Чтение онлайн

– Что льстить? Твой неуемный сексуальный аппетит?
– достает кружки и наливает кофе из аппарата.
– Должна тебя расстроить, женщине совсем не нужно, чтобы ее имели всю ночь. Достаточно одного акта, одного полноценного, удачно закончившегося акта. У нас их было три. И у меня реально там болит. Если ты попробуешь подкатить снова, это будет, блять, последним сексом между нами.

– Мне нравится, как ты ругаешься. Я становлюсь еще тверже.
– я смеюсь, а она режет хлеб и колбасу. Ее щеки алеют. Я протягиваю руку, гладя ее задницу. Она фыркает и садится напротив. Ее взгляд изучает мое лицо пристально и настороженно. Лил словно огорченна или расстроена чем-то.

– Тебе не кажется, что я постарел?
– предположил я. Пять лет здорово изменили меня. Много работы, сплошной стресс....

– Нет, мне кажется несправедливым то, что ты так хорош внешне. Такое несовпадение.
– она впивается зубами в кусок хлеба. Я хмурю брови и злюсь. Какого хера она имеет в виду?

– В тебе совершенно не чувствуется русских корней.
– поясняет Лил.
– Как и американских. Когда мне сказали, что я должна ублажать американца, я представляла тощего, бледного, прозрачного ботана с бесцветными глазами. Обязательно тупого, с плохой потенцией. А получила озабоченного красавца мачо, похожего на Энрике Иглесиаса.

– Кажется, я это уже слышал. Ты расстроена?
– спросил я, не забывая орудовать вилкой. Забавно было наблюдать, как Лили набивает рот. Она явно не заботится о лишних килограммах.
– Кстати, у нас в роду были и итальянцы и мексиканцы.

– Мне было бы проще, не будь ты...
– она обвела меня взглядом.
– Таким похожим на суперзвезду. Я была совсем девчонкой, Майкл. Ты же не мог не понимать, что я тогда чувствовала.

– Ты никогда не говорила.
– я перестаю жевать. От ее откровений у меня начинает болеть в области сердца. Когда в гневе Лили говорила, что я был просто работой, я рассердился, а потом успокоился. Мне не хотелось думать, что я разбил ей сердце. Или все-таки разбил?

– Я была влюблена в тебя. Наверно....

Я затаил дыхание. Ну, вот. Теперь она это сказала. Что я должен ответить? Мне жаль? Извини?

– А потом Алан забрал меня. Он сказал, что ты устал от меня, что ты отдал меня.
– она берет кружку и пьет свой кофе. На ее лице нет никаких чувств.

– Ты спросишь, зачем я говорю все это?
– она пожимает плечами.
– Мне нужно, чтобы ты понимал, почему тогда я стреляла. Не только из-за сестры. Не только из-за того, что два года была секс рабыней твоего дяди. Я ему отомстила, но мне не стало легче. И когда выстрелила в тебя, тоже не стало....

– Что я могу сделать для тебя?
– тихо спрашиваю я.

– Когда мы трахались сегодня, мне стало легче.
– она снова взялась за бутерброд. Ее слова и поведение не совпадали. Я совсем запутался.
– И я подумала... А что если это все, чего я добивалась. Все, чего хотела? Просто тебя. Быть с тобой. Под тобой. Неужели я такая же извращенка?

Я не знал, что ответить. Она о чем, вообще? Быть со мной? Я не могу быть с Лили. Я женат. Я люблю свою жену, хотя кого я обманываю... Я не думаю о ней, когда смотрю на Лил. Я, вообще, перестаю думать. У меня никогда такого не было. Ни с кем. Даже с Лил не было. Той Лил, которой она была пять лет назад. Означает ли это хоть что-то?

– Ты не извращенка, малышка. Раньше была чуток, а сейчас - точно нет.
– я решил перевести все в шутку. Она приняла правила. Губы дрогнули в улыбке.
– Но я бы с удовольствием привязал тебя к кровати и выпорол твою сладкую задницу за то, что она снилась мне целую неделю.

– Тебя это заводит?

– Что именно?

– Связывание, жесткий секс. Ты хочешь, чтобы я была такой, как пять лет назад?

– Я не хочу причинять тебе боль.- я задумался лишь на мгновение. На самом деле. Мне нравилось многое из наших старых игр. Честно говоря - не нравился только шарф на шее. Ничего не имею против повязки на глаза и связанные запястья в качестве пикантного дополнения к сексу.

– И порка? Ты только что говорил, что выпорол бы меня.
– она смотрит настороженно и с любопытством. Странный коктейль. Я неуверенно киваю, а она хмурится.
– Извини, но должна разочаровать. Я больше этим не увлекаюсь.

– Я только рад, если это правда.
– немного лукавства не помешает. Я знаю, что Лил тоже не до конца откровенна. Она может и обрела способность ловить кайф от обычного ванильного секса, не хочу даже думать под кем, но никогда не поверю, что можно так просто вылечится от мазохизма, берущего истоки в раннем возрасте.

