Чтение онлайн

– Какое благородство!
– я закатил глаза, меряя нервными шагами гостиную.

– Да, благородство. Он сделал то, что ты не смог.
– это был удар ниже пояса.

– Ты меня не просила!
– я резко развернулся, глядя в разъяренные зеленые глаза.

– Я думала, что ты меня сдал Алану. Я дура, что ли, после этого к тебе обращаться?

– И сейчас так думаешь?
– я подошел вплотную, нависая над хрупкой фигурой девушки. Лили толкнула меня.

– Какая теперь разница, Майкл.

– И что? Его ты тоже ублажала? У тебя такой способ выживания?
– что-то внутри меня заставило спросить. Хотя мысль и Романе и Лили в одной постели вызвала отвращение и неконтролируемый гнев. С чего бы?

– Другого не знаю.
– оборвала она, сверкая глазами.
– Но нет. Тут ты не прав. Рома не трогал меня. Ни разу. Он - настоящий друг. И просто добрый человек. А упрекать меня ты...
– она ткнула пальцем меня в грудь.
– Не имеешь никакого права. Особенно после того, что делал со мной твой родственник. Это сейчас я могу кричать, разговаривать, чувствовать ярость или просто чувствовать! Ты не видел меня такой, какой видел Рома. Я была животным. Не человеком.

Я запустил пальцы в волосы, нервно взъерошив их, метался по комнате, ища выход в своей душе. Она спокойно наблюдала за мной, сложив руки на груди.

– Да уж друг.
– вырвалось у меня.
– Одной помог. Другого предал. Четверых заказал. Уму непостижимо. Ему-то я что сделал?

– Не знаю.
– искренне ответила Лили, пожав плечами.
– Я не спрашивала.

– Не могу поверить. Этот какой-то кошмар.
– я снова взлохматил волосы, прижался спиной к стене, опустив голову.
– Я могу отпустить тебя прямо сейчас.
– неожиданно вырвалось у меня. Я взглянул в ее глаза, в которых мелькнула растерянность.
– Дать денег. Много. Сестру это не вернет. Но ты больше не будешь никого "ублажать". Все сможешь себе позволить. Даже расквитаться с этим Аркадием. Через суд или привычным тебе методом. Обещаю, что и Рому я не буду преследовать. Свяжись с ним и скажи, что я тебя освобождаю, а его прощаю. Пусть уезжает куда-нибудь. Здесь его все равно будут искать. Не я. Полиция.

– Ты можешь замять дело, как со мной.
– Лили недоверчиво смотрела на меня.

– Не могу. Ты иностранка, нелегалка. Тебя проще отмазать. Он получил гражданство два года назад. И против него железные улики. Так что ты решила?

– Мне нужно подумать.
– нахмурилась девушка.
– Почему я должна тебе верить?

– А чем ты рискуешь?
– спросил я. И, правда? Бояться ей нечего.

– Не верю, что ты так просто отпустишь Рому. К тому же я, правда, не знаю, где он. И при всем желании не могу с ним связаться.

– А раз он такой хороший друг, то почему бросил тебя в опасности?

– Разве я в опасности? Ты сам сказал, что бояться мне нечего. Он может быть, где угодно. Но, уверена, что случись со мной беда, Рома был бы здесь.

– Откуда такая преданность?
– недоумевал я, все больше раздражаясь.

– Тебе не понять.

– Куда уж мне.

– И он снова попытается. Мы не закончили с тобой. Кто ж знал, что я промахнусь.
– Лили с досадой взглянула на меня.
– Сейчас бы уже в России были.

– Дура! Да кто бы тебя выпустил?
– не сдержавшись, завопил я, покрутив пальцем у виска.
– Сидела бы сейчас. А твой дружок передачки бы носил. Вот вам и вся мстя.

– Сам придурок. Никуда я не поеду. И тут хорошо.
– огрызнулась она.
– Подачек твоих мне не надо. Вот замнешь дело Смирнова, отзовешь ищеек, тогда мы в расчете.

