Чтение онлайн

— Но зачем? Ведь это не вернуло жизни погибших, только добавило ненависти.

— Убийцы невинных не заслуживают жизни — так я считала. А потом… на самом деле в том храме я оказалась вовсе не случайно. Наоборот, я пришла туда сама, специально, чтобы помешать. Но и сама не заметила, как помогла им. Тогда мне доставляло удовольствие убивать. Голыми руками… — вспомнив, я вздрогнула от отвращения. — Не знаю, как мне могло такое нравиться. Но боль так прочно захватила меня, что я даже не осознавала её влияния и не задумывалась, плохо ли поступаю.

— А теперь?

— Убийство — не самое страшное. Душа становится свободной и покидает тело.

— Думаешь, человек может сохранить себя вне тела?

— Конечно.

И я прямое тому доказательство. Но не стану же об этом говорить.

— Почему ты в этом сомневаешься? — спросила я.

— Просто сколько я не старался приблизиться к свету, я не чувствовал Бога. И это заставило меня усомниться в его существовании.

— Да, дьявола мне тоже не довелось встретить, — я хихикнула, — думаю, это и неважно.

Мы немного помолчали. Вдруг мне пришла в голову заманчивая идея:

— Я хочу научиться целительству.

Принц улыбнулся и провёл по моим волосам:

— Ты так изменилась за последнее время.

— Увидев Кэйлин привязанной к столбу, я поняла, что, будучи демоном, не сумела бы её спасти.

— Хорошо. На самом деле, это не так уж сложно, но отнимает много сил. Представь человека так, будто он сосуд без дна. В него втекает энергия, проходит насквозь и медленно вытекает. Но если вдруг в стенках сосуда появляются дыры, то из них начинает струями хлестать вода, и она уже не успевает наполнять весь сосуд. И чем больше дыр, тем быстрее сосуд опустошается, вода уже не может даже частично наполнить его. Ты можешь или влить ещё энергии и подождать, пока он восстановится сам, или же сложить обратно, как мозаику, осколки.

— Но как же тогда лечить себя? — удивилась я.

— Перекрыть дно. Если немного потренироваться, это получится, но нельзя так делать, будучи здоровым.

— Ясно. Может, перейдём к практической части?

— У нас много раненых в лазарете. Думаю, им не помешает помощь даже неопытного целителя.

— Спасибо тебе.

— Не за что.

Нет, мой принц, есть за что. И за то, что вовремя выдернул меня из тьмы, и за то, что научил любить по-настоящему.

Но я только молча улыбалась.

Принц принялся учить меня с энтузиазмом, объясняемым только сжигавшим его чувством вины. Через три дня раненые в лазарете кончились, зато у меня появились прелестные фиолетовые круги вокруг глаз.

С Кэйлин мы по-прежнему не разговаривали, предпочитая обходить друг друга стороной. Она принялась руководить восстановлением форта, в связи с этим инцидентом даже отложила своё возвращение домой, хотя, оказавшись на больничной койке, уже приказала собирать её вещи.

Дарар вместе со своими людьми оказывали неоценимую помощь, снабжая форт провизией и заранее предупреждая обо всех попытках нападения. Вовсю шёл обмен опытом. Аборигены поняли, что могут многому научиться у Империи, в то время как наши люди осознали, что и у тхаомцев есть очень полезные для выживания навыки.

Шаман племени нашёл время, чтобы поговорить со мной на профессиональные темы. Из этого разговора я вынесла только то, что имперская магия построена на отличной теоретической базе (в сравнении) и имеет достаточно преимуществ, чтобы не тратить время на изучение шаманства, практически невозможного без использования наркотиков.

Всё остальное время я ходила почти без дела, поскольку Её Высочество к тому же запретила мне участвовать в управлении фортом. Обвинив меня чуть ли не во всех смертных грехах, она приказала отойти от дел и "разобраться в себе".

Мне пришлось признать её правоту. В голове бурлила каша из самых противоречивых эмоций, но одно уже стало понятно — я больше не хочу быть тёмной. Даже чуть-чуть, на самую капельку. Потому что это мерзко. Но иногда мне всё же хотелось сделать что-то недостойное, то, что Лоинарт счёл бы отвратительным.

Всё чаще и чаще я думала, как бы поступил он, и, следуя этим мыслям, я находила покой и умиротворение. Меня больше не тянуло в драку, хотелось просто сидеть на берегу в лучах солнца и смотреть на море.

И в то же время, с каждым днём приходило всё больше известий о стычках аборигенов друг с другом, и об их попытках нападать на наши форты.

Наконец-то художники составили карту материка, оперируя данными разведчиков.

Мы находились на достаточно узком выступе, а сам материк имел форму изогнутой капли. Но земли севернее были заселены другими племенами, и имели совершенно иной вид. Леса постепенно сходили на нет, сменяясь степями и горами. К югу располагались многочисленные архипелаги островов, но оттуда мало кто возвращался.

Перед Империей стояла задача колонизовать эти земли первой. К счастью, пока ещё не было проблемы конкуренции.

…Несколько столетий назад народ, живущий на полуострове Марнел, развязал войну с соседней, островной страной, и та не выдержала натиска. У объединённых стран появились преимущества перед остальными, и одну за другой, молодая Империя захватила около двух десятков достаточно развитых стран. Для неё это стало тяжёлым испытанием, три раза Империя терпела развалы, но правители быстро поняли, что так теряют множество преимуществ.

Некоторые страны вступили в союз с Марнельской Империей добровольно, и вскоре она сменила название ввиду интернациональности. Исторически столица осталась в Мэддорне, но министры оказались разбросаны по всему миру. Маги постарались и установили систему связи, позволяющую собирать совещания, таким образом, решив важную проблему дальних земель.

И теперь осталось совсем немного мест на карте, где не предпринимались попытки включить земли в состав Империи. Но всё шло к тому, что в скором времени Империя Солнца станет единственным на планете государством.

Я свернула карту.

Чем бы заняться? Хоть и в самом деле домой ехать. Вот только приближался сезон дождей, а выходить в море в период ливней и штормов рискованно даже со стихийником на борту.

Поэтому оставалось только бесцельно бродить по пляжу и размышлять о смысле жизни.

Картина оказалась неутешительной. Я уже натворила столько, что до конца жизни не отмыться. Сколько людей погибло из-за моих действий, направленных на деморализацию? Только приготовленных к официальному жертвоприношению оказалось несколько сотен.