а я хотела провалиться сквозь землю.

– Бедная, – Андрей погладил меня по плечу. – Я бы тебя поймал, если бы был рядом.

– Ты бы тоже упал, – сказал Илья.

– Но зато как красиво и вместе.

Мы продолжали. Шёл круг за кругом. Андрею досталось показать «лицо, которое он сделал бы, если никто не видит» – он скорчил такую рожу, что Мила поперхнулась чаем. Миле – притвориться цыганкой и попросить в соседнем купе позолотить ручку, Илье – встать на стол и рассказать какое-нибудь стихотворение. Потом настала очередь Андрея, он посмотрел на Илью, прищурился.

– Илья, правда или действие?

– Действие, – ответил он, скрестив руки на груди.

– Тогда поставь на экран блокировки своего телефона пятидесятую с конца фотку из галереи, которая была сделана на камеру.

Я замерла, Мила тоже замолчала в предвкушении, Андрей смотрел на Илью с вызовом. Он выдержал паузу, потом медленно достал телефон.

– Ты уверен? – спросил он.

– А ты боишься? – ответил она вопросом на вопрос.

– Я ничего не боюсь.

Он открыл галерею, где были фотки с доски с с пары по высшей математике, фотки конспекта и вот она, он отсчитал нужную фотку…

– Вот, – Илья повернул телефон экраном к нам, еле сдерживая смех.

На фотке была Мила, спящая с открытым ртом, с книгой на коленях.

– Это... – начала она, но слова застряли в горле. – Это что такое? Откуда у тебя эта фотка?!

– Это не что, это кто. Ты что не узнаешь себя в машине? – невозмутимо задал вопрос Илья. – Помнишь, ты уснула тогда, когда мы ехали утром на заселение?

– Ты что меня сфоткал?! – она вспыхнула.

– А ты думала, я упущу такой момент, когда ты спишь с открытым ртом?

Мила попыталась выхватить телефон, но Илья ловко убрал его за спину.

– Не отдам, – сказал он. – Это теперь моё сокровище.

– Илья, отдай, или я...

– Что ты мне сделаешь? – он смотрел на неё с лёгкой усмешкой,а в глазах горели озорные огоньки .

Она замерла, не зная, что ответить. Андрей тихо смеялся рядом со мной, я тоже не сдерживала улыбку.

– Таак, теперь пора выполнить задание до конца, поставлю на экран блокировки, – спокойно сказал Илья и принялся за настройки.

– Только попробуй! – Мила вскочила с места.

– Попробовал, – он показал ей экран. – Уже стоит.

– Ты...

– Я – Орлов Илья Дмитриевич, уже 18 лет как.

Она села обратно, надувшись.

– Ладно, – сказала она, отворачиваясь к окну. – Но я запомню.

– Я тоже, – ответил Илья, убирая телефон в карман. – И буду вспоминать каждый раз, когда буду смотреть на экран.

Мы ещё немного посидели, обсуждая всякую ерунду. Я смотрела на Андрея, он на меня, и в его глазах было что-то тёплое, от чего внутри всё переворачивалось.

– Устала? – спросил он тихо.

– Немного, – призналась я. – День был длинный.

– Отдыхай.

Он протянул руку и убрал прядь волос с моего лица. Я почувствовала, как щёки заливаются румянцем, и опустила голову на его плечо.

– Ладно, – сказала Мила, – Я буду слушать музыку.

– А может, спать пора? – спросил Андрей.

– Ещё рано, – отрезала она.

Спустя время в купе постучала проводница и объявила, что через полчаса Гродно.

– Собирайтесь, – сказала она, проходя мимо.

– Я пойду схожу в туалет, – сказал Андрей.

– Я выйду с тобой, – сказал Илья, вставая.

– Идите, – кивнула Мила.

Они вышли и мы остались с ней вдвоём. Я смотрела на закрытую дверь и думала о том, как быстро летит время.

– Ань, – позвала Мила.

– М?

– Ты его любишь?

Я подняла на неё глаза. Она смотрела серьёзно, без обычной насмешки.

– Не знаю, – честно ответила я. – Но мне с ним хорошо.

– Это хорошо, я вижу как он смотрит на тебя и я искренне рада за вас…