Чтение онлайн

Ваматр резко обернулся к Крэлу, задел Ялко и, даже позабыв бросить свое "извините", быстро возразил:

– Да ведь люди везде и всегда, во всем мире ставят острые опыты. Ставят не только на всякой мелкой живности, но и на собаках, обезьянах, даже на дельфинах!

– А вот на протоксенусах, видимо, нельзя.

– Уж очень непривычно нам, людям, встречать организованное неповиновение, преднамеренный отпор… Может быть, придется привыкать.

– Обезьяны, дельфины, - иронически перечислял Ялко.
– Да ведь никто из них не способен объединиться, согласовать собственные действия и всем сообща выступить против человека. Никто не способен, а вот протоксенусы, Ялко закончил с гордостью, - смогли!

– Ты так радуешься, словно бунтуешь заодно с ними, - Инса спрыгнула с еще не распакованного ящика.
– Ты, Петер, вообще, как мне кажется, слишком уж высокого мнения о них.

– Да, и не скрываю этого. Я и раньше считал их существами высокоорганизованными, а теперь, на новой стадии развития… Не исключено, что они совершенней человека, а может быть… может быть, и порядочней.

– Ялко!

Ялко, отступая от Инсы, прижался к алюминиевой стене лаборатории, но не сдавался:

– Они еще покажут себя! Они могут такое!..

Инса не то с испугом, не то, с отвращением посмотрела на Ялко, повернулась и подошла к окну.

– Вот это верно: они еще покажут.
– Инса замолчала. Никто не продолжил разговора, и вскоре она сама прервала паузу.
– А что касается отпора, неповиновения человеку, то здесь, я думаю, дело проще, чем кажется на первый взгляд. Давайте вспомним, как экспериментаторы и дрессировщики работают с животными. С любыми, даже с дельфинами. И у дельфинов все дело в мелкой рыбешке.

– Не понимаю, Инса, к чему это ты, - нетерпеливо спросил Ваматр.
– При чем здесь рыбешка? Какая рыбешка, говоришь?

– Мелкая. Ею-то и подкармливают этих морских мудрецов, и они за подачку выплясывают в воде перед человеком. Да, за подачку, за подкормку… А вот протоксенусы, - Инса помолчала, оглядев всех, - не нуждаются больше в продуктах питания. Ни в тех, которые мы им милостиво отпускали, ни в тех, которые они получали, привлекая насекомых. Они начали синтезировать все им необходимое и обрели, таким образом, независимость.

– Синтезировать? Из чего?

– Из воздуха. Похоже, они ведут прямой синтез, строя сложнейшую органику из простых веществ. Нечто вроде фотосинтеза, осуществляемого растениями, но без участия хлорофилла, методом, совершенно еще не понятным, и притом со скоростью, в сотни раз превышающей скорость фотосинтеза.

– Инса, это настолько серьезно, это… - Ваматр подбежал к Инсе, схватил ее за руки и, заглядывая в глаза, продолжал: - Инса, если ты не ошибаешься, то ведь мы откроем для человечества…

– Мы?
– дерзко перебил Ялко.

Ваматр бросил руки Инсы и повернулся к Ялко, а тот продолжал спокойно, немного даже нагловато:

– "Мы откроем, мы дадим человечеству!" Да согласятся ли протоксенусы?

Теперь, не слушая друг друга, заговорили все разом, поднялся шум, и Ваматр, подняв руки, закричал:

