Чтение онлайн

На входе их встретила Марианна.

— Вы долго, — сказала она, после того как несколько раз поклонилась.

— Не я решаю, — спокойно ответил гуль, протягивая слуге Тремера Диту.

— Снова спит? — сердито проговорила Марианна и, дёрнув девушку, грубо поставила её на пол. Дита не проснулась даже от этого, и, пошатываясь, пыталась повиснуть на ней, чтобы спать дальше.

— Проснись, девчонка, — зашипела на неё Марианна. — Садись за стол и дожидайся клиентов, — подтолкнув девушку в зал, она проследила, чтобы та добралась до своего стола.

— Может, желаете посетить наш бордель? — предложила Марианна, заметив, что Бэн провожает Диту взглядом.

— На дворе ночь, а в это время суток мне есть, чем себя занять. Кроме того, в вашем борделе нет девушки, которая меня действительно привлекает, — усмехнулся он, всё ещё смотря на Диту.

— Чем вам всем так понравилась эта девчонка? — в сердцах воскликнула Марианна. — Она глупа, наивна и проста, как необразованная крестьянка…

— Может, именно эта простота и выделяет её среди стада лгунов и притворщиков, — грубо перебил её Бэн.

— Кроме того, она совсем ребёнок, недоразвитое тело, маленькая грудь. Может, на личико она и мила, но мужчины предпочитают таких женщин, как я, — Марина выпятила свою большую грудь и с усмешкой посмотрела на Бэна.

— Такие женщины. как ты, вызывают у меня оскомину, приелось.

Резко развернувшись, Бэн покинул капеллу. Бросив последний взгляд на Диту, он заметил, что та снова уснула, положив голову на стол. Улыбнувшись, чувствуя подъём и ликование оттого, что принцесса не подчинялась никому, он забрался на свою лошадку и помчался делать работу, которую его госпожа в последнее время полностью игнорировала.

(Берлин, Prenzlauer Tor, военные казармы. 7 июля 1808 год) Среда.

Как Бэн и просил, Дита приехала в их капеллу попозже. Поспать ей всё равно не удалось, до рассвета её будила Марианна, а после оказалось, что Коган забрал её матрац и ей пришлось повоевать, чтобы вернуть свои вещи. На кровати ей спать всё равно не разрешили. «Слишком мало и плохо работаешь», – сказал Коган. И хотя в её распоряжении была своя комната, ей пришлось подчиниться, чтобы Коган не выломал доски, что заменяли ей постель. Дита расстелила одеяльце в углу и подремала полчаса на полу. В двенадцать она была уже у казарм гулей Палача и, тихонько постучав, пробралась в их коморку. Бэн всё же проснулся, и, виновато ему улыбнувшись, Дита извинилась.

— Старалась тебя не будить, можешь спать дальше, — она поставила корзинку с едой на пол и, положив руки на плечи Бэна, попыталась нежно его уложить, но юноша грубо убрал её руки и стал одеваться.

— Извини, Бэн, — Дита сложила брови домиком, всячески выказывая сожаление.

— Успокойся, милая, — Ангелина подтянула её к себе за талию и усадила рядом за стол. — Если б он хотел спать, он бы спал.

— Мне кажется, я ему мешаю, — тихо шепнула девушка на ухо подруге.

— Ерунда, — махнула рукой Ангелина.

— Всё равно невежливо получается, это же ваш дом, — ещё тише сказала девушка, но Бэн её, конечно же, услышал и, фыркнув, забрал свои вещи, а затем выскочил за дверь.

