Чтение онлайн

В третей комнате её ждал Каспар. Он так же молчаливо и осторожно поел с неё. Дал крови. Молча удалился.

Дита чувствовала себя перегонным аппаратом, с которого забирали и забирали, а ей требовалось производить и производить. Вместо того, чтобы пойти в зал, она осталась в комнате, забравшись на одинокий стул с ногами, и попыталась отдохнуть. Через какое-то время девушка задремала.

(Берлин, Alte Leipziger Strasse 8. «Liebe Haima». Тремерская капелла. 18 мая 1808 год). Вторник. (Бэн)

Бэн в несколько прыжков добрался до кабинета Петра. Водить девчонку туда и обратно отнимало его время, отнимало время госпожи, и, хотя Катерина была благосклонна к новому члену стада Петра, Бэну было бы проще, если бы девушка приходила сама или её привозил кто-то другой. Тремер как всегда очень вежливо предложил ему присесть, отодвигая для него кресло перед столом.

— Я ненадолго. — Заметил гуль. — Пришёл сообщить, что девушка доставлена в целости.

— Прекрасно, благодарю. Довольна ли ею Катерина?

— Да, Палач довольна. — Бэн передавал точные слова Катерины, потому что госпожа поддерживала с ним телепатическую связь. — Она желает видеть девушку чаще или переселить её в Шарлоттенбург.

— Боюсь, такие вопросы я с тобой обсуждать не могу, — усмехнулся Тремер.

— Тогда я ухожу, — склонил голову Бэн, намереваясь уходить.

— Ещё одно дело, гуль, — резко остановил его Пётр.

Бэн устало перевёл на него взгляд, удивляясь его бестактности.

— Господин Бэн, — Пётр почувствовал свою оплошность, — смею просить у Катерины вашей помощи в охране гуля Карла. Ей предстоит перемещаться по Берлину, и я бы хотел, чтобы вы сопровождали её. Лишь по ночам.

Бэн неохотно передал его сообщение Катерине, и, почувствовав её восторг, он раздражённо вздохнул. Словно услышав его сожаление о потерянном времени, проведение навязывало девушку ему ещё больше.

— Катерина поддерживает ваше предложение. Если оно не будет в ущерб моему времени, — добавил он от себя.

— Что ж, прекрасно, тогда завтра вы отвезёте её к Густаву.

====== Глава 3. Чужой город. Часть 06. Любовное зелье ======

Беты (редакторы): Rioko Rain

(Берлин, Alte Leipziger Strasse 8. «Liebe Haima». Тремерская капелла. 19 мая 1808 год). Среда. (Амалия)

Марианна разбудила девушку звонкой оплеухой. Дита проснулась, с трудом понимая, где она находится и что происходит. Не сообразив, кто перед ней, Дита замахнулась на Марианну в ответ, но гуль Петра легко перехватила её руку и поставила перед собой на колени.

— Я ищу тебя уже несколько часов, девчонка! — Прикрикнула на неё женщина и сразу отпустила. — Бегом завтракать, и в постель. Ночью тебя ждёт важный клиент, и ты должна выспаться и чувствовать себя хорошо.

В столовой всё так же была неразбериха и суета. Вместо Романа всем занималась девица Кларисс, она в капелле прожила больше трёх лет и считалась достаточно опытной. Правда, выпросить у неё тарелочку супа без жетончика большого труда не составило, так как девушка была под действием всё той же одурманивающей дисциплины безграничного счастья. Дита быстро поела и направилась в спальни. В подземном коридоре она столкнулась с Ромео, который, при виде её, показательно поправил пуговицы на поясе своих кальсонов и с довольной улыбкой зашагал дальше. Дита не желала даже думать о том, что он тут делал, и, забравшись под своё одеяло с головой, крепко уснула.

Пробуждение было приятным. Марис гладила её щёки своими тёплыми ладошками и волшебно улыбалась. В свете одинокой лампы в спальне она казалась маленьким солнышком, что пришло разбудить Диту в этой чёрной пещере. Дита улыбнулась в ответ и поднялась с постели. Марис принесла ей платье и помогла одеться.