– Пойдем в постель.
– произношу я, когда последний глоток кофе, оказывается у меня в желудке. Я протягиваю руку, но она колеблется.

– Надеюсь, ты не собираешься...

– Собираюсь. Еще как собираюсь.
– ухмыляюсь я, чувствуя как улыбка растягивает мои губы.

Она закусывает нижнюю губу, с тревогой разглядывая меня. Я хохочу и просто беру ее на руки, и тащу визжащую и брыкающуюся в спальню. Бросаю на кровать и ложусь рядом, скидывая полотенце. В спальне темно, но я вижу божественные очертания ее тела. Она сказала, что хочет быть со мной. Хочу ли я того же? Лили ложится на живот, а я глажу ее спину, медленно и нежно, опускаясь все ниже.... Я искусен в ласках, и чувствую, как постепенно меняется дыхание, становится прерывистым, тяжелым. Я глажу ее между ног, чувствуя, как она увлажняется. Снова готова принять меня. Я макаю пальцы в эту влажность и пробираюсь к другому отверстию. Она замирает, когда я проникаю пальцами в ее тугую попку. Готовлю медленно и очень нежно. Пусть сегодня все будет без боли. Поворачиваю Лил на бок, прижимаясь членом к ее ягодицам, продолжая двигать пальцами внутри. Свободной рукой накрываю ее лоно, приласкав пульсирующий бугорок. Застонав Лил выгибается, навстречу моей руке, раздвигая ноги, и в этот момент я вхожу в нее сзади, вскрикивая от острого удовольствия, пронзившего меня насквозь. Мои хриплые стоны заполняют тишину ночного сумрака. Ох, как же это охренительно. Я стискиваю зубы, чтобы не кричать. Сильнее. О, детка. Так невозможно узко, что искры из глаз. Я двигаюсь быстро и мощно. Именно так, как ей нравилось. Кончаю бурно и долго. Сотрясаясь всем телом. Теперь точно все. До утра.... Я обнимаю ее руками, вынимаю член, и просто прижимаясь к ней, наслаждаясь теплом стройного женского тела, которое мне подарило так много удовольствия сегодня. Повернувшись, я тянусь к ее губам с благодарным поцелуем, и вдруг вижу, что ее лицо залито слезами, а губы искусаны в кровь. В глазах выражение боли. Я слишком хорошо его знаю, чтобы не узнать. Я причинил ей боль? Как? Это был ее любимый способ хмм ... для получения разрядки. Она иначе не могла.

– Что происходит?
– спрашиваю я, вглядываясь в лицо девушки. Такое ранимое и беззащитное в этот момент. Чувствую себя грязным животным. Понимаю, что облажался, но .... Бред какой-то.

– Ничего. Дело не в тебе. Просто воспоминания. Иногда со мной бывает.
– быстро говорит Лил. Я чувствую фальшь, но мне легче поверить, чем искать причины.
– Просто давай спать. Хорошо?

– Ладно, детка.
– кивнул я, расслабляясь. Сейчас мне не хотелось думать.
– Ты была супер. Супер-супер.

И меня мгновенно вырубает. Во сне вижу двух красивых маленьких девочек. Они играют на поляне среди цветов, держаться за руки, улыбаясь друг другу. Я всматриваюсь в них, но не вижу лиц. Только золотистые кудряшки, вьющиеся на ветру. А они бегают вокруг меня, смеются. Мне кажется, я знаю их. Но понимание все время ускользает. Они смеются и машут мне руками, убегая прочь. Я устремляюсь следом. Одна из девочек, останавливается. Она больше не смеется, и показывает в пальцем на другую девочку, которая удаляется от нас. А я оборачиваюсь назад и понимаю, что стою один на каком-то пустыре. Никаких девочек вокруг. Только холод и завывающий ветер. Мое сердце ноет и разрывается. Я в отчаянье. Захлебываюсь от боли. Прижимаю руку к груди и кричу в полный голос.

– Майкл!

Женский испуганный голос вырывает меня из кошмара. Я открываю глаза, встречаю настороженный изумрудный взгляд. Она совсем не выглядит заспанной, комнате светло, и я осознаю, что уже глубокое утро. Мне же казалось, что я спал всего мгновенье.

– Ты кричал, что случилось?
– спросила Лили.

Я тупо смотрю на нее, медленно приходя в себя. Снова этот хвост на затылке, шорты и майка, которая ничего не скрывает. Ее пальцы в муке, я замечаю это, потому что она проводит ими по своей щеке, убирая за ухо выбившийся локон. Черт, я .... Не знаю, что сказать, но ее вид вызывает во мне волну неподдельной нежности. Она начинается где-то в области живота, заполняет все внутренности, накрывает с головой. Я не готов к подобному.