Чтение онлайн

Такой прямоты она не ожидала.

— Нет.

Слово получилось неловким и неестественным.

— Я спрашиваю не из праздного интереса, миссис Марлоу, а для того, чтобы знать все обстоятельства, чтобы быть готовым к отражению сильных доводов. Мне не нужны сюрпризы в виде неудобных фактов.

— Что ж, милорд, возможно, я удивлю вас, если скажу, что вы первый человек в этом темном, бесчестном деле, который интересуется фактами. Я тоже пытаюсь найти факты. Во-первых, как вообще могли обвинить меня в замысле убийства?

У лорда де Хэвиленда вдруг раздулись ноздри, как будто потянуло весьма неприятным запахом. Видно, от нее. За проявленный джентльменский стоицизм она поневоле записала несколько очков в его пользу.

— Непонимание, похоже, исходит от магистрата.

— Сэра Ролстона?

— От него. Он утверждает, что получил против вас неоспоримую улику от некоего лица, джентльмена. Что это за лицо, мы не вправе знать, как не вправе знать, что это за улика. Тем не менее, когда стали известны ваши хорошо известные взгляды на супружество, вы… Вы стали подозреваемой.

— От джентльмена? То есть от кого-то со связями?

— Да.

— Похоже, я снискала себе очень могущественного врага.

— Несомненно, мэм. Но я уверен, что за всем этим могут скрываться малозначительные разногласия из-за какой-то собственности. В реальности подобные действия, обусловленные местью, обычно имеют под собой весьма шаткую основу. Люди жадны до чужих денег.

Она об этом как-то недодумала. Возможно, в основе всей этой несуразицы лежали ее виды на Гласс-Коттедж и фермерское имение в Красном ущелье. В своей попытке заняться преобразованиями она кому-то перешла дорогу. Но ее планы, связанные с Красным ущельем, столь же явно мешали вольным торговцам. Возможно, даже Адмиралтейству, дотянувшему до имения длинные руки. Еще был и сам Джейми. При таком количестве заинтересованных лиц трудно было сделать выбор.

— Относительно моего первого вопроса, мадам?

— Милорд, вам определенно должно быть известно, что я не убивала и ни с кем не замышляла убийство моего мужа по той простой причине, что он все еще жив.

Лорд де Хэвиленд скосил глаза на мистера Бенчли. Тот печально покачал головой.

— Миссис Марлоу последнее время сама не своя, сэр. Сказывается ее заточение, как вы понимаете. Тело капитана Марлоу было доставлено домой и погребено его родным отцом, преподобным доктором Марлоу, на церковном погосте в мае, двадцать четвертого числа.

— Она тронулась умом?

Королевский адвокат бросил проницательный взгляд на Лиззи, как будто обследовал научный объект, но что-то в его сухом тоне заставило ее насторожиться.

— Я не сумасшедшая, — произнесла она членораздельно. — Но вне себя от бешенства.

— Миссис Марлоу, прошу… — начал уговаривать ее солиситор.

— Нет, я не сумасшедшая. Я знаю, что мой муж не умер, — резко сказала она, — потому что он приходил сюда, в эту самую комнату, в этой тюрьме, не далее как три дня назад. Это не плод моего воображения. Он приходил сюда, переодевшись священником, и о его приходе должна иметься запись в журнале регистрации. Обязательно должна иметься. Если же он подкупил охрану, чтобы его имя не упоминалось, значит, это можно с таким же успехом узнать, заплатив им еще. Еще можно узнать, что никакой приход и никакая церковь не присылали священника в тюрьму, чтобы оказать мне утешение и поддержку, потому что на деле приходил не священник, а мой муж, который жив-здоров и, очевидно, замышляет что-то не очень хорошее. Я хочу получить от него кое-какие ответы, или пусть его арестуют. И Адмиралтейство. Ведь это оттуда мне сообщили о его смерти.

— Какая поразительная история, миссис Марлоу, — заговорил де Хэвиленд, выждав, когда умолкнет эхо взвинченного голоса Лиззи.

— Правда часто поражает воображение, милорд.

Прежде чем ответить, де Хэвиленд смерил ее долгим взглядом.

— Пригласите охранника, — попросил он солиситора. — А вы постойте там, у окна, и помолчите. Займите себя видом на улицу. Там, по-моему, цветет кизиловое дерево.

Вошел охранник. Услышав вопрос, прикинулся несведущим и, в свою очередь, позвал подобострастного надзирателя.

— Да, господа. Он приходил в прошлый вторник. Сказал, что пришел ее исповедать, поскольку она папистка и все такое прочее.

— Какая ложь. Никакая я не папистка.

— Миссис Марлоу, прошу вас воздержаться от вмешательства. А как звали этого священника?

Лорд Де Хэвиленд снова обратился к надзирателю.

— А кто ж его знает?

— Вы разве не записали? — спросил де Хэвиленд.

Наконец принесли журнал записи посещений, и присутствующие углубились в его изучение. Пока они этим занимались, Лиззи кипела от нетерпения и ярости. А они все смотрели и смотрели.

В конце концов пришли к выводу, что никакой записи нет. Нет имени. Нет записи.

Как ни странно, но лорд де Хэвиленд, похоже, совсем не удивился. Как любопытно. Как чертовски любопытно.

Лорд де Хэвиленд отпустил людей и повернулся к Лиззи.

— Подведем итог, миссис Марлоу. Поскольку нет свидетельств обратного, предположим, что ваше заявление — правда. Что капитан Марлоу жив. Как, по-вашему, должен я доказать существование человека, который, судя по всему, не желает оставлять следов и который, позволю себе сделать второе умозаключение, не желает раскрывать свою личность, чтобы вас освободить?

Лиззи проглотила горький комок унижения.

— Ваше умозаключение верно, милорд. По этой причине я бы начала с опознания тела.

— У вас необычайно острый ум, миссис Марлоу, — заметил он, отдавая ей должное. — Мистер Бенчли сказал, что тело вашего усопшего мужа было захоронено на местном церковном погосте?

— Святого Спасителя, милорд.

— Благодарю, Бенчли. — Он поднял на Лиззи свой темный взгляд. — Вы тоже там присутствовали, как я понимаю.

— Да, но если бы мой муж действительно погиб на море, как мне написали в том письме, то тело его не прислали бы, А бросили бы за борт, как он того заслуживает.

— Миссис Марлоу! Подобные неосторожные слова могут лишь усугубить ваше положение, — ужаснулся солиситор.

Она отмахнулась от него рукой.

— Я считаю, что человек, погребенный в той могиле, не мой муж, и хочу, чтобы вы это доказали. Будь я адвокатом высшей категории суда, я начала бы с вопросов к Адмиралтейству.

Они вернулись на рассвете. Лиззи не спала. Она всегда просыпалась задолго до рассвета и, глядя в темноту, ждала, когда в маленькое зарешеченное окно высоко над головой просочатся первые проблески света.

Пришел лорд де Хэвиленд со своим слугой.

— Идемте с нами, миссис Марлоу.

— Куда?

— Для начала вон отсюда. Вы свободны.

Лиззи покачнулась на гладком каменном полу. Вот так легко и просто?

— Свободна? Меня отпустили?

— Да. Вот наденьте это. — Он взял из рук слуги темный шерстной плащ и протянул ей. — Сегодня с утра — промозглый туман.