Чтение онлайн

Наклоняюсь и касаюсь своими её губ. Аккуратно. Я не помню, когда целовал женщину в губы. Никогда, кажется. Ни к кому не испытывал этого желания. Это слишком личный жест, а с Лерой это как-то само разумеется. Удивительно в душе просыпается страх, что Лера не ответит, но она отвечает! Обвивает слабыми руками мои плечи, притягивает меня к себе. Меня накрывает эндорфиновый шторм. Боже, почему я раньше не целовал её? В душе поднимается волна всеобъемлющей необъяснимой радости.

Непроизвольно сграбастываю Леру в медвежьи объятия, поднимаю к себе и целую глубже. Ощущаю её язык своим. Голова кружится от крышесносного ощущения нежности и накатывающего возбуждения. Член встает в полный рост, но сейчас точно не время для реализации желания. Разрываю поцелуй и возвращаю Леру на подушку. Замечаю маслянистый блеск в глазах, и душу затапливает досада от того, насколько я неправильно себя с ней вел. Надо было начать с такого поцелуя. Надо было нежно и аккуратно завоевать её сердце, а не вламываться в её мир на бульдозере.

Но ничего. Я все исправлю.

— Люблю тебя, — слова сами срываются с губ, голос хриплый от возбуждения и нервозного состояния, но я абсолютно честен.

— Спасибо, — отвечает Лера.

Тоже принимается. Хорошо, что не отвернулась. Черт, чувствую себя малолетним мальчишкой, который робеет, признаваясь девочке. Но я готов повторить эти слова. Готов говорить ей их каждый день. Я люблю её каждой клеткой тела, всеми фибрами души.

— Мне надо идти, пора закончить все это, — произношу бархатисто. — Отдыхай, малыш. Вернусь — проведаю тебя. Все, спи.

На этом я выхожу из спальни и натыкаюсь на Виктора.

— Нанежился? — спрашивает он с издевкой.

— Прекрати, я провел немного времени с любимой женщиной, — отвечаю в тон. — Закончим с Борисом и Шутом, я увезу её куда-нибудь на романтический остров и окружу всей заботой, на какую способен.

— Маму её сначала вылечи, потом будешь об отпуске думать, — парирует Виктор. — Пойдем, с парнями поговоришь.

Киваю. Мы спускаемся в подвал. Виктор беседовал с ними в одной из комнат, которую я использовал для разделки мяса. Было у меня увлечение самостоятельно разделывать туши коров и свиней. Так что там есть крюки под потолком и удобное отверстие для сбора крови. Ну и шланг, которым можно все помыть.

Не хочу описывать, что с ними сделал Виктор, но, судя по их виду, не удивительно, что они заговорили. После таких повреждений их только в утиль, и они уже близки к тому, чтобы отправиться к праотцам.

Задаю вопрос, где мне искать Бориса, и оба вздрагивают. Боятся, что я тоже примусь их пытать. Нет. Я не хочу марать руки. Но этого им знать не обязательно. Хотя для пущей серьезности опираюсь ботинком на перебитую ногу одного из них с впалыми щеками. Слышу глухой стон, даже приятно, если честно. Они пытались изнасиловать Леру, с ними можно не церемониться.

Информация и правда льется рекой. Я узнаю, что у Бориса есть дом в Красном Селе, где живет его молодая жена и трехлетняя дочь. Он, скорее всего, поехал на эту ночь туда. Кроме того, оказывается, что именно он ввозил товар для Тохи. Он поставил моего брата на счетчик, когда Шут сделал так, чтобы склад Тохи накрыла полиция.

— В расход, — бросаю Виктору и выхожу из кафельной комнаты.

Он догоняет меня.

— Они не убегут. — Он закрывает за собой глухую металлическую дверь. — Ты решил, что с Борисом делать?

Киваю и сам чувствую, как на лице расползается кровожадная улыбка. Я не люблю войн, всегда старался договориться, но Бориса надо прикончить жестоко и показательно. И я знаю, как это сделать.

— Собери и вооружи людей. Поедем к нему в Красное Село, — произношу мрачно.

Спустя двадцать минут несколько внедорожников колонной едет по трассе в сторону кольцевой. Сейчас начало седьмого. Вряд ли Борис успел удрать, так что я застану семью врага за завтраком и выпью с ними чаю.

Мы подъезжаем к высокому забору к половине восьмого. В окнах уже горит свет. Похоже, мой звонок таки заставил Бориса задуматься. Может, он и успел слинять, но далеко не уйдет, если семья дорога.

Мы выгружаемся, со мной небольшая армия в восемнадцать человек. Все, кроме меня, тут вооружены, пистолеты с глушителями. Виктор, спасибо ему большое, был готов к такому повороту. Замок на калитке вылетает от выпущенной пули, и мы входим на участок. Я направляюсь к дому первым и звоню в дверь.

Вадим

В доме раздаются шаги, потом мужской голос спрашивает, кто. Это Борис.

— Привет, Борис, — отвечаю через дверь. — Я пришел поговорить. Давай выпьем чаю или кофе, все обсудим. И решим все мирно, чтобы никто не пострадал.

Дверь открывается спустя несколько тягучих мгновений.

— Заходи, раз говорить пришел, — мрачно выдавливает он и пропускает меня в дом.

Я сделал правильную ставку. При жене он не захочет размахивать кулаками, чтобы не пугать. И уж тем более не станет стрелять.

Мы с Виктором заходим в дом первыми. В гостиной уже стоит несколько чемоданов. Борис правильно оценил угрозу и решил увезти жену. А может, и сам хотел слинять, но не успел.

Следом за нами входит группа поддержки. Парни рассредотачиваются по дому.

— Зови семью, у вас же завтрак, разве нет? — произношу с мягким нажимом. — Поедим манной каши.

Борис заметно сгорбливается. Он уже догадался, что это его последнее утро, но не хочет терять лицо и уж тем более не хочет показывать семье, кто он на самом деле.

— Виктория, сделай чай, — бросает он вышедшей в гостиную жене, у которой на руках дочка, одетая в комбинезончик с ушками, а потом твердо говорит мне: — Оставь мою семью в покое. Мы поговорим в кабинете.

Борис ведет меня в одну из комнат на первом этаже. У него классически обставленный кабинет. Тут роскошно и со вкусом.

— Значит, расклад такой, — произношу, усаживаясь в кресло. — У тебя есть полчаса, чтобы попрощаться с женой и обеспечить ей достойную жизнь. Передай пин-коды к картам, доступы к счетам, вручи завещание… Через полчаса по-тихому уедешь с нами, и больше вы не увидитесь.

— Вот и весь разговор? — спрашивает он.

— Ты предпочтешь, чтобы мои люди всех тут перестреляли? — поднимаю бровь, хотя искренне надеюсь, что он достойно примет мое предложение и не потащит за собой семью. — Я не зверь и не хочу убивать женщин, в отличие от тебя.

— Справедливо, — Борис кивает. — Я могу от тебя откупиться?

— Нет, — отрезаю жестко. — Ты похитил мою женщину, твои псы пытались её изнасиловать. Такое ни в твоем, ни в моем мире не прощается.

— Ладно, — он упирает в меня решительный взгляд. — Я попрощаюсь с семьей.

Уважаю. Борис в состоянии ответить за свои поступки. Это решение сильного человека. Посмотрим, что с ним будет, когда он окажется у черты, ведь он умрет не слишком быстро. Где его похоронить так, чтобы от него не осталось и следа, я уже придумал.