Чтение онлайн

– Чёрт, ты прав, нет, я не знаю, - она повернулась к деревянным курятникам и закричала: - ЧЁРТ!

– Ш-ш-ш! Ты пытаешься заставить их вернуться за нами?

Она снова вздохнула.

– Ну, что нам тогда делать?

– Я... я ещё не знаю, ладно?

Она оценила мой ответ.

– О, очень полезный совет, братишка.

– Послушай, чего, чёрт возьми, ты ожидаешь, а? Мне приходилось всё это чёртово время думать над этим.

– О да, и похоже, чуда не случилось, да, коренастый?

– Пошла ты нахуй, ладно? Я даже не хотел этого делать, верно?

– Чёрт возьми, что ты имеешь в виду: "Я даже не хотел этого делать"? В последний раз, как я это помню, это ТЫ хотел сыграть Супермена, чтобы спасти какую-то маленькую девчонку, которую ты даже и не видел раньше.

– И в последний раз, как я это помню, я сказал ТЕБЕ, что не собираюсь этого делать, но ты сама...

Прошло короткое мгновение молчания, напряжение сдавило наши горла петлёй. Наконец я вздохнул и сказал:

– Послушай, это не поможет никому из нас. Нам нужно сосредоточиться на том, чтобы вытащить нас троих отсюда и...

– Ого, подожди, проверь свой счёт, Рой. Что ты имеешь в виду под "тремя"?

– Ты, я и Амелия.

Её брови изогнулись на меня.

– Амелия?
– спросила она.
– Кто это?

– Девушка с плаката, помнишь?

– Да, а что с ней?

Ей потребовалось время, как и мне потребовалось время в доме моего отца, чтобы уловить смысл.

– Подожди, ты говоришь мне, что действительно нашёл её?

Я кивнул.

– Чёрт, Рой, почему ты мне не сказал?

– Потому что ты не дала мне возможности сказать много, и потому что я, честно говоря, думал, что ты уже знала, учитывая, как она сказала, что вышла отсюда.

– Подожди, она вышла отсюда?

– Ага.

– Так же, как и остальные эти маленькие уроды?

– Ага.

– Рой... Я не думаю, что она...

– Даже не начинай этого, ладно? Она не одна из них, я обещаю тебе. Эти дети не могли чувствовать, что она может. У неё всё ещё есть здравый, хотя, возможно, израненный навечно, разум.

Стэйси это не убедило. Я вздохнул и сказал ей:

– Послушай, я тебе покажу, просто помоги мне выбраться отсюда, и ты увидишь, хорошо?

– А если она не в "здравом уме", что ты будешь делать? Знаешь, ты не совсем в боевой форме.

– Послушай, мы зашли так далеко, ясно? Мне было бы спокойнее, если бы я знал, что мы, по крайней мере, сделали то, ради чего пришли сюда.

Мы двое просто смотрели друг на друга, зайдя в тупик. Признаюсь, я не мог винить её за то, что она так думала. У неё была очевидная точка зрения на одну вещь; я был не в той форме, чтобы бороться (или даже пытаться) за выход из любой ситуации, которая могла возникнуть. Не говоря уже о том, что рассказала мне сама Амелия о том, как она вообще выбралась из этой тюрьмы.

Хотя у неё не было выбора. Ей пришлось уйти, верно? Однако это увело мои мысли в другом направлении. А как насчёт других детей, тех, которые ДЕЙСТВИТЕЛЬНО одичали, они потеряли себя добровольно? В большинстве случаев я бы без колебаний ответил "нет". Ради Христа, они были детьми, и притом пленными. Конечно, они бы не сделали этого ни с собой, ни друг с другом, если бы им... Пока им...

Если только им не пришлось.

Я был на грани признания своей точки зрения, когда она уступила и сказала, указывая на дверь:

– Хорошо, тогда пойдём. Ты сказал, что она была там?

Я кивнул, и она взяла меня за руки.

– Ну, давай же.

Она напряглась, пытаясь потянуть меня за собой. На секунду я не мог не задаться вопросом, как, чёрт возьми, эти дети смогли тащить мою задницу, а моя взрослая сестра делает всё, что может, чтобы только сдвинуть меня с места. Что бы там ни придумал Человек-Свинья, это очень мощное дерьмо.

Она смогла перетащить меня через пол к двери, прежде чем ей пришлось остановиться, чтобы отдышаться. Затем она открыла дверь и ахнула. Я выгнул шею и увидел, что вместо меня в этой комнате повесили другого бедного ублюдка. Кто бы это ни был, это был молодой человек, лет шестнадцати или семнадцати, возможно. Без головы, а руки и ноги были связаны за спиной мясным шпагатом.

– Что за...

– Стэйси!
– я позвал её, привлекая её внимание ко мне.
– Забудь об этом, давай.

Она перевела взгляд между мной и парнем, висящим впереди, прежде чем снова взять меня за руки. Она тащила меня примерно до середины коридора, прежде чем ей пришлось снова остановиться.

– Чёрт, Рой...
– простонала Стэйси.
– Я не знаю, смогу ли я продолжать так тянуть тебя за собой.

Я ничего не сказал на это. Справа я снова услышал тихий голос Амелии.

– Ты в порядке?

Я оглянулся и увидел, как она вылезает из своего укрытия, которое было раньше.

– Боже мой, я думала, они собираются...
– она пошла дальше, глядя на Стэйси.

– Я так понимаю, ты Амелия?
– спросила Стэйси.

Амелия кивнула.

– Откуда ты знаешь моё имя? Ты тоже видела плакат?

– Можешь быть уверена в этом, я сделала то же самое, что и этот коренастый здесь, и благодаря этому гению, теперь мы оба улавливаем разные вкусы этого ада.

Я немного усмехнулся. Предоставил Стэйси и её деревенскому акценту возможность немного развлечься в ужасной ситуации.

– Амелия, это моя двоюродная сестра Стэйси.

Она посмотрела на неё и застенчиво помахала рукой, прежде чем снова посмотреть на меня.

– Амелия, мы собираемся выбраться отсюда, все трое, но для этого нам нужна твоя помощь.

– Моя помощь?
– спросила она, прижимая руки к груди.

– Да, подумай на секунду. Ты когда-нибудь видела выход из этого места?

– Выход?

– Да, типа... типа аварийного люка, или двери подвала, или чего-то ещё. Что-нибудь, что могло бы вывести нас наружу?

Она на мгновение огляделась, сузив глаза в разных случайных местах комнаты.

– Я... я не могу вспомнить наверняка...
– она сморщила лицо и задумалась.

– Очень большая помощь, - заметила Стэйси, насмехаясь.

– Я... прости, я пытаюсь, просто... я не знаю, - она лихорадочно провела руками по волосам.

– Тсс, всё в порядке. Тогда давай двигаться дальше. Мы разберёмся с этим вместе.

– Разберёмся как?
– спросила Стэйси.
– О, ты имеешь в виду, что нужно перемещаться по этой адской дыре вслепую, и без того, чтобы тебя зарезали?
– она бросила взгляд на Амелию, которая из-за этого съёжилась.