Чтение онлайн

— Меня так учили в детстве, — пролепетала девушка. — Это вежливость, это… Обычные человеческие отношения.

— Это давно вышло за грань обычной вежливости, Елена.

Деймон сел на диван и поднял на нее взгляд.

— Скажи, ты до сих пор боишься?

— Нет, — она впервые ответила практически не задумываясь и с уверенностью.

— Тогда почему ты не можешь быть чуть смелее?

Елена сидела напротив него, потупив взгляд, не зная, что ответить.

— Елена, ты уже не старшеклассница, а состоявшаяся взрослая женщина. И ты должна уметь постоять за себя, знать себе цену. Нельзя постоянно принижать себя и думать, что ты в чем-то виновата.

Деймон на какое-то время замолчал, потерев подбородок, а затем продолжил.

— Я думаю, ты сама понимаешь, что нас ждет дальше. Действия Стефана предугадать невозможно, и я честно признаюсь: я не знаю, каким будет его следующий шаг.

Услышав имя мужа, Елена почувствовала, как по коже пробежал холодок, а внутри все скрутило. Об этом они с Деймоном разговаривали впервые.

— Я боюсь его, — практически не дыша, чувствуя, как начинают дрожать коленки, едва слышно призналась она.

Деймон на мгновение задерживает взгляд на Елене, и она смотрит ему прямо в глаза. Необычайно жадно, не моргая, будто бы ища в его глазах спасение.

— А не должна. Это будет борьба, и я говорю это без прикрас. Потому, что против тебя сейчас настроены все, кто когда-то был на твоей стороне. Ты в ней не выиграешь, если не станешь сильнее духом, если в тебе не проснется боец. Я буду рядом с тобой, — твердо обещает Деймон, и сердце от этих слов на миг замирает. — Но твоя победа — в тебе самой. Ты должна будешь встретиться со своим врагом лицом к лицу, этого вряд ли удастся избежать. И в этот момент ты должна будешь быть сильнее него. Сильнее прежде всего внутренне. Иначе это тебя просто сломает. Подумай об этом.

Деймон поднялся с дивана и вышел из гостиной, оставив Елену наедине с тяжелыми мыслями.

Озорной солнечный зайчик скользнул по лицу Кэролайн, и она, поморщившись и улыбнувшись, открыла глаза. Рядом лежал Стефан: кажется, он еще спал. Кэролайн ощущала его тепло, и ей это невероятно нравилось.

Первое свидание, первый поцелуй, секс на первом свидании… И все это произошло в один вечер. Кэролайн была не из робкого десятка, но такое с ней было впервые. Она всегда предпочитала узнать мужчину лучше, прежде чем вступать с ним в отношения, и порой проходил не один месяц, прежде чем они завязывались. Однако своим появлением Стефан отодвинул далеко назад все ее привычки, планы и стереотипы. Они были знакомы всего полтора месяца, но рядом с ним Кэролайн не боялась ничего. Добрый. Спокойный. Надежный. И чертовски обаятельный. Она не знала, что ждет их впереди, но не жалела ни об одной минуте, проведенной вместе. И что-то подсказывало, что таких минут у них впереди еще очень много.

— Ты уже проснулась? — услышала Кэролайн знакомый голос.

Стефан поднялся на локтях.

— Стой, закрой глаза. В фильмах про любовь, на которых все обычно рыдают в кинотеатрах, на этом моменте парень вроде как идет готовить романтический завтрак. Жди.

Стефан хотел было встать с постели. Кэролайн рассмеялась, но не дала ему это сделать, притянув к себе.

— К черту сопливые мелодрамы. Я обойдусь без завтрака в постель. Просто полежи со мной чуть-чуть, — прошептала она ему на ухо и, коснувшись его щеки теплой ладонью, поцеловала.

— Кажется, это мое идеальное утро, — усмехнулся Сальваторе, накрыв губы Кэролайн своими.

Кэролайн положила голову ему грудь, и они лежали так некоторое время, слушая тишину. Стефан перебирал ее золотистые локоны и едва касался губами ее затылка.

