Чтение онлайн

На следующих двух фото позирующих было уже трое: Елена, чем-то явно недовольный Деймон и… Удобно устроившийся между ними мистер Принглс, с которым теперь так часто любила играть Никки. Елена и сама не знала, чем в ту ночь ее так привлек этот, казалось, совершенно обычный медвежонок, но тогда ей почти всерьез казалось, что жизни без него уже не будет.

— Елена, я не знаю, из чего сделан этот мистер Принглс, но клянусь, от него так жарко, будто ему в задницу кто-то засунул батарею! Давай положим его в пакет, и пусть он с миром там доедет до дома.

— Ты офигел?! А если тебя в пакет засунуть, тебе будет приятно?

— Он занимает мое личное пространство!

— Просто это личное пространство у тебя слишком большое!

По губам Елены скользнула улыбка, когда она вспомнила их с Деймоном диалог в автомобиле такси. Деймон злился, что-то недовольно бормотал, но одолеть Елену и отправить-таки мистера Принглса в пакет так и не смог. А может, и не хотел.

На одной из фотографий у Елены было оголено правое предплечье, на котором красовалась та самая татуировка, из-за которой Джереми грозил неплохо получить от Деймона.

— Ты что натворил, мелкий засранец?! — орал Деймон, и Джер, не выдержав, прыснул со смеху.

— А что случилось? — рассеянно пробормотала Елена, взглянув на одну из своих «татуировок».

— Ты понимаешь, что она меня теперь прикончит? — прошипел Сальваторе.

— Да успокойся ты, — со сдавленным смехом, так же, шепотом, протянул Джереми. — Эта хна смоется еще быстрее, если на запястье месяц сто процентов продержится, то у этой неделя — самый большой срок.

— Дей-мон, — по слогам удивленно прочитала Елена, и Деймон закрыл лицо ладонями, предвкушая ее реакцию. — Деймон, это в честь тебя, что ли? Забавно, — хихикнула она.

— Вот видишь, девушка довольна, — хохотнул Джереми.

— Это сейчас она довольна, потому что она несколько шотов текилы выпила, млин!

И пусть от этой татуировки на предплечье, вспоминая о которой, Елена неизменно улыбалась, сейчас остались только фото, как напоминание, с ней навсегда осталась другая, отзывавшаяся внутри какой-то необъяснимой теплотой. Елена взглянула на запястье, на котором аккуратными буквами было выведено: Dum spero, spiro.

— Ты сильная, Елена. Я знаю это. Я знаю тебя, как никто другой. Ты можешь это побороть.

Эти слова Деймона, сказанные в невообразимо нужный момент, до сих пор звучали в Елене звонким эхом. Он верил в нее. Что бы ни говорил, что бы ни делал, что бы между ними ни происходило. И, возможно, именно когда Елена чувствовала эту веру, в себя начинала верить и она сама.

Елена медленно перебирала фотографии, подолгу рассматривала их, не в силах сдержаться от улыбки, и мысли уносили ее не только в ту ночь — они возвращали ее к каждому дню, который они провели вместе.

— Спасибо тебе. Я, правда, и представить не могла, насколько Чикаго… Потрясающий.

— Обращайся.

— Деймон, это калорийная бомба.

— Доктор Гилберт, Вы — зануда.

— У тебя к сорока годам разовьется ожирение.

— А ты так и будешь занудой. Елена, просто попробуй! Я тебе тут не героин предлагаю, а всего лишь бургер.

— О чем эта песня?

— О любви, о чем же еще? О том, как больно терять и какое одиночество наступает после этого.

— Но, знаешь, она почему-то всегда вселяет в меня веру в лучшее. Очень люблю ее.

— Кажется, ты влюбил в нее и меня.

Время в какой-то момент словно замедлило свой ход, когда Елена будто снова вернулась в те дни. Она смотрела в серо-голубые бездонные глаза Деймона, которые даже на фотографии отливали невероятно ярким оттенком, и ей казалось, будто все это происходит не с ней, не здесь, не сейчас.

— Интересно, это лечится? — усмехнувшись, вслух произнесла она, а затем, вновь взглянув на фото, уже тихо сама себе ответила: — Наверное, нет.

Сейчас, все еще так отчаянно пытаясь убежать от прошлого, Елена хотела избавиться ото всего, что там, дома, в Сент-Огастине, могло хоть как-то связать его с Деймоном, напомнить о нем, подарить хотя бы малейшую надежду на то, что когда-нибудь они увидятся вновь. Она удалила его телефонный номер из списка контактов на мобильном, и сейчас, словно полыхающий жар, будто мимолетная вспышка, в ней загорелось желание разорвать все эти фотографии до единой. Это было так глупо и по-детски. Но если это могло подарить хотя бы шанс на то, чтобы избавиться от этого безумия, Елена была готова на это.

Елена взяла несколько снимков дрожащими пальцами и стиснула их что есть силы, собираясь порвать. Однако шли секунды, но в ее руках по-прежнему оставался целый и невредимый глянец, и она понимала: сделать это она уже не сможет.

Елена выдохнула, поджав губы, чувствуя, как внутри словно натягиваются тугие струны, убрала фото в ежедневник. В этот момент она увидела на пороге комнаты Никки, которая, прижимая к себе мистера Принглса, через пару секунд подошла к ней.

— Куда мы едем? — с интересом спросила малышка.

Елена улыбнулась и поцеловала девочку в лоб.

— Мы едем домой.

Никки молчала несколько секунд, внимательно глядя на Елену.

— К папе?

Елена почувствовала, как к горлу моментально подступил ком. Кажется, она даже вздрогнула, но постаралась, насколько это возможно, быстро взять себя в руки, чтобы не показать вида дочери.

— Нет, Ник, — пересохшим губами произнесла она. — Не к папе.

Никки нахмурилась, но ничего не сказала, по всей видимости, ожидая от Елены какого-то продолжения.

— Там очень тепло и солнечно, — рассказала Елена. — И много-много пальм.

— А там есть зоопалк?

— Конечно, есть. Правда, он меньше, чем здесь. Но там тоже очень интересно.

— А мы туда пойдем?

— Если ты захочешь.

— Я хочу! — с энтузиазмом, очень искренне, словно от этих слов зависела вся ее дальнейшая судьба, воскликнула Никки, и Елена, улыбнувшись уголками губ, притянула малышку к себе и крепко обняла, а затем потрепала по волосам.

— Значит, первым делом отправимся туда.

Дальнейшие сборы заняли не больше часа — все основные вещи, лекарства и документы Елена собрала еще накануне. Посмотрев на часы, она почувствовала, как внутри все скрутило: на них было два, и это означало, что примерно через полчаса должно было приехать такси — вылет был назначен на 18:30. К этому времени, пообедав, Никки, привыкшая к дневному сну, заснула, а Елена перед отъездом хотела еще зайти к Роуз — не только для того, чтобы поблагодарить за все, но и для того, чтобы кое-что вернуть.