Чтение онлайн

На захламленном столе лежал свисток. Видимо, для вызова охранников. Он многозначительно положил на него руку.

Вилен неспешно, с громким скрежетом отодвинул стул, встал и подошел к стене с палками. На крючках по-прежнему висели орудия для «воспитания» – похоже, их коллекцию восстановили после моего прошлого визита. Он взял одну из них – тонкую, гибкую.

– Интересно, сколько раз этой палкой били Боди? – вымолвил он тихо.

– Что вы себе позволяете! – Кровер нервно облизнул губы. – Это для поддержания дисциплины!

– А этой? – Вилен взял потолще.

– Для особо непослушных...

Внезапно Вилен сжал палку в руке. Она вспыхнула синим пламенем и рассыпалась пеплом.

Кровер подскочил в кресле, его лицо мигом побледнело. Даже засылсина теперь синевой отдавала.

– Вы... вы маг?

– А ты как думал? – Вилен улыбнулся, но эта улыбка заставила даже меня поежиться. – Видишь ли, Кровер, я очень не люблю, когда обижают детей. Особенно беззащитных малышей, как Боди.

Он взял следующую палку. Та же участь постигла и ее.

– А еще мне очень не нравится жадность, – продолжал Вилен, методично уничтожая орудия пыток. – Четыреста золотых за мальчика. Окончательная цена.

– Но... но это же самоуправство! – заикаясь, пролепетал Кровер, вытирая выступивший на лысине пот. – Я пожалуюсь в магистрат!

– Пожалуйся, – равнодушно ответил Вилен, сжигая очередную палку. – Только объясни им, зачем тебе такой арсенал для «воспитания» восьмилетнего ребенка. Интересно, что они на это скажут?

Последняя палка рассыпалась пеплом. На стене остались только пустые крючки.

– Решай быстро, – Вилен повернулся к Кроверу. – У меня терпение не бесконечное. И палки уже закончились.

– Хорошо, хорошо! – Кровер судорожно открыл ящик стола и начал рыться в бумагах. – Четыреста... Сейчас оформлю...

Он быстро написал что-то на официальном бланке, поставил печать.

– Вот, держите. Ребенок ваш. – Но тут же добавил ехидно: – Только не думайте, что все так просто. Магистрат будет проверять условия содержания. Малейшее нарушение…

– Проверяйте, – перебил его Вилен, убирая документ во внутренний карман. – Только учтите, если с Боди что-то случится по вашей вине, вы об этом очень пожалеете.

Он положил на стол кошелек с деньгами. А я снова едва не опешила.

Так он знал? Знал, что все так будет и заранее взял с собой деньги?!

– Пересчитайте.

Кровер жадно набросился на золотые. Глаза его жадно заблестели. Да он едва не облизывался, глядя на них!

– Все правильно, – пробормотал он, пряча деньги в ящик стола. Еще и на ключ запер.

– Тогда до свидания, – Вилен взял меня за руку. – Идем за нашим сыном.

Мы вышли из кабинета. Только когда дверь закрылась за нами, я смогла нормально дышать.

– Мерзавец! – прошипела я. – Торгуется ребенком как товаром!

– Тише, – предупредил Вилен. – Здесь стены тонкие.

Я с трудом проглотила ругательства, Вилен же повел меня вниз. Прочь из этого места.

В коридоре уже слышались голоса детей – начинался новый день.

– Нина! Вилен! – К нам подбежали Гасти и Малик. Видимо, пришли на утренний пересчет.

– А мы думали, куда вы пропали? – запыхавшись, сказал Малик.

Боди вышел из-за их спин, почесывая в затылке.

– Боди, можно тебя на минутку? – поманила я его. Мальчонка опасливо на друзей покосился, но к нам пошел. Мы вышли с ним на улицу, я попросила у Вилена бумагу от Кровера, и без лишних слов протянула ее ребенку.

– Что это значит? – Боди покосился на нас и снова взялся перечитывать бумагу. Содержимое ее явно не внушало ему доверия. Конечно, мы уже говорили о том, что он будет жить с нами. Но, похоже, когда это превратилось в официальную реальность, принять это ребенку было не так просто.

– Это значит ровно то, что там написано, – смеясь подытожил Вилен. По голове его потрепал. – Тебе больше не нужно сюда возвращаться.

– Значит… значит я могу собрать вещи и больше… – с каждым словом глаза его раскрывались все шире. Недоверчивая радость сменилась радостью искренней.

Стремглав он кинулся обратно в приют, собирать вещи. Мы дождались его на первом этаже. А когда вышли, Гасти и Малик уже ждали на улице.

Боди за нашими спинами шуршал. Видно, что переживает… Не знает, как сказать друзьям, что больше не живет здесь?

– А чего вы тут? – Гасти подозрительно оглядел нас всех по очереди.

– Да так, – я едва сдерживала улыбку, поглядывая на Боди. Вилен вообще не скрывался. – Боди, думаю, вам сам расскажет.

Мальчишки отошли в сторону, похоже, предчувствуя что-то неладное. Но уже спустя несколько мгновений раздался вопль Гасти.

– Что?! – Ребята приняли трясти друга, обнимать его и явно радоваться. – Ты серьезно?!

Боди что-то объяснял в ответ, принимая поздравления. Похоже мальчишки искренне рады были за него.

Когда эмоции поутихли, Гасти подошел к нам, серьезно протянул Вилену руку.

– Я не помню своего отца, – серьезно заговорил он, – но точно знаю, на кого мне стоит равняться.

Вилен протянул руку в ответ, и я едва не рассмеялась легкой растерянности на его лице.

Впрочем, он быстро опомнился, серьезно глянул на мальчонку, крепко сжал его руку и коротко кивнул. Проявилась вдруг в осанке и военная выправка, и в глазах мелькнуло что-то правильно-суровое.

Несколько мгновений они смотрели друг на друга, и в этот миг я поняла, что теперь не только для Боди начнется новая жизнь, но и для всех нас. Новый этап, новое начало.

И это было именно то, что нужно всем нам.

Правда, не ожидала, что после такой серьезной сцены Гасти вдруг кинется обнимать меня. Резко так, порывисто, едва не снес меня с ног!

– Здорово, что ты стала… такой, – шепнул он. – Спасибо.

На глазах слезы выступили. Я улыбнулась, обняла его в ответ. Тут уже и Малик, и сам Боди подоспели. И так тепло стало, радостно.

Все мы правильно сделали.

Остальные дети приюта сбежались посмотреть на радостный шум. В их глазах я заметила зависть, надежду, печаль… Конечно, они радовались за друга, но всем им хотелось… так же?