Чтение онлайн

Дракон ткнул носом руку рыцаря.

– Он извиняется.

– Извиняется он, - Шарлотта пронзала взглядом Дэвида, Трога и дракона. – Кто-нибудь объяснит мне, кто такой Малдорт?

– Сын Эйнара, если мягко описать, - Трог взглянул на нее и прошел мимо.

– Погодите, - сказал Дэвид. – Вы убили сына Эйнара?

– Ого, - сказала Шарлотта. – Когда бы вы это нам сказали? Не подумали, что это важно? – она расхаживала, запустив пальцы в волосы. А потом она рассмеялась, но глаз это не коснулось. – Ох, он на вас точно злится.

– Уверен, это преуменьшение, - сказал Трог. Он подхватил свои вещи с земли.

– Но, - продолжила Шарлотта, - это не объясняет, почему Мирит говорит не с вами, а с Дэвидом.

Дэвид опустил голову, слова Мирита были ясными и громкими. Слова давили на него, душили, словно он попал в песочные часы, и они перевернулись, время вытекало.

– Я знаю, почему, - он поднял голову и посмотрел в ее отчаянные голубые глаза. – Славандрия послала его ко мне через Грута, потому что я паладин, и мне нужен Мирит из-за того, что у него есть сила сделать то, на что способна только одна живая душа.

– И что это? – спросила Шарлотта.

Он замешкался на миг и сказал:

– Он может убить Эйнара.

Дверь в комнату Эрика открылась. Вошел юноша с завтраком на подносе. Фарнсворс прошел за ним и подождал, пока слуга уйдет, закрыл за ним дверь. Он поднял серебряную крышку с подноса, кивнул, словно одобрил содержимое, и отставил крышку.

– Давай. Тебе нужно поесть.

– Я не голоден, - Эрик повернулся на левый бок, спиной к нежелаемому гостю.

Повисла осязаемая тишина в комнате, и Фарнсворс сказал:

– Приведи себя в порядок, - он пересек комнату и открыл дверь. – Солдаты из Трента и Дорсмута прибывают, - сказал он, - а еще из Баннинга и Фаучера. Вечером будет собрание. Ты должен там быть. Убедись, что будешь одет уместно.

Дверь закрылась за ним. На замок.

Он фыркнул.

«Я нужен им там, чтобы проследить за мной, а не из-за того, что они признали меня».

Эрик встал и прошел к столу. Запах мяса и яиц мани его. Снаружи дворы заливало солнце. Лошади топали по брусчатке.

Мужчины говорили.

Дети смеялись.

Собаки лаяли.

Его сердце дрогнуло. Он был узником, его заставляли слушаться. Никто не думал о его чувствах. Никто не слушал его мысли. Он был ничем для рыцарей, особенно, для Фарнсворса. Просто пес, которым нужно управлять.

Он поднял поднос с едой, подошел к окну и выбросил.

Вот так. Пусть порадуются собаки.

Они хотя бы могли делать выбор.

А он был лишь пешкой для тех, кто мог управлять им.

Хватит.

Эрик хотел порвать эти цепи.

И он хотел увидеть их лица, когда он это сделает.

Дэвид общался мысленно с Миритом, пока они шли на север к Хирзу. Он узнал о разных видах драконов, о том, где они жили, сколько их во всем мире Эстарии, а не только в королевстве Фолхоллоу. Он узнал обо всех царствах Фолхоллоу, начиная с Брэмара, земли на западе, которую Эйнар сжег. Раньше те земли процветали, а теперь были уничтожены, так и не ожили после сожжения.

В Берге правил смелый король. Там было много рек и доступ к морю Бриндл, и так получалось торговать со всеми царствами Фолхоллоу. Король собирал пошлины и раздавал их фермам и поселениям у рек, обеспечивал оборудование и судна для торговли. Но Эйнар захватил землю и убил всех, кто восстал против него, превратив их души в тенемортов. Торговля осталась только там, где он позволил, а фермы поросли сорняками. Дракон захватил трон и замок, словно это было построено для него.

Между Брэмаром и Бергом был Хирз. Королевство образовалось из Брэмара и Берга в конце Драконьей войны. Это было скопление силы Фолхоллоу, и там правили справедливые король и королева, которых все любили. Люди приходили и уезжали, когда хотели. Хирзианцы могли принимать свои решения, жить, процветая. Это место было очень близко к утопии. Пять королевств Эстарии завидовали им, Эйнар следил за ними, это место привлекало его сильнее всего, ведь только Хирз не отрицал его величие. А еще там жил тот, кто убил его сына, так что Эйнар точно злился на них.

Дэвид обдумывал это, и ему становилось не по себе. Ему не только нужно было искать волшебный камень, который оказался на шее какого-то идиота, так еще и не впускать в голову волшебника и колдунью, избегая при этом дракона размером с Техас.

Ага. Все невероятно просто.

Едва слышная мелодия донеслась до ушей Дэвида. Он замер и поднял голову.

– Что это за звук? – прошептала Шарлотта, взяв его за руку. Он сжал ее пальцы.

– Лес Эластин, - сказал Трог. – Один из пленников Эйнара. Колокольчики заманивают вглубь. А внутри уже не сбежать. Там застревают, пока монстр не решит, что делать с пленниками.

– Шутите? – выпалила Шарлотта. Она кашлянула и сделала глоток из фляги.

Трог хмыкнул.

– А разве я улыбаюсь? – он шел дальше.

Шарлотта вытерла рот и посмотрела на Дэвида.

– Он не шутит.

Дэвид фыркнул.

– Я удивлен.

Тропа сужалась, лес становился гуще и темнее, заставляя их идти по одному, Трог шагал первым, а Мирит – последним. К вечеру тропа привела их на поляну, покрытую зеленой травой, купающуюся в свете солнца. Пахло кедром. Вдали шумел водопад. Пар доходил до их ног. После поляны тропа шла дальше среди упавших деревьев и кустов.

Трог бросил сумки.

– Отдохнем пару минут. Сделайте все, что вам нужно, пока я наберу воды. До Хирза уже не так и далеко.

– Тропа ужасна, - сказал Дэвид, отдав Трогу свою пустую флягу.

– Если пойти восточнее, будем слишком близко к Бергу и тенемортам. Здесь безопаснее, - Трог пошел за деревья.

Шарлотта опустила сумки у камня и провела пальцами по волосам.

– Ох, жаль, что водопад не рядом. Я бы прыгнула в пруд под ним и не выходила бы, пока не перестала вонять. Я никогда еще не чувствовала себя такой грязной.

Дэвид расхаживал, сжав кулаки, сердце колотилось сильнее, ток бегал между кольцом и татуировкой. Холод растекался по венам.

Мирит рядом с ним зарычал. Он опустил голову и растопырил перья и чешую, рыча и копая землю.

– Ого! – глаза Шарлотты расширились. – Что с ним? Зачем он так делает?

– Не знаю! Мирит, в чем дело?

Голос дракона раздался в его голове:

«Ищите укрытие. Скорее! Прячьтесь!».

– Почему? Что происходит?

Мирит развернулся, глаза пылали, как раскаленные угли, он бросился на Дэвида.