Чтение онлайн

— Ты достал все что нужно? — Пацан просовывает руку под ее спину, игнорируя мои угрозы. — Расстилайте одеяло из фольги. Живо. И как можно аккуратнее перенесите ее на него. — Он говорит через плечо, как будто не догадывается, что два одержимых убийством маньяка наблюдают за каждым его движением и желают его смерти, только чтобы стать ближе к ней. — Без резких движений.

— Почему из фольги? — Я хочу точно знать, что он делает, чтобы в следующий раз справиться самому. Хотелось бы, чтобы следующего раза не было, но с тех пор как пали стены всегда что-то случается.

— Это превосходный изолятор. Она сохраняет тепло внутри, не позволяя проникать холоду.

Мы с Риоданом аккуратно кладем ее на одеяло, пацан снова растягивается рядом. Она неподвижна. Я даже не вижу дыхание по грудной клетке. Она бледна и неподвижна как смерть. Я никогда не видел Принцесс Невидимых, но подозреваю, они должны быть такими же: бледными, холодными, прекрасными.

— Она вообще дышит?

— Едва. Ее тело использует все резервы, чтобы поддерживать работу мозга и органов. Ей надо помочиться.

— Ты не можешь этого знать, черт подери, — ворчит Риодан.

Пацан, не поворачивая головы и не смотря в его сторону, просто говорит поверх ее носа:

— Она постоянно ест и пьет. Ее мочевой пузырь всегда заполнен, по крайней мере, наполовину. Ее тело тратит драгоценную энергию, чтобы предотвратить замерзание мочи в мочевом пузыре. А нам нужно, чтобы эта энергия направилась в ее сердце. Короче, ей надо пописать. И чем быстрее, тем лучше. Для этого нам нужно привести ее в сознание, если конечно у вас нет под рукой катетера.

— Приведи ее в сознание, — рычит Риодан.

— Ты не посмеешь поставить ей катетер, — рычу я.

— Я сделаю все, что потребуется, чтоб спаси ей жизнь. Вы. Чертовы. Идиоты, — выплевывает малец.

Он вскрывает горчичники и прикладывает их ей подмышки и в паховые области. Затем вытягивается рядом с ней:

— Заверните нас в спальник.

Я смотрю на Риодана, он на меня, и на секунду мне кажется, что мы оба прибьем этого сорванца. Лицо Риодана кажется более обычного окаменевшим, если это вообще возможно без превращения в монолитную плиту, с торчащими наружу клыками. Я опускаю взгляд ниже. Член Риодана такой же здоровенный, как и мой:

— Какого хера ты не носишь трусняк?

 Для Невидимого Принца выставлять член означает вызов на битву.

— Они меня раздражают. Жмут и везде натирают.

— До пошел ты, — выплевываю я.

— Чуваки, кончайте собачиться, — встревает пацан. — Заверните нас. Или хотите ее смерти?

— Тебе вообще не следовало ее туда тащить. Я убью тебя за это, — обещаю я Риодану, помогая заворачивать мою девочку рядом с практически голым парнем.

— Я сказал ей ни к чему не притрагиваться, — говорит Риодан. — Я знал, что это выведет ее из режима стоп-кадра. Я напоминал ей об этом на каждом замороженном объекте, на котором мы были. Ну, давай, обвиняй, Горец. Выложи все, когда решишь, что готов.

— Да мы все знаем, как она слушается других, — сухо добавляет парень.

Риодан бросает на него взгляд, который с легкостью бы заткнул даже взрослого, вооруженного социопата:

— У нее абсолютно не было причин прикасаться к чему-либо.

— Очевидно, она решила иначе, — совершенно невозмутимо отвечает юнец.

— Я был там вместе с ней. Думал, что успею спасти.

— Ты облажался, членоголовый, — обвиняю я.

— Не думал, что это так быстро на нее повлияет. Когда я касался чего-то, со мной такого не было.

— Она не такая, как ты. И вы оба, заткнитесь уже там, — добавляет пацан, и снова прижимается к ней лицом. Он дышит, приложив ладони к их сомкнутым лицам, чтобы задержать теплый воздух внутри.

— Зачем ты это делаешь? — интересуюсь я.

— Теплый воздух. Гипоталамус [43] . Регулирует внутреннюю температуру и поможет ей придти в сознание. Это необходимо для того, чтобы она могла опорожнить мочевой пузырь.

— Я бы ее всю растер, чтобы согреть. Восстановить кровообращение.

— Замечательно. И убил бы ее на месте. Ее кровь слишком охлаждена. Это привело бы к остановке сердца.

— Не понимаю, почему она стала раздеваться, — бормочет Риодан. Я смотрю на него. Он занимается тем же, чем и я. Разбирается, что надо делать, на случай если подобное повторится. Мы оба схватили бы ее и потащили туда, где потеплее. Но как сказал этот пацан, оба легко бы ее и убили.

— Кровяные сосуды расширились. Она думала, что ей жарко. Автостопщиков часто находят мертвыми в горах в обнаженном виде, а одежда валяется рядом. Они просто сбиты с толку. Мозг пытается разобраться в хаосе.

— Откуда ты все это знаешь? — Ненавижу, что он все это знает, а я нет. В этой ситуации он явно лучший мужик для нее, чем я. А я хочу быть лучшим для нее в любой ситуации.

— Мама была врачом. Однажды я чуть не умер от переохлаждения в Андах.

— Я едва не убил тебя, — произносит Риодан.

— Она не слышит тебя, — говорит ему парень.

— Я не ей говорил.

— Дай мне еще согревающих компрессов, — просит пацан. — Черт, она вся ледяная!

— Несколько недель назад. Я едва не убил тебя.

Парень бросает на него взгляд. Черт, думаю, у него и правда железные яйца, если может так наезжать на меня и так смотреть на членоголового.

Риодан продолжает:

— Я стоял в тени аллеи, по которой вы прогуливались. Вы не видели меня. Она бы умерла сегодня, если бы я убил тебя.

— Это что, извинение? — насмешливо фыркаю я.

— Она ахала от ужаса всякий раз при встрече с тобой, Горец?

Я расправляю крылья, которых еще нет, и шиплю.

— Вы оба слишком много болтаете, — одергивает нас юнец. — Заткнитесь. Не заставляйте меня повторять это еще раз.

Мы затыкаемся, и мне кажется это чертовски смешным.

Внезапно я посмотрел нас со стороны. Теперь только и делаю так. Думаю, это потому, что все дальше отдаляюсь от человечности, и это мой способ маркировки моего вхождения в ад. Я вижу, что в этой сцене есть только один мужик, и это не я.

Я вижу сияющую совсем юную девушку, с куда большими изгибами под одежкой, чем предполагал, и, судя по тому, как на нее смотрит Риодан, он тоже об этом не догадывался. Она, бескровно-голубоватая, обернутая руками полуголого подростка, на чьем месте, возможно, должен был быть я. А над ней сторожевыми башнями возвышаются два монстра из совершенно разных пород, но все-таки монстра.