Чтение онлайн

Министр Блэйк задержался у выхода, одарив жалкую фигуру задержанного внимательным взглядом. В нем не было сочувствия, лишь толика любопытства. Немного подумав, он спросил:

– Ну надо же. Спесь сняло как рукой. Какие, черт возьми, отношения вас связывают с этой женщиной?

– Никакие. Я просто ее конюх – вот и все, – по крайней мере, мне хватило силы воли не зайти дальше дозволенного.

– Я рад это слышать. Осталось узнать, думает ли твоя госпожа так же, – покинул камеру мистер Блэйк, не позволив переубедить себя. – Я оставлю дверь открытой, чтобы ты смог слышать наш разговор. Как знать, быть может, и тебе будет что добавить во время обсуждения? – услышал я удаляющийся голос министра, но не до той степени, чтобы он заглохнул окончательно.

Звуки отодвигающихся кресел, звон кофейной чашки – все говорило о том, что кабинет, где будет происходить грядущий разговор, совсем недалеко – я вполне смогу услышать каждое слово, хочу я этого или нет.

Вскоре помощник министра юстиции доложил о посетителе, и зазвучал ее легкий приятный голос:

– Мистер Блэйк, я получила ваше послание. Увидев адрес, я подумала, что это какая-то ошибка – но вы и вправду ждете меня здесь! Как поживает миссис Блэйк?

– О, моя дорогая, она прекрасно себя чувствует. Спасибо, что спросили. Желаете чаю?

– Стакан воды. Благодарю.

Они просто обменивались любезностями, а мое сердце в груди выпрыгивало от отчаяния. Эстер вела себя так же, как и всегда – спокойно и любезно. Эта простодушная девушка и подумать не могла, что прямо сейчас в их разговоре участвует еще один незримый собеседник.

– Как вам вчерашняя премьера? – поинтересовался у посетительницы мистер Блэйк. Их беседа вовсе не была похожа на допрос – но я уже знал, почему министр спрашивает Эстер именно об этом.

– Неплохо. Хотя моему другу она пришлась по душе куда больше, – едва речь зашла обо мне, эта несчастная графиня с трудом сдерживала радостные нотки в своей речи.

Как же она, должно быть, сейчас счастлива, думалось мне. Наверняка все утро она валялась на своей постели, мечтая о том, как вечером мы отправимся верхом в компании друг друга. Хорошим женщинам часто везет влюбляться в мерзавцев – но она не узнает, что и я вправду не хотел делать ей больно.

– Мистеру Вудду понравилась постановка? – с притворным удивлением переспросил ее собеседник. – Но разве он не конюх у вас в поместье?

Прозвучала тишина – я мог представить, каким ошеломлением сейчас горят светлые очи моей хозяйки.

– Откуда вы знаете, что мистер Вудд – конюх в «Брэйнхорте»?

– Признаться, я многое знаю об этом человеке. Многое, но, кажется, не всё. Именно поэтому меня так удивило увидеть вас в компании этого мужчины.

– Мы… у нас довольно теплые отношения с Адрианом, то есть, с мистером Вуддом – он не раз помогал мне, поэтому я и предложила ему провести вечер в Опере, – немного скомкано пробормотала Эстер. – А по поводу того, что он нашел постановку интересной… Все из-за его неординарности. Я уже рассказывала вам о нем на скачках – это человек, про которого никогда и не подумаешь, что он бесправный виллан. Я считаю, что судить таких людей по их положению в корне неправильно.

– В чем-то вы правы, но немного неверно называть бывшего дворянина бесправным вилланом. Мистер Вудд в прошлом сын герцога – я наверняка вам рассказывал о том, что один из представителей знати, лишенный титула, верховодит группой бандитов, и…

– Постойте, постойте… О чем вы говорите? Адриан Вудд – конюх поместья Брэйнхорт. Я впервые слышу о том, что он, якобы, сын вельможи. Это какая-то ошибка, – смешок девушки прозвучал очень натянуто.

