В поисках человечности
Шрифт:
— Я не знаю, может, подскажешь? — спросила она обречённо.
— Ты ведь используешь кровь для лечения? Попробуй поделиться с ней своей кровью.
— Не хочу заразиться! — Дита вскинула брови, но вампир продолжал равнодушно смотреть на неё, и девушка разрезала себе ладонь и, попросив разрешения у зомбированной проститутки, разрезала и ей руку.
Магичка соединила их раны и почти сразу вскрикнув, отдёрнула руку.
— Она совсем больная! Эта зараза сразу атаковала меня, не хочу её больше трогать! — Дита оттирала свою ладошку от крови Инги и брезгливо смотрела на её язвы.
— Совсем больна? — всё так же равнодушно спросил Тремер и, подойдя к девице, перерезал ей горло, — пробуй со второй.
— Что ты сделал?! — Закричала Дита и, подскочив к Инге, беспомощно развела руками. — Я не сказала, что отказываюсь ей помочь!
— У меня больных много, приступай уже!
— Зачем их убивать?!
— Будешь копаться – на твоей совести будет ещё одна. Так что лечи.
Дита сердито свела брови и, надрезав свою ладонь, присела ко второй девушке, которая даже не шелохнулась, когда умерла её подруга.
— Лота, Лота, говори мне, что чувствуешь. Прошу, — прошептала волшебница.
Принцесса закрыла глаза и направила свою кровь в рану проститутки. Кровь ей подчинялась. Её кровь и лишь её. Дита могла приказать ране Лоты зарасти, но не знала, как справиться с болезнью. И кровь Лоты стала жечь её, словно нападая, атакуя.
— Она старается заразить и меня! — Дита испуганно взглянула на Максимилиана, но руку свою не убрала.
— Продолжай.
Дита кивнула и, сосредоточившись, стала пытаться хотя бы удержать болезнь вне своего тела. Но тут распахнулась дверь и появилась Марианна с весьма недовольным лицом. Увидев Максимилиана, гуль попыталась смягчиться, но её послал сюда Пётр с важным поручением.
— Дита, срочно. Клиент ждёт в подземной второй комнате. Бегом, и не задерживайся.
Принцесса кинула, с радостью отпуская больную. Максимилиан подошёл к Лоте и перерезал горло и ей.
— Зачем! — снова воскликнула девушка, но её уже утягивала Марианна.
— Слишком медлительна. А больные лишь занимают место и разносят заразу. Продолжишь после клиента, и, надеюсь, ты больше не будешь тратить моё время, — ответил Тремер, стряхивая с ножа кровь.
Дита, всхлипнув, исчезла за дверью: гуль Петра бегом почти втащила её по лестнице и запихнула в общие комнаты девиц.
— Быстро переоденься! Тебя Дмитрий ждёт. Одевай, что подешевле и погрязней, а то после его яда одежду не отстирать! — скомандовала Марианна и оставила девушку.
Дита ещё раз всхлипнула и направилась к сундуку с ворохом одежды. Там отыскала старое платье, которое одевала при прошлой встрече с Носферату и...
Девушка проснулась в свей кровати. Она не успела переодеться, кто-то заботливо накрыл её покрывалом. Дита огляделась в поисках своего приготовленного платья, чтобы поскорее пойти к клиенту. Платье лежало смятым комком у её ног, покрытое чёрной слизью гниющей крови. Дита удивлённо осмотрела его, пытаясь вспомнить хоть что-то. Ей казалось, то она спала или просто дремала, но бодрости не чувствовала. Кто-то очень знакомый, её мать, или, может, сестра, подошёл к девушке и, поцеловав в лоб, сказал: «У тебя всё получится». Девушка не могла вспомнить точные слова и того, кто это мог быть. Её пугало, что Дмитрий, скорее всего, стёр ей память, хотя этого почти никому не удавалось.
Марианна заглянула к ней и сообщила, что Максимилиан ждёт её в лаборатории.
— Ты и так задержалась, не пойму, о чём болтала с Дмитрием!