– А если он палить в меня начнет?

– Вот с этого и стоило начинать. А то все всем прощу, дом, деньги отдам и жену впридачу. Хитрый ублюдок. Но и я не такая дура, чтобы повестись.

– Не уверен.
– пробормотал я под нос. Метнувшись к бару, налил себе полстакана и залпом выпил. Привел мысли в порядок, уверенно посмотрел в задумчивое лицо девушки.
– Ладно, детка. Было бы предложено. Оставайся. Ищем Романа дальше. А там решим. Здесь мне делать больше нечего. Парней своих убираю. Дом продолжаю оплачивать. Вот .
– я положил на столешницу пачку долларов.
– На пару дней хватит. В выходные расслабься, погуляй, в кино сходи. В понедельник привезу карточку на твое имя. И попробуем поговорить снова. Барбара будет приходить в тоже время. Подумай хорошо, Анастасия, над моим предложением.

– Лейла.
– хмуро поправила меня ... кто? Я запутался в ее именах.
– Ну, и вали. Не забудь выпустить пар на своей женушке. Ее ты, кстати, тоже душишь и связываешь?

Я был почти у двери, когда она бросила последнюю фразу. Остановился, борясь со внутренним чудовищем. Мне не хотелось ее обижать. После всего, что я узнал.... И просто ушел. Закрыв за собой дверь.

Охрану снял, как и обещал. Но камеры оставил. Так, на всякий случай. Вдруг друг Рома заявится.

Не трудно догадаться, в каком настроении я приехал домой. Точнее, привезли. По дороге завалился в какой-то бар и пропустил еще пару стаканчиков, заливая тяжесть на душе. Хорошо, что охрана всегда рядом, и есть на кого положиться в случае непредвиденных обстоятельств. Стафф забрал меня, когда я уже пытался задремать на стойке бара. И только тогда мы поехали домой. А хотел ведь помириться с женой. Какой теперь мир? Мир? Что это такое? В душе у меня настоящее пекло и хаос.

Камилла спустилась в гостиную, когда услышала, как открылись двери. Я шел сам, но опираясь на Стаффа, который всегда оказывался рядом, когда я мог бы справиться и сам. Платил я ему за обратное.

– Привет, Кам, - поздоровался он с моей остолбеневшей женой.
– Майкл перебрал немного. Стресс на работе.

Камилла надменно кивнула и презрительно скривила губы, кутаясь в шелковый пеньюар красивого нежно-голубого цвета.

– Ну, я пошел. Пока, Майкл.
– Стафф усадил меня на диван и поспешно ретировался.

В гостиной воцарилась тишина. Я слышал, как бьется мое сердце. Если бы я мог объяснить ей.... Мне, как никогда, нужна любовь и забота. Понимание, нежность и теплота. Без вопросов и истерик. Если люди любят друг друга, они должны чувствовать подобные вещи?

– Пожалуйста, не злись.
– прошептал я, наблюдая, как в голубых глазах ярость сменяется растерянностью. Камилла села в кресло напротив меня. Смотрела долго, задумчиво. Пытаясь проникнуть в мои мысли или просто думала о чем-то своем, искала решение или подходящие слова.

– Ты кого-то нашел?
– спросила она, выбив почву у меня из под ног. Не выдержав, я закрыл лицо руками и рассмеялся. Это было худшее, что я мог сделать. Худшее, что она могла сказать. Тогда у нас еще был шанс все исправить, остановить локомотив, разрушивший мою жизнь.

Ками вскочила на ноги, обхватывая себя руками. Разозлилась.

– Тебе смешно, гавнюк? Являешься ночью, пьяный и смеешься надо мной? Ты думаешь, что это смешно? Или ты увидел во мне идиотку, которая будет терпеть подобное отношение? Если у тебя проблемы, обратись к психологу, ясно?