– То, что он не говорил вам об этом – не значит, что это неправда. Вот, – произнес министр Блэйк, судя по звукам – протянув в сторону собеседницы какие-то бумаги. – Это приказ Его Величества о лишении титула Картера Вудда и его сына, Адриана Вудда. Отныне и впредь замок и угодья бывшего герцога описаны, а старый герцог приговаривается к заключению в тюрьме.

Какое-то время Эстер листала документ. Я не сомневался, что она изучила его с особой тщательностью, но даже по истечении достаточно долгого времени она ничего не говорила.

Когда я подумал, что она, должно быть, уже покинула кабинет, вновь послышался ее тихий, взволнованный голос, что звучал так глухо по сравнению с той плохо скрываемой веселостью, продемонстрированной несколько минут назад:

– …Почему это случилось?

– Герцог Картер Вудд был безумен, – заявил мистер Блэйк, заставив мои желваки сжаться до боли в челюсти. – Устроил поджог в соседнем поместье, желая наказать своего знакомого за жестокое обращение с вилланами. Этот человек имел активную антиполитическую позицию – то же самое пытался привить своему единственному сыну.

– Я не… ничего не понимаю, мистер Блэйк, – откинула в сторону бумаги Эстер Брэйнхорт.

– Ну, вы же умная женщина, Ваше Сиятельство, – наверняка учтивая улыбка так и не покинула лицо министра юстиции с момента начала этого тяжелого разговора. Что ж, этот человек был высококлассным профессионалом – я почти не сомневался в том, что он заставит Эстер признать меня преступником, даже если изначально она не имела ни единой мысли об этом. – Неужели не догадываетесь? Мы с миссис Блэйк и раньше очень беспокоились о вас, но я не нахожу себе места со вчерашнего дня, думая о вашей безопасности. С момента, как Адриан Вудд оказался на улице – от него были одни лишь проблемы. И, можете не сомневаться, в вашей жизни он появился не просто так. Собираясь разгромить ваше поместье, быть может, даже убив вас, он хотел вершить месть за своего отца. Он собирался преподать урок всем дворянам нашего округа.

– …Вы лжете, – это был самый ожидаемый ответ с ее стороны. – Адриан не такой человек.

Конечно, сейчас в ней говорит женская гордость и слепая вера, но даже так – услышать, что ей не верится в том, что я вовсе не такой, каким меня считает мистер Блэйк, было подобно бальзаму на саднящую, незаживающую рану. И, конечно, теперь мне было очень стыдно перед Эстер.

– Дайте угадаю, – поменял свое положение в кресле министр юстиции, отчего деревянные ножки взволнованно скрипнули. – Вы так думаете, потому что мистер Вудд вам небезразличен, так? Полагаю, он был очень добрым и милым, всегда оказывался рядом в тяжелые моменты, говорил только приятные вещи?

Именно так и было. Но, разумеется, этот человек не скажет о том, что почти с первой нашей встречи моя благожелательность к Эстер уже не была подделкой. Никто, кроме меня, не узнает этого.

– Хотите сказать, что какой-нибудь мужчина не делал бы этого по отношению ко мне без скрытого мотива? – бросила девушка в расстроенных чувствах.

– Какой-нибудь мужчина – вероятно, принял бы за счастье услужить вам. Но не мистер Вудд, нет. Он ненавидит дворян, ненавидит короля, который уничтожил его отца, а потом бросил его самого на самое дно социального колодца. Он ненавидитвас.

Монотонный голос министра гипнотизировал, принуждал поверить, обязывал сдаться без раздумий. Я много раз слышал этот тон – ему тяжело было сопротивляться. Признаться честно, мне все казалось, что Эстер вот-вот заплачет. Такое сильное давление чужого человека, известие о том, что друг оказался врагом – даже самая стойкая женщина могла бы сломаться.

Но Эстер даже не шевелилась. Я знал, в ее голове проносится рой мыслей и вопросов, но она очень тщательно выбирала, какой из них задать своему знакомому дознавателю.