– Спокойней, спокойней, друзья!
– Он, наконец, перестал метаться по лаборатории, сел, жестом подозвал всех к себе поближе.
– Давайте попробуем без лишней экзальтации разобраться в происходящем, наметим план действий. Начнем по порядку. Как только мы столкнулись с совершенно необычным на Земле явлением: быстрым, направленным перерождением одних видов в другие, увидели существа, еще не известные человеку и притом обладающие удивительными свойствами, естественно, возникла мысль - а не порождение ли иного мира перед нами? Больше того, вечная тоска по родственному разуму заставила подумать: а может быть, он уже появился на Земле! Такое допущение не могло не волновать. Однако мы не только приходим в восторг от возможной встречи, но и задумываемся над проблемами, которые в этом случае возникнут… Какой критерий гуманности чуждого нам разума? Верна ли формула: разумно - значит гуманно!
– Крэл тотчас вспомнил ночной разговор с Ноланом в Холпе и стал слушать Ваматра еще внимательней.
– Достаточно ли гуманны и высокоразвиты оба разума, чтобы находиться в одной биосфере? Уживутся ли они, или вступят в борьбу? Может быть, один займет главенствующее, а другой подчиненное положение. Кому тогда будет принадлежать Земля? Тому; кто пришел раньше, тому, кто численно превосходит соперника, или тому, кто совершенней? Поистине страшно становится, когда представляешь, с каким комплексом проблем мы столкнемся, если протоксенусы окажутся представителями иного, внеземного, разума! В этом случае уже не мы, горстка людей, а ученые всей планеты должны будут решать, как должен вести себя в возникшей ситуации человек. А сейчас?

– Сейчас надо установить главное - верна ли гипотеза Крэла.

– Правильно. Одно дело контакт с инопланетным разумом, пожаловавшим к нам, другое - включение в Сферу Вселенской Информации.

– Хорошо, если команда включаться пришла извне, как думает Крэл. Дали команду, когда предположили, что, кажется, на этой планетке, затерянной в космосе, на Земле нашей, разумные существа начинают приближаться в своем развитии к тому, чтобы и их подключить к Великой Сфере Связи. Если это так, протоксенусы дадут нам знать об этом. Следовательно, прежде всего нужен способ общения с этими существами.

– Друзья!
– Ваматр опять встал.
– Поймите, сейчас протоксенусы - это не существа, это - явление! Необходимо досконально изучить это явление. Оно вызвано нами и, вместе с тем, возникло независимо от нас. Вы правы: прежде всего надо попытаться получить от них какой-то знак. Давайте послушаем Крэла. У него есть конкретные предложения. Обсудим их, и, если примем, тогда… - Ваматр устало опустился на стул, привычно засунул руки между колен и, разделяя каждое слово паузами, закончил: - Тогда… надо… снова… просить… у Хука… денег.

– Хук приезжает сегодня, - вставила тихонько Инса.

– Сегодня, - заволновался Ваматр, - сегодня, а мы еще ничего не решили. Крэл, Крэл, все, о чем вы мне говорили, может быть, и правильно, но ведь это опять потребует огромных средств. Уникальная аппаратура, которую надо затащить сюда, в горы; понадобятся еще и еще специалисты, которых надо как-то заманить в кратер. А это значит - расширять поселок… Хорошо, что вы, молодежь, здесь в горах, в волейбол не играете, а то вот спортплощадки…

Поведение Ваматра раздражало Крэла. Он не выносил его манеры паясничать или униженно лепетать нечто несуразное, уничижительное в трудные для него минуты.

– Вероятно, доктор, вы правы, - жестко начал Крэл.
– Опять деньги, опять спортплощадки, унитазы, прецизионная аппаратура, вертолеты и астрономы, нужные только для прикрытия нашей деятельности, а между тем, у фирмы нет средств. Значит, следует кончать с нелепой таинственностью и предложить проблему всем ученым мира.

Ваматр выпрямился, фиглярства как ни бывало, и он отчеканил строго:

– На это мы не пойдем. По крайнем мере, пока. Что касается денег…

– А я знаю, как подойти к Хуку, чтобы он раскошелился, - это прозвучало у Инсы задорно, немного хвастливо, совсем по-девчоночьи.

– Ты… знаешь?

– Пожалуй, да!
– посерьезнела Инса.
– Вы представляете, что произойдет с фирмой "Хук и компания", если в ее руках окажется способ непосредственного синтеза органики.

– Инса, да ты молодчина!

– Ага, - удовлетворенно кивнула Инса.

– Надо еще суметь заполучить этот способ у протоксенусов. Но если сумеем, то Хук… Пожалуй, Хук пойдет на новые расходы.