Дита не ответила, рассеяно смотря на платье на полу и притрагиваясь к тому месту, куда поцеловал её призрак: она пыталась понять, что же произошло. Убрав платье в кучу с грязным бельём, она направилась к подземным лабораториям. Ей необходимо было научиться лечить, и Дита понимала, что Карлу нужно, чтобы она не просто лечила умирающих проституток. Карл желал использовать её возможности для чего-то более грандиозного, и девушка старалась даже не думать, на что способна фантазия старого вампира.
(Шпандау, Spandau Citadel. 6 июля 1808 год). Вторник (Амалия)
В подземном переходе было сыро, темно, и забредшие крысы смотрели на бегущую девушку, как на свежий обед. Дита приходила к хозяину раз в месяц, и встречи эти были тайными. Она тихонько вошла в его покои. Джетт только лёг спать, его замёрзшее тело казалось девушке божественно прекрасным и, замерев перед ним, она стала любоваться его мужественными чертами лица. Но время утекало, а задерживаться она не могла, и принцесса стала трясти его за плечи.
— Джетт, проснись, Джетт, — она звала его, прикасаясь губами к его уху, — Джетт, это я, твоя Дита.
Пират открыл глаза, медленно поднялся и сел.
— Добрый день, милый.
Обхватив его за шею, девушка повисла на нём.
— Я так сильно скучаю, хочу быть с тобой, только с тобой, — она стала целовать его и вампир, улыбнувшись, стал целовать девушку в ответ.
— Тебе не следует задерживаться: никто не должен знать, что ты бываешь здесь.
— Дай мне своей крови, мне очень плохо без тебя, — Дита не отрывалась от него, сжимая его широкую грудь. Отодвинув её длинные волосы, Джетт аккуратно прокусил шею девушки. Прекрасный вкус крови заставил его восторженно вздохнуть. Пират обожал эту кровь. Сейчас, когда его любимая еда пропадала месяцами у Тремеров, которые взяли девушку в качестве платы за его безопасность, ему приходилось питаться водянистыми матросами, безвкусными шлюхами и горькими простолюдинами. Джетт ждал её появления, отсчитывая дни, ради нескольких минут наслаждения. Наполняя рот её кровью, он не спешил, хотя его сильно клонило в сон: ему хотелось хоть немного растянуть момент блаженства. Очень скоро, очень, Бруджа получит её назад.
— Хочу тебя! — прошептала девушка, продолжая целовать пирата и получая невероятное удовольствие от Поцелуя вампира.
— Нет времени, милая.
— Мне не хватает этого, хочу тебя, — шептала Дита снова и снова, — возьми меня, сейчас.
— В другой раз. Приходи пораньше, — Джетту нравилось ублажать её, она была страстна и ненасытна, и, занимаясь с ней любовью, он обожал напиваться её горячей кровью. — Может, найдёшь себе другого любовника? Среди гулей можно присмотреть множество полезных знакомых, и смертный развлечёт тебя, — Джетт давно планировал использовать природное обаяние девушки в каких-либо более полезных делах, хотя и не желал делить.
— Нет, они все отвратительны, глупы, уродливы! Разве что, Бэн, гуль Катерины: он заботится обо мне и не обижает, — вампир надрезал свою шею, и девушка прижималась к порезу, поглощая кровь Джетта.
— Гуль Катерины? Палача? Я заметил, ты отправляешь мне тайную переписку Вентру, что подсматриваешь у слуг. Бэн будет нам полезен. Соблазни его, уверен, ты справишься, — вампир слегка улыбнулся, смотря, как она ёрзает по нему, желая близости. Гуль Палача не раз привлекал его внимание. Юноша сопровождал Катерину, и Джетт уже успел собрать информацию, что лучший способ воздействовать на Палача – это повлиять на её гуля.
— Нет, хочу только тебя!
— Сделай это, Дита. Уверен, он ублажит тебя, и живой мужчина будет приятным разнообразием, — пират усмехнулся.
— Ты правда этого хочешь?
— Да, это приказ! — Джетт не собирался делить девушку ни с кем, но, пока она жила не с ним, Диту следовало использовать. А временная связь со смертным мужчиной обуздает ненасытную девчонку.
— Хорошо, я сделаю всё, что ты попросишь! — она напилась его крови, выпив много, очень много. Дита была уверена, что, потеряв его кровь, она умрёт тут же, мгновенно, и старательно хранила частицу его в своём теле.