Чтение онлайн

Песню подхватили другие жрецы, а Эттеа тихо ушёл со своей позиции. Прикрывая его спину, да и свою тоже, я последовала за ним к взлётной площадке.

Мы забрались на птах и помчались прочь от столицы. Полёт больше не радовал меня — перед глазами всё ещё стояли кровавые сцены.

Когда мы приземлились на балкон, я, слезая с птицы, пошатнулась и едва не упала вниз, но жрец поймал меня за косу.

— Спасибо, — перевалившись через перила, сказала я. Жрец расхохотался.

— Знаешь, ты столько раз спасла мою шкуру за сегодняшний вечер, что всего один раз с моей стороны и не считается.

— Ты бы и сам справился, — пытаясь скрыть недоумение, ответила я.

— Находясь в состоянии транса — не знаю. У тебя была отличная возможность позволить мне умереть, оставшись невиновной.

— Я не могу об этом даже думать, поэтому не вижу причин меня благодарить.

— Ты такая милая, малышка, — промурлыкал жрец. — А какое выражение лица у тебя было, когда мы уходили — я такого ещё не видел. Так приятно хоть у кого-то заметить подобное.

Я нахмурилась, теперь уже точно ничего не понимая. Жрец казался слегка пьяным. В том, что на площади зажгли что-то наркотическое, я не сомневалась. Но мне почему-то оно отдалось только лёгкой тошнотой.

— Теперь ты недоумеваешь, почему я об этом говорю. Ведь это же всё само собой разумеющееся. Не так ли? — пританцовывая, жрец вошёл в комнату.

— А где мне спать? — спросила я. Хотя сон вряд ли придёт ко мне сегодня, но узнать-то надо.

— Где хочешь. Видишь, сколько тут шкур. Я тоже так сплю. Не понимаю, зачем вы, белые, ставите кровати.

— Чтобы мыши не съели подушку, — ответила я. — Традиция.

— О как. Но здесь живут два варана, они едят змей и жуков, если те вдруг заползают. Надеюсь, ты не станешь визжать, увидев ночью варана?

— Разумеется, нет.

— Вот и хорошо. Тогда спокойной ночи, если сегодняшняя всё ещё может стать таковой.

Жрец упал в гору подушек и отключился. Я присела рядом на корточки и вгляделась в его лицо. Почему-то мне казалось, что единственным чувством к нему должна быть ненависть, но я не испытывала ничего похожего. Наоборот, я понимала, что движет им, и даже одобряла. Власть, казалось, не так уж и испортила его. А то, какие методы жрец применил ко мне вначале… а разве была у него другая возможность? Тем более что он считал меня тёмной. Я бы с демоном тоже не церемонилась.

Я проникалась к жрецу симпатией, и это пугало. Может, дело было в его красивом лице? В этих губах, скулах?

А как же Лоинарт? Он, наверное, с ума сходит из-за того, что я пропала. Или нет? Может, он даже рад? Вдруг он всё ещё винит меня в том, что он убил того мага.

Что за глупые мысли… конечно же, он беспокоится. Но даже если узнает о том, в какое положение я попала? Теперь я предательница, вставшая на сторону врага и даже защищающая его. Сможет ли понять меня Кэйлин или Её Величество?

Наверняка они скажут, что я должна была тянуть время, пока кровь принцессы окончательно не потеряет своих качеств. Наверняка в моих действиях можно найти не одну ошибку, но ведь то, что со мной сделали — пытали, травили, — не могло не повлиять на мою способность думать.

Размышляя о своей участи, я улеглась спать на одну из мягких шкур. В комнате было слишком жарко, чтобы пользоваться одеялом, и душно, словно перед грозой. Я впилась зубами в подушку и попыталась отрешиться от мыслей.

— Вставай, — прозвенело над ухом. Я с трудом разлепила веки и дёрнулась, увидев рядом с собой лицо жреца. Голову кольнуло болью — не стоило думать, каким заклинанием шарахнуть в первую очередь.

— Так ведь рано ещё, — я бросила взгляд за окно. — Ещё даже не рассвело.

— Ночь длится около одиннадцати часов, прилетели мы часа через три после заката. Тебе мало семи с половиной часов на сон?

— Вообще-то да… — обиженно сказала я.

— Ничего, через десять лет отоспишься, — жрец зловеще рассмеялся.

— У тебя похмелье что ли? — скривилась я.

— Почти. Неважно! Я хотел бы успеть посетить одну деревню до того, как начнётся дождь. Она к северу отсюда, лететь минут десять. Я слышал, там разгорелась эпидемия. Следуют пресечь.

— Ты собираешься всех там вылечить? — ужаснулась я. — Один?

— Нет, вообще-то я собирался убить всех, и деревню сжечь, — жрец погрустнел, но ненадолго. — Сама понимаешь, если зараза распространится, погибших будет очень много. Впрочем, твоя мысль мне нравится больше.

Представив себе предстоящее путешествие, я застонала. Жрец возвел руки к небу:

— Эй, я твой повелитель, ты забыла, что должна относиться ко мне с благоговейным трепетом? И тотчас выполнять мои приказы!

— Разумеется, мой господин, — я швырнула в "повелителя" подушкой, затем встала. — Мне же умыться надо и всё такое.

— А-а, понял. У тебя десять минут, я засеку!

— Что-то часов не вижу.

— Магия, — многозначительно протянул жрец и вышел на балкон. — И попроси у Каххи нормальную одежду! — донеслось оттуда. — А то моим подданным станет не до своих болячек.

Я хихикнула и принялась приводить себя в порядок.

Когда мы приземлились на центральную площадь деревни, где по вечерам собирался народ, никого на улице не было. Но стоило одному человеку нас заметить, как он с криком побежал разносить весть. Из своих жилищ выглядывали понурые тхаомки, пряча за юбки детей. В разгар эпидемии они не выпускали своих отпрысков за порог, хотя что-то подсказывало мне — всё равно не поможет.

Жрец величественно взмахнул рукой, привлекая внимание моментально собравшихся на площади жителей деревни.

— Отведите нас к больным, — приказал он. Тут же люди начали толкаться, пытаясь решить, к кому вести первым. — Я решу, могут ли они выжить. — Желающих резко поубавилось. Я усмехнулась — вот же люди. Наконец, выбрав самого упорного человека, верховный жрец последовал за ним к его жилищу.

Мы вошли внутрь. В небольшом помещении витал запах больного, заставляя меня брезгливо морщиться. На земле, завёрнутые в выделанные шкуры, лежали двое мужчин. Мы подошли к одному из них и опустились рядом на корточки. Я спросила у нашего проводника, каковы симптомы. Лихорадка, рвота, диарея — полный букет. Без помощи человек протянул бы ещё часа три от силы.