— Кэролайн, — негромко произнес он, и она перевела взгляд на него. — Спасибо тебе. Правда. За все. За вчерашний вечер, за эту ночь. За весь этот месяц, на протяжении которого я так много улыбаюсь. Знаешь… Ты вчера спросила, серьезно ли я настроен. Я отшутился тогда, но я серьезно скажу сейчас. Я, правда, хочу отношений. И если тебя вдруг пугает мое прошлое… То, что я еще не разведен… Я…

— Ш-ш-ш, — Кэролайн приложила к его губам указательный палец и запустила руку в его мягкие волосы. — Ни слова больше, Стефан. Давай оставим прошлое в прошлом и начнем жизнь с чистого листа? По-моему, у нас сейчас есть для этого отличный шанс. Я не знаю, что нас ждет впереди. У нас и правда все закрутилось очень быстро. Но… Зачем этому противиться, если нам хорошо друг с другом?

Уголки губ Стефана изогнулись в улыбке, и он, снова погладив Кэролайн по волосам, внимательно посмотрел ей в глаза, а затем поцеловал в лоб. И этот поцелуй — такой нежный, ласковый, даже робкий — говорит гораздо больше самых громких слов любви.

Воскресное утро проходит под разговоры обо всем на свете. Стефан берет приготовление завтрака под свой контроль, позволяя Кэролайн лишь наблюдать, и она действительно начинает чувствовать себя принцессой. Обычный завтрак, который в будни занимает не больше двадцати минут, растягивается на целый час, но ход времени совсем не ощущается. Блинчики, приготовленные Стефаном, оказываются очень вкусными и почти не подгорают — и совершенно неважно, что это благодаря вовремя почувствовавшей характерный запах и подскочившей к плите Кэролайн. Они дурачатся, громко смеются, когда весь рот у Стефана оказывается в клубничном джеме, а Кэролайн мастерски делает из этой кляксы на губах усы, которые, как оказалось, ему очень идут. Кэролайн совершенно не хочется думать о том, что он уедет: всего лишь за месяц представлять этот дом без него становится очень сложно.

Стефан помогал Кэролайн убрать со стола, когда на его телефоне раздался звонок. Судя по всему, звонила Ребекка. Сначала Стефан, как всегда, улыбается, спрашивает у нее о том, как дела, но в следующее мгновение улыбка исчезает с его лица. Стефан говорит лишь обрывками, и его речь состоит преимущественно из вопросов: «Когда?», «Сколько уже?», «Куда?», «Как она сейчас?». В его глазах появляется неподдельный испуг, и Кэролайн отвлекается от посуды, пристально наблюдая за его реакцией. Наконец, Стефан кладет трубку и быстро уходит куда-то собираться.

— Стеф, что случилось? — чувствуя, что что-то не так, спросила Кэролайн.

— Звонила Ребекка, — дрожащим голосом пробормотал Стефан, надевая толстовку. — Они сейчас с Никки в больнице. У нее подозрение на менингит.

На Стефане нет лица, и кажется, что за эти полминуты поменялся даже его цвет кожи, став каким-то землистым.

Кэролайн почувствовала, как внутри все замерло.

— Боже мой… — прошептала она. — Как… Стеф…

— Я не знаю, — словно в забытьи, мотнул головой он. — Они вернулись позавчера, все было нормально. А к утру у нее поднялась температура, около 102*… Ребекка сказала, что Никки сильно плакала и показывала на голову. Они вызвали «Скорую», врачи настояли на госпитализации. Кэр, мне нужно туда.

Стефан тараторил так быстро, что трудно было разобрать половину слов, которые он произносил. Он был напуган, часто дышал и напоминал заблудившегося ребенка, который не мог найти дорогу назад. Таким Кэролайн видела его впервые.

— Стефан, может быть, нужна какая-то помощь? Мне поехать с тобой?

— Кэролайн, не надо, — Стефан положил ладони на плечи. — Я тебе позвоню, хорошо?

Форбс кивнула.

— Стеф…

Она коснулась его руки, и он взглянул ей в глаза.

— Все будет хорошо, слышишь?