Чтение онлайн

— Если дашь мне монетку, сбегаю в город и куплю нам бутербродов! — предложила она, наигравшись.

Бэн приподнял голову, медленно просчитывая, сколько займет время до города и какой путь придется ей проделать. Девушка пропала бы более чем на час, а он не хотел, чтобы она пропадала.

— Нет! — сказал он, вновь возвращаясь к обуви.

Дита, вздохнув, поднялась и снова стала плутать между деревьями, исчезая и появляясь. Бэн вслушивался в ее песенки, радуясь ее присутствию. Через полчаса она снова села рядом. Обувь для Ангелины была почти закончена. Благодаря огромной силе гуля, он легко работал с кожей, ему даже не требовалось особых инструментов, чтобы пришить подошву и натянуть на вырезанную форму основу. Девушка села прямо перед ним и протянула полные ладошки малины.

— Здорово, — сказал юноша и потянулся к ягодам, но Дита отскочила и, заливаясь смехом, засыпала себе обе горсти в рот.

— Ах ты, жадина! — Бэн бросил работу, и, легко добравшись до девчонки, поднял ее на вытянутых руках над головой.

— Сейчас закину на дерево, будешь знать! — он легко ее несколько раз подбросил.

— Нет, нет, не надо, я соберу тебе еще, — испугано заговорила принцесса, хватаясь за его рубашку.

— Я шучу, — Бэн опустил ее. Дита была очень напугана и побледнела. — Чего испугалась, я просто пошутил.

— Ты в следующий раз предупреждай, — натянуто улыбнувшись, сказала она.

— Расслабляюсь с тобой, забываю, что ты хрупкая и беспомощная, — Бэн снова сел и принялся за ботинки.

— Потому что ты относишься ко мне как к подруге. Друзья доверяют друг другу и становятся более открытыми и естественными, — она села совсем рядом и положила ему ладошки на плечо, — ты для меня тоже очень, очень хороший друг!

— Да, да, — Бэн повертел в руках готовую работу.

Девушка продолжала играть в друзей, и, хотя Бэну нравились ее слова, он не понимал этих чувств.

Достав из-за пазухи небольшую записную книжку, он стал записывать свои отношения к девчонке. Она продолжала твердить о дружбе, даже спустя полгода. И гуль чувствовал, что сам относится к ней все добрее и доверительнее. И, хотя Бэн считал, что влечение к девчонке было основано на страсти к ее телу, с каждым днем он привязывался к девушке все сильнее, и просто проводить с ней время ему было не менее приятным, чем спать с ней.

Бэн убрал свою книжку и повернулся к девушке, которая, уложив голову к нему на колени, молчала, позволяя ему писать. Поймав его взгляд, она сразу заулыбалась и стала развязывать ему штаны.

— Не сейчас, я не закончил еще одну пару обуви, — сказал юноша, но руки ее убирать не стал.

— Ты можешь работать, а я просто тебя поглажу, — игриво продолжила она.

Бэн вздрогнул, почувствовав ее горячие руки на своей коже. Резко отодвинув ее, он глубоко вздохнул, пытаясь отогнать желание.

— Хочешь, чтобы я себе руку шилом проткнул? — сердито сказал он ей.

Девушка рассмеялась, и Бэн схватил вырезанный кусок заготовки, спеша закончить с делами, чтобы, наконец, отдаться своей страсти. Все недостатки девчонки меркли, когда дело касались постели. Тем более, Бэн прекрасно понимал, что ее неряшливость была связана с ее работой и общей одеждой с еще десятком девиц. Она не учила дисциплины, потому что по ее словам вампирские возможности к ней не липли из-за ее волшебной крови. А вера в дружбу...

— Ты правда считаешь меня своим другом?

— Конечно, мы проводим вместе время, ты меня поддерживаешь и мне с тобой хорошо. Что еще надо?

— И много у тебя еще таких друзей?

— Ангелина, с ней я могу говорить, о чем угодно, с ней ничего не страшно и день кажется светлей.

— Мм, — Бэн почувствовал какую-то зависть и ревность, — а еще?

— На корабле у Джетта у меня был чудесный друг, он спасал меня от одиночества днем, веселил, научил песенкам и простонародным танцам, он дарил мне книги и прекрасные платья. — Дита вздохнула.

— И где он теперь?

— Мартин умер. — Дита сказала это легко и с улыбкой. — Он теперь вампир.

— Хорошо, мне бы не понравился другой мужчина рядом с тобой, — серьезно сказал Бэн.

Дита лишь рассмеялась.

— С Мартином было не как с тобой. Я с ним не спала.

— Разве это не часть дружеских отношений? В чем тогда их смысл? — еще серьезнее спросил Бэн.

— Ты мой друг и любовник. Когда совмещаешь, становиться еще приятнее, — улыбнулась Дита, обнимая его со спины.

— Сомневаюсь, что твой бывший друг отказался бы от этой чудесной привилегии.

Дита громко рассмеялась, чувствуя его ревность.

— Мартин не любил женщин, он любил мужчин, — наклонившись к его уху, она шепнула страстно с придыханием, — это делало нас еще более схожими.

Бэн обхватил ее, прижимая к себе.

— Кажется, я останусь без обуви, — пробормотал он, целуя ее. Девушка рассмеялась, и юноша повалил ее на траву.

(Шпандау, Spandau Citadel. 7 октября 1808 год. День). Пятница. (Амалия)

Туннель был затоплен по колено, и Дита промерзла до костей прежде, чем добралась до подземного жилья Джетта. Вампир спал в обычном месте, и двое его охранников, гули, которые почти никогда не покидали скрытого подземелья, сторожили его сон. Девушку пропустили беспрепятственно, и Дита, подбежав к господину, обняла его, шепча слова любви и целуя его ледяную кожу. Бруджа открыл глаза, с трудом пробуждаясь днем, но, увидев девушку, улыбнулся и прижался губами к ее шее. Дита застонала, поглаживая его седеющие, пропитанные солью волосы.

— Я люблю тебя, Джетт, мне так тяжело без тебя. Я вижу тебя лишь раз в месяц. Это так болезненно, — шептала она. — Когда уже ты заберешь меня, когда же мы снова будем вместе целую ночь? О Джетт, любовь моя, хочу быть с тобой!

Мужчина глотал ее кровь и внутренне улыбался ее словам любви. Обожающая его принцесса всегда радовала своими чувствами. Дита была его, даже пусть и далеко, но он отчитывал дни, когда Карл позволит девчонке оставаться в Шпандау. Джетт так же скучал по тем дням, когда вокруг было лишь море, когда ветер скидывал его с постели, когда Дита и ее кровь была под рукой в любую секунду, и можно было наслаждаться ею сутками, не выпуская из своих объятий.

Теперь же ему приходилось пить быстро и выгонять ее, чтобы отсутствие девушки никто не заметил.

— Карл сказал, что через пару лет ты сможешь жить со мной. Время на суше летит быстро. Ты сама не заметишь, как пройдут эти года.

— Для меня каждая секунда заметна, — вздохнула Дита. Немного помявшись и опустив голову, она все же решилась пожаловаться. — В капелле мне приходится работать за еду, другие гули меня обижают, надо мной издеваются. А воровать у Бэна – как с огнем играть. Если он меня заметит, то убьет! Я каждый день борюсь со своим страхом. Джетт, давай закончим с этим. Прошу, позволь мне оставить Бэна!