Он бы мог поспать, у него не было планов, и день снова был свободен, но спать радом с принцессой он не мог: слишком сильно её хотел и, слыша голос Диты, возбуждался так, что не мог думать ни о чём более, как о ней. На соседней улице жила молоденькая вдова, которая за пару монет с радостью удовлетворит его и позволит отоспаться в своей постели. Бэн приготовил её для Вильгельма, и женщина всегда была рада видеть юношу, явна обделённая мужской лаской. Но, с появлением Диты, Бэн почти забыл обо всех своих любовницах и подружках, что собирал, как стадо для Вентру. Кровь Диты подходила всем, и Вентру больше не нуждались в услугах гуля Палача. Но, кажется, все эти девицы вполне могут пригодиться ему самому: пока Дита продолжала вилять хвостом рядом с ним, он сам чувствовал себя обделённый женским вниманием.

Когда двери за гулем закрылись, Дита печально вздохнула и достала для Ангелины принесённый обед и свежие газеты.

— Мне кажется, ты к Бэну не равнодушна, — делая вид, что листает газету, заметила женщина.

Дита хотела махнуть рукой и сказать подруге правду, что мрачный и жестокий Бэн её скорее пугает, чем привлекает, но Джетт хотел, чтобы она соблазнила юношу. И попробовать действовать через Ангелину – это хороший шанс. Она не хотела использовать подобным образом лучшую подругу, но ради хозяина можно и не такое сделать.

— Да, — сказала она, как бы по секрету.

— Осторожнее с ним, — со вздохом сказала женщина. — Может он и выглядит добрым и надёжным парнем, но он старый гуль Палача, и его доброты хватает ровно до того момента, как проголодается наша госпожа.

— Катерина очень любит мою кровь, — призналась Дита. А Ангелина заметно покраснела.

— Я слышала. И завидую тебе. Прости, не хочу об этом говорить, — она резко стала листать газету, стараясь унять своё расстройство.

— Ты подскажешь мне, как лучше найти подход к Бэну? — не сдавалась принцесса.

— Думаю, ты и так ему симпатична. Но я бы не хотела, чтобы он… убил тебя.

— Откуда такие мысли?

— А тебя не смущает, что Бэн такой красавчик, а подружки с ним никогда рядом нет?

— У большенства из гулей нет пары. Это мне кажется нормальным.

— Я не про пару. Когда ты любишь лишь своего господина, все другие люди превращаются в грязную массу, которая по сути тебя ничем не привлекает. Если что-то и случится, какое-то подобие отношений, то всё равно будешь сравнивать свою пассию с господином. А когда поймёшь, что нет ничего схожего, то сбежишь с отвращением. Или убьёшь, чтоб под ногами не мешалась.

— Наверно, я не понимаю, — Дита любила лишь Джетта, и не могла представить отношения с другим. Соблазнить Бэна, заставить его сблизиться с собой, заставить его доверять себе. Это как работа. План, который нужно выполнить, а что там дальше с ним будет, она не продумала.

— Бэн любит женщин, не буду скрывать, он знает, что с ними делать. Но они ему не нужны. Ни одна, кроме Катерины. Ты очень молодая, тебе может казаться, что за гранью между чувствами к господину есть возможность для других чувств. Но их нет. Бэн обожает влюблять в себя молодых и красивых. Таких, как ты. Он использует их для удовлетворения своих низменных потребностей, а потом уничтожает, как расходный материал. Я бы не хотела, чтобы он избавился от тебя.

— Ммм, — протянула Дита. Она задумчиво оперлась на ладонь и, казалось, не слушала. Углубившись в мечты о Джетте, она забыла о существовании Ангелины и Бэна.

— Ты словно малое дитя, — вздохнула женщина. — Но если Бэн тебя обидит, ты скажи, я ему устрою взбучку, — пошутила она, стараясь отвлечь Диту от мечтаний.

Девушки снова вернулись к занятиям, о Бэне более не вспоминая. Хотя Ангелина действительно тревожилась за подругу, она не знала, как её уберечь и чем убедить.

Часам к пяти, они обе утомись, и Ангелина, погасив лампы, легла на солдатскую лежанку. Дита сказала, что ещё почитает, и, когда подруга заснула, тихонько пробежалась глазами по всем бумагам, что нашла у слуг Палача. Потом забралась на стул с ногами, уложила голову на стол и почти сразу уснула.