Чтение онлайн

— Вижу недоверие в твоих глазах, — сказал он, поедая свой бутерброд.

— Ты говорил что охранник, а выглядишь как вельможа, — сообщила Ангелина о своих догадках.

— Я промываю мозги смертным. Несколько часов ковыряний в чьем-то сознании каждый день. Приходиться производить впечатление, чтобы люди подпускали меня на верную дистанцию.

— Значит, ты все же общаешься со смертными и выходишь из Элизиума.

— Если не считать Элизиумом весь дворец, то возможно ты и права. И гипноз я бы не назвал общением. Я не соврал тебе, если ты это хочешь сказать. — Вермонт поежился, словно чувствуя неловкость. — Хотя ладно. Виноват. Мое существование не настолько убого, как я описал его вчера. Кроме того раз в месяц мне приходиться посещать собрания у Анжело. Но это за общение я тоже не считаю. И женщин у меня не было, как я и говорил, пятнадцать лет.

Ангелина рассмеялась.

— Да уж. Вчера ты представил себя таким затворником, что пробудившись, я боялась увидеть рядом с собой обезьяну.

— Спасибо за комплемент. Как видишь, мои социальные навыки не далеки от животных инстинктов.

— Не принижай себя.

— Думаю, ты бы так же отзывалась о своей жизни, если в течение длительного времени не могла покинуть территорию замка и всех людей, что приходилось тебе встречать, ты бы заставляла слушать свои команды и забывать о твоем существовании. Я знаю, что должен гордиться положением слуги Густава, но общество его стада и громыхающих цепями призраков не приводят меня в восторг.

— Почему ты не воспользовался женщинами, что обитают в этом доме?

— Спать с кем-то и знать, что на завтра она и не вспомнит меня? Меня не радовала такая перспектива.

— Думаешь, со мной будет иначе?

Ангелина усмехнулась, а Вермонт вернулся к своему бутерброду. Он немного отодвинулся и молчал, очевидно, не довольный ее репликой. Но женщину это не слишком беспокоило. Впрочем, она чувства себя обязанной ему за помощь и некоторую поддержку, но Вермонт в плане общения вел себя как Глен, а от контактов с глупцами она устала.

Нарушая тоскливую тишину, с ней связалась Катерина и сообщила, что они подъезжают к городу. Это взбодрило женщину, подняло настроение. Неприятные пять дней в обществе пятнадцати мужчин подходили к концу, и Ангелина мечтала выбраться из душной, пропахшей мочой и потом комнаты на свежий воздух и увидеть любимую госпожу.

— Я не видела тебя на собраниях ни разу, — признала Ангелина, снова заводя с Вермонтом беседу.

— Часто прогуливаю сие сборище, — поморщился гуль. — Анжело конечно не доволен. Но у меня всегда есть, что сказать в свое оправдание. Тем более господин действительно не хотел бы отпускать меня за пределы дворца. Моя работа тут крайне важна и я обязан поддерживать безопасность Маскарада и его убежища.

— Да и я сама там редкий гость. Бэну не нравится система подчинения гулей и он не в восторге, когда я следую законам Анжело.

— А что ты думаешь сама? — Вермонт заглянул ей в глаза и женщина смущенно отвернулась.

— Я поддерживаю своего напарника.

— Верный ответ, — сказал он небрежно и отвернулся.

— А что я еще могу думать? — Она обиделась на его реакцию, — Анжело относиться ко мне как к отбросу. Других гулей-женщин, кроме Милы, что является привилегированной любовницей Каспара, и Ольфы, что старше и опытней большинства в этом городе и нет. Я молодая гуль Палача, бывшая чернокожая рабыня и на меня даже двухдневные гули Малкавиан смотрят с призрением. Лишний раз появляться в их обществе и слушать насмешки за спиной, а потом укоры Бэна за то, что посещаю проповеди Анжело, не приносят особого удовольствия. Ты-то сам, почему избегаешь этих сборищ?

— Не люблю людей, — буркнул Вермонт.

Ангелина со вздохом умолкла, против такой причины и возразить-то было нечем.

— Послушай, — обратился гуль к женщине, заметив, что она расстроена. — Может, будем ходить на эти встречи вместе? Ты поможешь мне с моими проблемами в общении, а я прикрою тебя от других гулей, чтобы не смеялись над тобой?

Ангелина удивленно уставилась на него.

— Ты это серьезно?

— Да, тебя это удивляет? — Вермонт задумчиво почесал затылок, — не подумай, что я тебе это предлагаю, потому что ты со мной переспала, или что я тебя жалею, вовсе нет.

Женщина громко рассмеялась, и гуль Густава, удивленно на нее посмотрел, словно не слышал смеха много лет. Ангелина все не унималась, и он поднялся, намереваясь уйти. Но Ангелина вновь остановила его, прекращая потешаться над мужчиной.

— Извини. Я-то думала, что это я тобой воспользовалась, и мне придется делать тебе какие-то глупые одолжения, чтобы расплатиться за вчерашнюю ночь.

— Это не глупое одолжение, — гуль казался отстраненным, немного задумчивым.

— По мне так это звучало, как нелепый повод встретиться со мной еще разок.

Вермонт пожал плечами. Его скукоженный вид плохо сочетался с дорогим нарядом гуля. У него действительно были проблемы с поддержанием разговора. И хотя Ангелина признала, что он был умен и остроумен, во многих его репликах чувствовалась наивность и простодушие, которое никак не вязалась с его статусом слуги Густава, охранником Берлинского дворца и защитником Маскарада. Вермонт потерял связь с реальностью, разучился понимать ложь и сарказм, легко шел на поводу и лишь заявление, что он не любит людей показывало истинной положение вещей. Гуль был одинок, и смирился со своим вечным одиночеством.

— Я с радостью приму твое предложение, если ты не будешь вести себя как джентльмен-защитник, не будешь целовать мне руку и поучительно размышлять о моем непристойном мужском наряде. Не станешь публично выгораживать и вспоминать о моем женском начале.

— И в чем тогда будет состоять моя задача? — Недоверчиво посмотрел он на нее, словно ожидая сложных правил.

— Ни в чем! — Ангелина хохотнула. — Составь мне компанию, поучи гипнозу, а я могу рассказать тебе, как лучше общаться со смертными и как найти себе девицу, которая будет рада видеть тебя раз в месяц в своей постели.

— Я надеялся, что ты пригласишь меня в свою. — Признался Вермонт и опять задумчиво уставился в потолок, когда Ангелина снова рассмеялась. — Я был настолько плох?

— На данный момент я свободна, и ты можешь претендовать на место в моей постели.

— Что это значит? — Он действительно не понял.

— Значит, что я согласна и что ты можешь не переживать из-за своих навыков, если я чем-то буду не довольна я объясню тебе как лучше действовать.

— Спасибо, ты меня взбодрила! — Он говорил это с полным равнодушием. — В этот вторник следующая встреча. Я могу зайти к тебе после нее?

— Можешь! — Ангелина улыбнулась и, притянув его к себе за шею, поцеловала. От неожиданности Вермонт удивленно на нее уставился, но быстро сориентировавшись, ответил на ее поцелуй. — Только никаких статусов. Я тебе не любовница и не подружка! — Строго сказала женщина, отпуская его губы. — И не вздумай искать со мной встречи, если я не приду на собрание, или если не позову сама.

— Понял.

Двери отворились, и гули дружно вскочили на ноги. В зал вошел Фридрих и раздраженно поморщился от запаха.