Чтение онлайн

Переступаю порог своей квартиры, и внезапно все тяготы дороги отступают на второй план. Смотрю на эти стены, на эту скромную обстановку и понимаю, что вернулась домой совсем обновленной. Словно сбросила с себя старую кожу, накопившую всю боль и усталость прошлых лет. Когда я уезжала, я была разбитой, уставшей от жизни, потерянной в себе. А сейчас… Сейчас я чувствую прилив сил, энергии, и главное – четкое понимание, в каком направлении двигаться дальше.

Но пока… Пока обессиленная дорогой, я бреду к дивану, уныло стоящему в углу комнаты. С облегчением падаю в его продавленную обивку, чувствуя, как пружины неприятно впиваются в тело. Но сейчас это неважно. Закрываю глаза, наслаждаясь минутой покоя.

Но короткий отдых не приносит желаемого облегчения. Открываю глаза и с ужасом осматриваюсь вокруг. Тусклая комната, освещенная блеклым светом люстры, кажется еще более унылой, чем я помнила. Все еще висят нелепые новогодние украшения, напоминающие о прошедших праздниках. Мишура, осыпающаяся с потолка, потускневшие елочные шары, одиноко висящие на нитках, – всё это выглядит жалко и неуместно.

Меня захлестывает волна отчаяния. Как я смогу продержаться здесь еще полгода? Полгода в этой угнетающей обстановке, в окружении этих серых стен и безнадежности. Даже при всём своём заряде энергией! И неизвестно, как скоро я смогу продать эту квартиру, и сколько времени займет строительство дома моей мечты – светлого, просторного, наполненного солнечным светом и радостью.

Пытаясь отвлечься от гнетущих мыслей, иду в тесную ванную. Включаю кран и подставляю лицо под струю ледяной воды. Холод обжигает кожу, но приносит мгновенное облегчение, прогоняя сонливость и апатию. Смотрю на свое отражение в замутненном зеркале. Уставшее лицо, потухший взгляд, но – вопреки всему – в глубине глаз все еще теплится искра надежды.

Подмигиваю себе и тихо говорю: «Ты справишься, Мира. Ты со всем справишься. У тебя нет другого выбора». Отправляю воздушный поцелуй своему отражению и чувствую легкий душевный подъем. Да, это будет непросто. Но я сильная. Я пережила многое, и я переживу и это. Я построю свой дом, найду свое счастье. И ничто – и никто – не сможет меня остановить.

Сегодня пятое декабря, а я танцую по кухне, пританцовывая в такт мелодии, льющейся из динамиков. «....как узор на окне снова прошлое рядом…» – мурлычу я слова песни из «Анастасии», окунаясь в волшебную атмосферу приближающегося праздника. Воздух пропитан ароматом ванили и корицы – я готовлю имбирное печенье. Тесто податливо под моими руками, а формочки в виде звездочек и елочек обещают скорое превращение в хрустящее лакомство. Я люблю этот ритуал, он наполняет меня теплом и беззаботной радостью. Кажется, я смогла пережить кризис, случившийся при возвращении на квартиру.

За окном кружится снег, огромные хлопья медленно опускаются на землю, укрывая город белым покрывалом. Смотреть на эту зимнюю сказку – настоящее удовольствие.

Внезапный звонок в дверь прерывает мои танцы. Удивленная, я иду в коридор и заглядываю в глазок. Игорь? Что он здесь делает? Легкое недоумение сменяется любопытством. Я открываю дверь, и его взгляд, скользнув по мне, задерживается, и я замечаю озорной блеск в его глазах.

—Ничего себе, – присвистывает он, рассматривая мой наряд. На мне кружевная черная сорочка, длинный бежевый кардиган, окутывающий меня мягким теплом, и теплые пушистые носки, дарящие ногам уют. Его взгляд кажется теплым и обжигающим одновременно.

На моем лице расцветает улыбка, и я выдыхаю:

— Игорь? Какими судьбами?

Он протягивает мне небольшую изумрудную коробочку с косметикой. Внутри мерцают тени для век, румяна и блеск для губ, упакованные так, словно это драгоценности.

Я хлопаю себя по лбу.

— Боже, совершенно забыла!

Игорь усмехается, наблюдая за моей реакцией.