Работая в зале, Дита старалась не попадать в неприятности. Ей хотелось сохранить кровь, чтобы накормить загадочного Принца Берлина. Со смертных клиентов она смогла даже получить пару монет и обменяла их на одно высушенное яблоко на кухне. Когда пришёл Анжело с дружками, Дита не смогла удержаться и, отловив какую-то живность в чулане, кинула её в его кружку, залив сверху вином. Паучок всё время пытался выбраться, но Дита тщательно его утопила и подала напиток гулю.

Анжело, конечно, разозлился, но она спряталась в кладовке, пока тот, ругаясь, искал её. Через полчаса её вытащила в зал Марианна, и при ней Анжело не стал шуметь. После девяти Диту отправили мыться и готовиться для клиента. Девушка тщательно себя отчистила, смывая запахи кухни и старую кровь. Кларисс принесла из закромов Романа экстракт сапонарии[1], мыльнянки в простонародье, и Дита с удовольствием намылила волосы. Пена пахла чудесно, и она отвлеклась, забавляясь с пузырьками. Когда с мытьём было закончено, Дита незаметно отлила экстракта в маленькую склянку и закупорила воском. Одежду тоже подобрала понаряднее и одела воротничок Лары. Волосы расчесала и заплела в тугую причёску, оставив лишь несколько игривых прядей у лица. Довольная собой, она вышла в зал ожидать клиента. Но Марианна сообщила ей, что к Густаву её доставят, так же, как доставляли к Катерине. И сделает это Бэн.

— Почему Бэн? — Удивилась Дита, зная, что у Принца есть свои слуги.

— Потому что его гули заняты, а Катерина согласилась помочь Петру позаботиться о твоей безопасности.

— Мило, — Дита не возражала против Бэна, просто хотела знать, в чём причина.

— Если его слуги буду свободны, или если гуль Палача будет отправлен на более серьёзное задание, тебя будет отвозить кто-либо другой.

— Да я и сама могу добраться, не маленькая, — рассмеялась Дита. Марианна её холодно осадила:

— Пётр требует, чтобы за тобой присматривали. И, чёрт побери, ты ведёшь себя, как маленькая. Хуже и невоспитаннее ребёнка я не видала! Как тебя терпели в Мадриде при дворе?

Дита не ответила. В королевском дворце за ней смотрели нянечки да камердинеры, матери и отцу не было дела до своих отпрысков. Они были нужны только для того, чтобы хвастать перед гостями их достижениями и раздавать в соседние города для заключения брачных и политических союзов.

— Спущусь в спальню, захвачу кое-что, — буркнула она, сбегая от наставлений Марианны.

В спальне девушка взяла приготовленную сапонарию. Она надеялась, что этот подарочек понравится Катерине.

Слуга Палача явился ровно в заданное время. Всё с тем же мрачным и отстранённым выражением лица он забрал девушку и, овевая её аурой холода и равнодушия, молча, повёз к дому Густава. Принц скрывался в Городском дворце в центре старого Кёльна, на Шпрееинзеле[2], в подземных залах, специально отстроенных для него ещё при создании самого дворца в 1465 в том месте, где ранее располагалась часовня Эразма. Об этих залах не знал никто из живых. Для мёртвых тут проходили важные встречи, приёмы и Элизиумы. Дита молча ожидала этой встречи, чувствуя, как волнуется и нервничает. Когда они перебрались через Юнгфернбрюкке[3], Бэн неожиданно спросил, нарушив молчание:

— Стоит ли готовить пряники?

Дита, занятая своими мыслями, удивлено на него посмотрела, а потом рассмеялась.

— Готовь, готовь. Если Носферату ко мне приходили, то это ещё не значит, что были все.

— Ну, всего-то неделя прошла.

— И, надеюсь, эти уродцы больше не появятся, — закончила она мысль.

— Дита! — С возмущением, но тихо сказал юноша.

— Что? Они страшные, как смерть, одна другой уродливее. Яснотка вся гниёт, словно живой труп!

— Дита!

— У неё кожа по всему телу отваливается и воняет так, что дышать невозможно. А её дочурка и того страшнее, словно ёж!