Чтение онлайн

– Если только в могилу, Химера, – молвил Каддар под скорбный звон. – Если только в могилу.

– В могилу мы и так попадём, – Варион гладил свёрток, будто пытался его соблазнить, но пока соблазнялся он сам. – А вот тут сидеть незачем. Давай поможем друг другу.

– Нет на Землях столько дурмана, чтобы я решил, будто ты можешь мне чем-то помочь, Химера. Хотя, одна возможность есть. Ты можешь умереть сам или убить меня, чтобы этот разговор закончился.

– Ну, давай попробуем.

Рука Вариона протиснулась меж складок ткани и взялась за щербатую рукоять. Он извлёк из мешка короткую тяпку, которую Таделия утром передала через Лийю. Комья земли облепили тупое лезвие, под ними ползли пятна ржавчины. Такое оружие – позор для Лиса, но и времена настали другие.

– Слушай меня, Каддар.

Одной рукой Химера развернул следопыта лицом к себе, другой – поднёс тяпку к его бледной шее. Каддар бросил взгляд на скромное оружие, но не стал проверять, насколько оно тупое.

– Ты что задумал? – только и спросил он.

– Отрублю твою башку, если не будешь слушать.

Что-то переменилось в бледно-голубых глазах следопыта, пока Варион шептал ему в тонкое, испещрённое сизыми сосудами ухо. Каддар не первый день ныл о безысходности их положения, намекал на смерть, как вполне допустимый выход. Хоть и был он родом из Северного Дола, было в этих речах что-то тивалийское.

А раз так, то и безнадёга была напускной. Как и ожидал Химера, даже туманная перспектива умереть возвращала Каддара к его былому состоянию. Глаза смотрели шире, живо изучали окружение следопыта. На виске вспухла изогнутая жила. В его разуме сошлись в поединке уныние и слабая надежда на свободу.

– Теперь – нужно пустить кровь, – сказал Варион. – Тяпка тупая, так что легче пустить её из моих ран. Давай – влепи мне пощёчину.

Уговаривать не пришлось. Едва ржавое навершие отдалилось от шеи Каддара, следопыт замахнулся и отвесил Лису затрещину. По правой скуле.

– Другая щека, придурок! – закричал Химера. – По бинтам бей.

Каддар ехидно улыбнулся, но подчинился. Кровь хлынула из-под повязок и наполнила сложенную чашей ладонь Вариона. Он плеснул часть на тяпку, размазал пальцами поверх её лезвия. Остальное же досталось зарослям русой щетины на лице следопыта.

– Ты чего творишь? – Каддар отпрыгнул и упёрся спиной в окно.

– Слушай дальше.

План Лиса был, пожалуй, даже слишком простым. Бывалому следопыту не составит труда запомнить свою роль.

Следуя указаниям, Каддар встал перед дверью и дождался, пока Варион подаст изящный сигнал.

– Иди сюда, сука! – заорал Химера. – Убью!

Следопыт дёрнул дверь и метнулся в проём, а вслед за ним полетела окровавленная тяпка. Она выбила из стены коридора кусок краски и рухнула на пол, оставляя повсюду алые брызги. Каддар успел уйти в сторону, да и Химера метил не в него. Главное – привлечь внимание крепкого мужика, что прохаживался по коридору вечерами. Должно быть, Смева поставила его караулить больных.

– Что у вас тут происходит? – голос у стражника оказался неожиданно высоким.

– Он рехнулся! – завопил Каддар в ответ. – Чуть голову мне не отрезал! Господин, у вас есть оружие? Вы можете что-нибудь с ним сделать?

Химера прислонился к стене. сбоку от косяка. Так, чтобы его не было видно из коридора. Он слушал и улыбался. Неразбериха, крики, кровавые пятна – всё это напоминало ему жизнь, которую он почти позабыл в этих белых стенах.

– А что делать-то мне с ним? – вопрошал коридорный.

Видимо, оружия у него не было. Или же не было смелости, чтобы им воспользоваться.

– Не знаю, огрейте его чем-нибудь, господин! – умолял Каддар. В голосе даже слышались слёзы. – Я не могу с ним больше оставаться!

– Давай мы тебя уведём подальше, – предложил караульный.

Химера прочистил заболевшее от крика горло.

– Верни его сюда! – потребовал Лис. – Иначе я перекушу себе вены, понял?

– Твою мать, не вздумай! – мужик прискакал к приоткрытой двери. – Не сдохнешь же, только проблем от Смевы оба получим!

Варион высунул в проём лицо, по которому всё ещё струилась кровь, и улыбнулся.

– Тогда зови сюда Смеву.

Караульный раздул пышные усы и нерешительно оглянулся на Каддара. Тут в коридоре послышался топот маленьких сапожек. Почти вовремя.

– Я уже предупредила госпожу, – объявила Лийя.

Она устремилась прямо к двери их комнаты, но коридорный выставил перед ней ладонь.

– Стой, малышка, не подходи к нему, – мужчина и впрямь беспокоился за служку.

– Всё хорошо, Бати, – уверила Лийя. – Он меня не тронет. Мы же друзья, правда?

– Зови Смеву, – твёрдо сказал Химера.

– Она тебя сама позвала, – ответила служка. – Бати, его нужно скрутить и отвести в процедурную. Прости, Варион: придётся ночь в ремнях провести.

Химера отошёл вглубь комнаты, взглядом призывая караульного последовать за ним, но тот замер на месте. Бати смотрел то на Лийю, то на Лиса с окровавленным лицом.

– Мне тут подмога нужна, – пробормотал он. – Лийя, ты чего никого не позвала?

– А что, Бати, у нас времени много, по-твоему? Вечерняя служба, вообще-то! – девчонка с вызовом уставилась на караульного. – Он же, считай, однорукий. Не управишься? Эх, придётся госпожу позвать. Вот она рассердится!

Химера сдерживал улыбку. Двенадцатилетняя служка накануне уверила, что знает больные места каждого караульного. Всего в распоряжении госпожи Смевы их было трое: каждый был послушником при рыцарского ордене, назначенным в помощь обители. Лемер никогда не отказывался от крепкой выпивки. Кальбор млел от одного женского взгляда. Бати же до смерти боялся прослыть слабаком и разочаровать суровую госпожу. Даже служба Далёкой Звезде не избавила их от таких простых слабостей.

– Погоди, Лийя, не зови, – Бати засучил рукава мешковатой верхней рубахи. – Сейчас скрутим его.

Химера сделал вид, что очень испугался. Он вытаращил глаз и попятился. Бати медленно наступал – лоб покрылся потом, ноздри покраснели и раздулись. Варион двигался назад, пока спина не прислонилась к холодному стеклу. Тогда он оттолкнулся пяткой и бросился к выходу в обход караульного.

Двигался Лис нарочито медленно и неуклюже. Он запрыгнул на кровать Каддара и пополз по ней, как бы приглашая Бати перехватить себя. Коридорный приглашение принял. Он пригвоздил Химеру к перине и вывернул его здоровую руку.