— Алина, когда это увидела, чуть не обиделась на тебя. Только Егор смог спасти ситуацию, напомнив сестре, что ты уезжала с кучей вещей и могла что-то забыть.

— Спасибо тебе огромное! – говорю я, все еще ощущая вину. — Удивительно, что Алина не позвонила и не отругала меня по телефону.

На это Игорь с улыбкой отвечает:

— Ей сейчас не до этого.

Я улыбаюсь, киваю и вдруг охаю, понимая, что держу Игоря на пороге.

— Прости, проходи! Чай? – предлагаю я, – Первая партия печенья как раз недавно испеклась.

Игорь кивает, соглашаясь, и начинает стаскивать с себя кожаную куртку, пропахшую бензином. Он ловко освобождается от ботинок, оставляя их у порога, и проходит вглубь квартиры.

Внезапно он останавливается у зеркала в прихожей. Его внимание приковывает деревянная лошадка на золотисто-красных полозьях, стоящая на тумбочке.

— Какая красота! Откуда у тебя такая? – спрашивает Игорь, поворачиваясь ко мне с искренним интересом в глазах.

— Друг подарил, – отрезаю я, стараясь не вдаваться в подробности.

Когда Игорь проходит на кухню, я невольно задерживаю на нем взгляд. Какой же он огромный! Высокий, широкоплечий, с накачанными руками, обтянутыми черной футболкой. Мечта любой женщины. И как я могла раньше этого не замечать? Почему я всю свою сознательную жизнь сходила с ума по Андрею, а не по такому мачо?

Но тут же одергиваю себя. Андрей… Он совсем другой. Может, в нем нет этой показной брутальности и байкерской атрибутики, но мужественности, харизмы и внутренней силы ему не занимать.

Мягкий ворс моих любимых пушистых носков бесшумно ласкает паркет, когда я направляюсь к столу. Открываю дверцу кухонного шкафчика, достаю две керамические кружки, украшенные наивным рисунком снежинок. Наполняю чайник водой, включаю плиту и достаю из заветной банки душистый чай с бергамотом. Аромат мгновенно наполняет воздух. Спустя минут пять разливаю обжигающий напиток по кружкам. На тарелке уже красуется горка золотистых печений – первая партия, румяная и восхитительно пряная. Хочу уже присесть за стол, насладиться тишиной и уютом, как вдруг раздается дверной звонок, нагло разрушая мою идиллию.

— Похоже, сегодня ты нарасхват, – усмехается Игорь. Спешу к двери, даже не удосужившись взглянуть в глазок. Сердце бьется чуть быстрее, предчувствуя что-то…

Резко распахиваю дверь и замираю. На пороге стоит Андрей. В руках у него мои ключи от моей старенькой «Лады». Он смотрит на меня, и я почти физически ощущаю, как его взгляд скользит по прихожей, цепляясь за каждую деталь: за кожаную куртку, небрежно брошенную на вешалку, за мужские ботинки, стоящие у самого порога.

В его глазах вспыхивает что-то болезненное, похожее на тень разочарования, и в животе у меня все сжимается от невысказанной вины. Андрей протягивает мне ключи, и его пальцы на мгновение касаются моих. Это прикосновение обжигает меня, словно искра. «Хорошего дня», – сухо говорит он тихо и отворачивается, чтобы уйти.

Он начинает спускаться по лестнице, и во мне поднимается неудержимая волна импульсивного желания – объяснить, оправдаться, сказать, что он все неверно понял. Но в самый последний момент что-то останавливает меня. Какая-то неведомая сила сковывает мои движения, словно парализует волю. Я одергиваю себя, делаю глубокий, дрожащий вдох и захлопываю дверь.

Стою, прислонившись спиной к прохладной стене в прихожей, и чувствую, как бешено колотится сердце. В голове – хаос. Перед глазами пляшут искры, а в ушах стоит оглушительный гул. Внутри меня бушует настоящий ураган противоречивых чувств. Разочарование в собственной трусости, вина перед Андреем, и, одновременно, какое-то странное, тревожное возбуждение от присутствия здесь Игоря. Я вижу перед собой, словно на экране, картины происшедшего: его удивленный, вопрошающий взгляд, куртку на вешалке, его ботинки, небрежно брошенные у порога…