Чтение онлайн

К её удивлению, дневная трапеза оказалась единственной за весь день. Когда вечерняя молитва закончилась, женщины вернулись в барак и отошли ко сну.

А потом всё повторилось. Умывание. Часовня. Грядки. Трапеза. Алама. Храм. Второй день дурного сна походил на предыдущий. Её окружали одни и те же разговоры о воле Далёкой Звезды и о подвигах её прорицателей. Та же тяпка, те же комки земли. И вновь пора было спать.

Изменения пришли лишь на третий день, и то – не сразу. После трапезы выяснилось, что ученицам предстоит провести время в купальне вместо очередной беседы с госпожой Аламой. Сойке претило тесниться с дюжинами послушниц в сыром помещении, ещё и без одежды.

Но надо было слиться с толпой. На неё уже косо поглядывали остальные после разговоров с Аламой.

«Чёрт, почему я вообще переживаю, что подумают эти святоши?»

Послушницы мылись в купальне, которую и назвать-то так было стыдно. Особенно, после той, куда водили паломников. Здесь не было ни просторных купелей, ни шершавой мозаики на полу, ни резных статуй из цельного камня. Только серый пол, мокрые стены с чернильными разводами плесени и вода, бьющая из нескольких круглых отверстий на уровне лица.

Сойка решила тут не задерживаться. Подставив спину тёплому потоку, она выглядывала Вдову среди мокрых тел, но та, видимо, не поместилась в первой группе купальщиц. К Чёрту. Сегодня Иштава и сама будто бы избегала Таделию.

Лиса уступила место у источника остальным и поспешила вытереться насухо. О какой ранней весне говорила настоятельница обители, если ветер с озера дул такой, что низ балахона надувался куполом? Так и простыть немудрено.

Переодевшиеся послушницы как раз отправились в купальный зал, а следующая группа ещё не успела войти из предбанника. Таделия осталась в блаженном одиночестве, которого ей так не хватало с того странного дня, когда Бримм и Квиллар отправили Лис на задание.

А был ли этот день взаправду или то – лишь сон? Что, если всё, что случилось с отплытия из Сегденна – не более, чем наваждение Альхиора?

– Привет!

Сойка вздрогнула. В раздевалке невесть откуда появилась совсем юная девчонка в сером плаще. Она изучала Таделию круглыми глазами жёлто-карего цвета и мило улыбалась.

Лиса не стала отвечать: ей хватало и своих размышлений. Ведь колдун ещё жив. Это Альхиор засунул Сойку в тюрьму собственного разума. Вместо прутьев и замков тут были колючие балахоны и грядки, а охраной служили образы служительниц.

– Ты же Таделия? – а девчушка всё не унималась. Плевать. – И Сойкой тебя тоже зовут?

Теперь Таделии стало интересно. Откуда мелкой знать это имя? Если Лиса и впрямь запуталась в омуте своих мыслей, ответ понятен: его знала сама Сойка. Но, если допустить на одно мгновение, что всё было наяву… Придётся выяснить.

– Допустим, – Таделия кивнула.

– А я – Лийя. Служка, – девочка засияла. – А почему у тебя два имени? Или Сойка – это фамилия?

– У всех наших два имени.

– Это ты про Лис, да?

Да какого Чёрта? Сойка таращилась на Лийю и не могла понять, откуда взялась эта всезнайка с ровной чёлкой, почти достающей до глаз. Мог ли её собственный так разум так издеваться над Лисой?

– Можешь ненадолго пойти со мной? – служка почти шептала и косила глаза на дверь. – Это очень-очень важно! Только надо быстро, хорошо?

Таделия решила проверить, куда заведёт её Лийя. Пока что девчонка направилась к выходу из скромного купального дома, притаившегося под западной стеной обители. Она провела Сойку через ряды ожидавших своей очереди на помывку послушниц и пролезла под лысыми кустами.

Сойка чертыхнулась, когда голые ветки царапнули ей спину. Всё же маленькой служке куда легче было тут пробраться. Но она справилась и продолжила путь за Лийей.

Пригнувшись, они просеменили вдоль кустов обратно в сторону купальни. Там их уже ждал рослый мужчина в капюшоне. Он привалился спиной к стене помывочной и рассматривал вытянутую левую руку, всю замотанную в бинты.

– Вот! – радостно объявила Лийя. – Только, пожалуйста, быстро, а то будут неприятности!

– И что это значит? – Сойка сложила руки на груди. – Ты кто? Ищешь тут щели, чтобы подсматривать?

– Было бы на что смотреть.

Мужчина повернулся и скинул капюшон. Из-под мешковатой ткани показались длинные волосы, широкая переносица и прищуренный глаз с густыми ресницами. Только правый, ведь левую часть его лица тоже скрывали слои бинтов.

– Химера! – Сойка подпрыгнула на месте. – Ты живой? Так, а почему так вырядился? Ты тоже один из них?

Она едва не сорвалась с места, чтобы обнять этого пройдоху. Но на нём был балахон служителя. Похоже, и с ним сделали то же, что и с Иштавой.

– Давай попробуем угадать, Таделия, – проговорил Варион. – Либо я настолько преисполнился верой, что меня взяли в женскую обитель. Либо малышка Лийя стащила для меня робу из постирочной и где-то бродит одна очень злая служительница в очень грязной робе. Как думаешь, что правда?

– Ах ты, зараза.

И всё же она его обняла. Руки Сойки обхватили грудь Химеры, и тот вдруг зашипел, отстранился и схватился за левый бок.

– Осторожнее, – попросил он сдавленно. – Мне ещё херово.

– Что с тобой случилось?

– Альхиор со мной случился, – Варион перевёл взгляд на стену купальни. – Но ничего. Это была его последняя гадость.

– Ты убил его?

Химера едва заметно кивнул и сразу же кивнул на смущённую Лийю. Сойка подняла руку в знак вины, но при этом улыбнулась. Даже если Вариона породил морок Альхиора, такие вести её порадуют её и во сне.

– Так, где ты был? – спросила Таделия.

– Времени мало, так что скажу только, что в местной лекарне, – Химера вытянул шею и осмотрелся. – Но там мне оставаться нельзя, так что я попросил Лийю вас разыскать.

– Ого, ты специально послал за мной? – Сойка смущённо прикрыла рот ладонью. Хоть кто-то не пожелал избавиться от неё под шумок.

– Я не знал даже, жива ли ты после делишек Альхиора, – Варион остался серьёзен. – Послал за тобой, Крысоловом и Бертольдом. Короче, теми, кого легче описать.

– Других я не нашла, а тебя – сразу! – гордо заявила Лийя. – Тебя легко было найти. Варион сказал, что ты весьма красивая, на редкость стройная и пахнешь мылом, даже если не помоешься. А ещё у тебя…