Чтение онлайн

Мне нужно было гораздо больше информации, чем предоставляла поисковая система. Поэтому я взял свой телефон, пролистал список контактов и нажал на китайский ДеВито.

— Привет, Джоно, это Ллойд — поздоровался я, прежде чем он успел заговорить.

— Чего ты хочешь? — раздраженно спросил Джонас Вонг. Его голос был хриплым, как будто он только сейчас проснулся. У него всегда был такой голос. Я был уверен, что это из-за сигарет.

— Не мог бы ты пробить несколько имен, для меня?

— Значит, ты взялся за дело этой леди, да?

— Да.

— Она тебе сказала, что видит всякое? — раздраженно спросил он, не пытаясь скрыть своего отвращения.

— Да, она видит придурков. Придурки повсюду.

— Пошел ты, Ллойд.

— Ты первый. Ты можешь назвать несколько имен или нет?

— Мне за это заплатят?

— Да.

— Отлично. Какие имена?

— Пьер Моро, преподаватель химии в университете, и Мартин Янсен, профессор чего-то в этом роде в Технологическом институте Южной Альберты.

— Ты можешь просто сказать «САИТ», Ллойд — проворчал Джоно.

— Не был уверен, что ты понимаешь сокращения.

— Пошел ты.

Я повесил трубку, не попрощавшись. Джоно справится. Он был придурком, но если помахать у него перед носом деньгами, он подаст налоговую декларацию Гитлера, в которой будут использованы лазейки и завышены вычеты.

Следующий шаг, следовать своим путем. Я нажал на другой контакт, на этот раз с надписью «Соленый рокер».

— Зачем ты мне звонишь? — спросил слегка невнятный, раздраженный голос. Я застал его под кайфом, что было приятно. Трезвый Саймон был невыносим, в то время как Саймон под кайфом был дружелюбным и непринужденным. В основном.

— Привет, Саймон, как твоя спина?.

— Господи, почему ты всегда спрашиваешь меня об этом?.

— Я забочусь о тебе, приятель.

— Ага, вот почему ты исчез на двадцать лет и звонишь мне, только когда тебе что-то нужно — пробормотал Саймон.

— Эй, я предложил купить тебе "Тимми". Я протянул ветку, а ты сломал её пополам. Это твоя вина, чувак — Я не умел признавать свои ошибки — Предполагается, что школьные друзья должны отдаляться друг от друга, так устроен мир.

— Чего ты хочешь?.

— Ты учился в САИТ, верно? Ты изучал, типа, "кобр и кофе" или что-то в этом роде?

В трубке послышался громкий раздраженный вздох.

— Пайтон и Джава. Я инженер-программист и верстальщик.

— Круто. Я прекрасно понимаю, что это значит. Знаешь профессора по имени Мартин Янсен?

— Я закончил школу двенадцать лет назад, чувак.

— Так ты его знаешь?

Саймон застонал, и я мог бы поклясться, что услышал, как он закатил глаза.

— Да, он преподает неврологию.

— И что?

— И что? Серьезно, парень, двенадцать лет. Насколько я помню, он был гигантским мудаком с самомнением, больше Гранд-Каньона. Несколько раз его чуть не вышвырнули за излишнюю радикальность.

— Насколько радикальный? — настоял я.

— Я не знаю, чувак. Они не распространяют школьные пресс-релизы, чтобы держать нас в курсе того, чем преподаватели занимаются с учениками в нерабочее время.

— Это звучит по-суфийски. Дети все еще говорят "суфийски"? Не слишком ли радикально издеваются над учениками?

— Боже мой — я практически слышал, как он гладит лицо ладонями — Он проводил с ними неофициальные эксперименты, и я понятия не имею, если бы он их "надувал". Это все, что я знаю, теперь я могу повесить трубку?.

Саймон любил меня, клянусь. Должно быть, я застал его в неподходящий момент. На самом деле он повесил трубку, прежде чем я успел ответить. Информации было немного, но если Мартину угрожали отстранением, это могло бы где-нибудь всплыть. Джоно мог бы найти что-нибудь в этом роде.

До захода солнца оставалось еще несколько часов, так что пока что я готовил пиццу и участвовал в Сайнфелдском марафоне. Чонси обожает пепперони.

Было почти десять часов, и я начал собираться. Мне не нужно было много делать, просто следить, чтобы на мне были брюки. Я путешествовал налегке. Я ненавидел здешнее лето, потому что солнце садилось невероятно поздно и светило слишком долго. Зима была ненамного лучше. Ночи были долгими, но чертовски холодными. Я избаловал себя, живя в гораздо лучшем климате, и скучал по нему. Сидней был замечательным местом. Ну, и погода, в любом случае. Жизнь стала странной, когда я был на Мели.

Я оделся во все черное и встал у окна, наблюдая, как солнце исчезает за горизонтом. Я обдумывал, что планирую искать, что надеялась найти и какое место проверить в первую очередь, когда зазвонил мой телефон. Это был Джоно.

— Ллойд, во что ты меня втянул? Джоно задыхался, и его голос звучал так, словно он только что пробежал целый лестничный пролет. Скорее всего, он просто прошелся до туалета и обратно. У него было плохое самочувствие.

— Подожди, что? Что случилось? — Спросил я, застигнутая врасплох.

— Я просмотрел те имена, которые ты мне назвал, и связался со своим контактом в полицейском управлении. Он дал мне все, что мог, но перезвонил и сказал, что его начальство устроило ему допрос третьей степени. Его поиски натолкнулись на какой-то правительственный сигнал, и теперь ему звонит чертов полицейский из КККП. Это конная полиция, Ллойд. Ему пришлось назвать им мое имя, и теперь я ожидаю очень неловкого звонка. Что, черт возьми, мне им сказать?

— Ты серьезно? Это просто какие-то старые зануды-учителя. Джоно, я, честно говоря, понятия не имею, почему они отмечены.

— Да, конечно. Ты заплатишь за это дополнительно, особенно если не хочешь, чтобы твое имя было предано огласке — пригрозил он, что было так на него похоже.

Джоно чертовски хорошо знал, что я не просто так скрываю свое имя, и мое сердце чуть не выскочило из груди. Я также знал, что он не задумываясь продал бы меня, если бы это спасло его собственную задницу. Он защищал своих клиентов всеми фибрами души, но платил я ему или нет, это не имело значения.

— Пожалуйста, Джоно. Скажи им, что анонимный клиент просил тебя разобраться с ними, и это вся информация, которой ты располагаешь. Я удвою твой гонорар, если ты не будешь упоминать мое имя — сказал я , съежившись. Я еще даже не обсуждал оплату с мисс Дельгадо, а наличных у меня было немного — Я пришлю им адрес электронной почты, который ты им укажешь. Скажи, что так я связался. Это займет их на некоторое время. А теперь расскажи мне, что ты понял из этих имен.