В голове только шоколад
Шрифт:
– Ладно.
Влад протягивает руку, помогая встать. Ладонь у него тёплая и чуть влажная после игры.
– Пойдём, магнит, – улыбается он.
Я фыркаю.
– Ты уже придумал мне прозвище?
– Ну, сама же сказала.
Идём по длинному коридору, Влад болтает без умолку:
– Мы же с тобой с одной специальности, да? Я тебя на лекциях видел. Ты на первой паре рядом сидела в сером пиджаке, я запомнил. Ты тогда ещё кофе пролила на конспект.
– Ты и это запомнил?
– Ну, зрелище было то ещё.
Я смеюсь. И тут же морщусь – лоб отдаёт болью.
– Осторожнее, – Влад поддерживает меня под локоть. – нам уже недолго осталось.
Медпункт оказывается маленькой комнаткой с белыми стенами и запахом лекарств. Влад усаживает меня на кушетку и исчезает куда-то, а через минуту возвращается с пакетом льда, завёрнутым в полотенце.
– Держи, прикладывай.
– Спасибо.
Я прижимаю холод к лбу. Становится легче. Влад садится напротив на стул и внимательно смотрит.
– Ты всегда такая невезучая или это только с мячами особая любовь?
– Всегда, – вздыхаю я. – У меня в школе было прозвище «Магнит». Физрук меня боялся как огня.
– А брат твой – Андрей? Я не знал, что вы родственники.
– Да. Он у меня старший и слишком заботливый.
– Это заметно. – Влад улыбается. – Но это же хорошо, значит, есть кому заступиться.
Я пожимаю плечами.
– Ты, кстати, классно играешь, – говорю я, чтобы сменить тему.
– Правда? – он заметно оживляется. – Я вообще-то с детства волейболом занимался, в школе в сборной был. А тут решил за факультет поиграть, раз уж поступил.
– А почему на экономфак пошёл, если спорт любишь?
Влад задумывается.
– Ну, спорт – это для души, а экономика – для жизни. Родители сказали, что профессия нужна нормальная, а волейбол никуда не денется.
Я киваю. Понимаю, у многих так.
– А ты? – спрашивает он. – Почему экономику выбрала?
– Честно? Сама не знаю. – Я убираю лёд на секунду, проверяю лоб – кажется, опухоль спадает. – Наверное, потому что цифры люблю и анализировать. Аня говорит, что у меня склад ума такой – бухгалтерский.
– Аня – это та девушка, которая с тобой на трибунах сидела? Которая громче всех кричала?
– Она самая. Моя лучшая подруга.
– Крутая. – Влад улыбается. – Видно, что она за тебя переживает.
– Да уж, ещё как.
Повисает пауза. Я снова прикладываю лёд. Влад смотрит куда-то в сторону, потом резко переводит взгляд на меня.
– Слушай, Мила, – начинает он. – Я, конечно, понимаю, что мы только познакомились, и вообще, может, я наглею, но... давай как-нибудь сходим в интересное место? Ну, чтобы я искупил свою вину за этот мяч?
Я смотрю на него. Светлые волосы растрёпаны, глаза чуть виноватые, но в них – искренний интерес. И улыбка такая... тёплая.
– Ты серьёзно хочешь искупить вину за случайный мяч?
– Абсолютно. – Он кивает. – Могу даже поклясться, что больше никогда в тебя не попаду.
Я смеюсь.
– Хорошая гарантия.
– Так что скажешь?
Я задумываюсь на секунду.
– Ну... если ты обещаешь больше в меня не кидаться...
– Обещаю! – Влад поднимает руку, как для клятвы.
– Тогда, наверное, можно.
Он расплывается в улыбке.
– Отлично! Тогда я после матча подойду. Или ты хочешь сейчас номер телефона? На всякий случай, чтобы не потеряться?
– Давай номер.
Мы обмениваемся телефонами. Влад вбивает моё имя с тремя восклицательными знаками: «Мила-магнит».
В дверь медпункта заглядывает Аня.
– Мила! Ты живая? – она влетает внутрь и сразу набрасывается на меня с осмотром. – Ой, какой ужас! Это он? – она кивает на Влада.
– Я, – признаётся Влад. – Но я уже извинился и даже реабилитировался.
– Это как же?
– Пригласил её на свидание.
Аня замирает. Переводит взгляд с меня на Влада и обратно.
– Серьёзно?
– Ну, типа того, – я пожимаю плечами.
– Тогда я, пожалуй, пойду, – Влад поднимается. – Игра ещё не закончилась, а я сбежал. Увидимся, Мила! И лёд ещё подержи, хорошо?
– Хорошо.
Он выходит. Аня садится на его место и смотрит на меня с прищуром.
– Ну давай рассказывай.
– Что рассказывать?
– Как ты умудрилась с первого курса и с первого попадания мячом заполучить парня?
– Я не заполучала никого. Он сам меня пригласил.
– И ты согласилась?
– Ну да. А почему нет?
Аня хмыкает и забирает у меня лёд, сама прикладывая его к моему лбу.
– Потому что я знаю, что у тебя на уме кое-кто другой.
Я замираю.
– Не знаю, о ком ты.
– Знаешь. – Аня смотрит серьёзно. – Но если ты решила двигаться дальше – я только за. Влад хороший парень. Я пару дней за ним наблюдала.
– Ты за ним наблюдала?
– Ну а как иначе? Я же твоя подруга. Моя работа – знать всё о потенциальных кавалерах.
Я смеюсь и тут же морщусь от боли.
– Тише ты, лежи.
Я закрываю глаза. В голове – каша. Влад, его улыбка, мой контакт в телефоне и почему-то – другая улыбка, другая. Та, которую я видела на площадке. Илья. Но ему плевать, ему всегда было плевать.
Может, правда стоит попробовать с Владом?
– Ань, – говорю я тихо. – А если я соглашусь на это свидание... это не будет предательством?
– Кого?
– Себя.
Аня молчит несколько секунд, потом кладёт руку мне на плечо.
– Мила, предательство – это жить с тем, кто тебе не нужен, и врать себе каждый день. А попробовать узнать человека – это нормально, из этого состоит жизнь.
Я открываю глаза и смотрю на неё.
– Откуда ты такая умная?
– Книжки читаю, – подмигивает мне Аня.
Мы смеёмся. А за стеной слышен гул – матч продолжается, кто-то снова берет очко, и Аня подпрыгивает на месте:
– Ой, кажется, наши выигрывают! Пойдём скорее, а то всё пропустим!
– Иди, – говорю я. – Я чуть позже присоединюсь.