Чтение онлайн

В авиации все происходит довольно медленно. Это капиталоемкая отрасль, которая подчиняется непоколебимым аэродинамическим законам, а не закону Мура [49] , управляющему компьютерами, телефонами и интернетом. Авиация – очень жестко регулируемая отрасль экономики; в частности, в США этим занимается Федеральное управление гражданской авиации (ФАГА). Но к 1999 году, через 14 лет после описанной авиакатастрофы, Алан и его брат Дейл, успешно выдержавшие жесткую критику за высокие издержки, сумели получить все необходимые разрешения и сертификаты. Они добились самого существенного прогресса в малом самолетостроении начиная с 1940-х годов. Новый малый самолет получил название Cirrus SR20 – одномоторный, четырехместный, изготовленный из композитных материалов, снабженный корпусным парашютом.

Компания Cirrus встала на крыло и отправилась в полет. В 2000 году предприятие Клапмейера объявило о разработке модели самолета SR22 с более мощным двигателем, способного лететь со скоростью 360 километров в час в течение четырех часов после полной заправки баков. Модель оказалась настолько успешной, что за два года заказы на нее превысили объем производства. В 2003 году Cirrus выпустила первый сертифицированный ФАГА малый самолет, в котором традиционная приборная панель была заменена двумя плоскоэкранными мониторами, до тех пор применявшимися только на больших пассажирских лайнерах. Помимо прочих инновационных функций на этих мониторах размещалась большая движущаяся карта, на которой показывались местоположение самолета, его скорость и высота полета. В скором времени эти мониторы были подключены в автоматическом режиме к спутниковой службе погоды, в результате пилот видел зоны плохих погодных условий по всему маршруту и мог обойти их.

Парашют, приборные мониторы, дающие уверенность пилоту, и информация о погоде в режиме реального времени в совокупности составили отличный пакет мер безопасности. Располагая этими устройствами, Cirrus стал воплощением мечты Алана Клапмейера сделать малый самолет таким же безопасным, как автомобиль. Алан был совершенно прав, уделяя такое внимание безопасности, и не только из-за инцидента, участником которого стал сам. Отраслевая статистика авиакатастроф удручала. В расчете на километр полета вероятность катастрофы с гибелью всех находящихся на борту для малых самолетов была примерно в 10 раз выше, чем для автомобилей. Безопасность малых самолетов и мотоциклов почти сравнялась, притом что безопасность последних оставляла желать лучшего.

Со своим набором характеристик безопасности Cirrus успешно заполнил рыночную нишу. Однако случилась одна любопытная вещь: с 1999 по 2005 годы число несчастных случаев и статистика смертности от авиакатастроф с участием Cirrus оставались примерно такими же, как и у других малых самолетов. Более того, статистика катастроф Cirrus была даже несколько хуже, чем в среднем по отрасли малого самолетостроения. Пилоты и пассажиры продолжали гибнуть. Они врезались в склоны гор. Они теряли управление в облаках. Они тщетно пытались посадить самолет при неполадках мотора на неподходящей для этого местности. И, как ни странно, Cirrus, созданная специально для повышения безопасности полетов, ничего не предпринимала, чтобы исправить положение. У компании обнаружились другие проблемы.

Именно в тот момент покупатели, купившие самолеты компании, решили взять дело в свои руки. Мы вернемся к этой истории позже.

Итак, какими качествами должен обладать замечательный рассказчик? Хорошая новость состоит в том, что все мы от природы в той или иной степени являемся рассказчиками. Нас просто сбили с толку рассуждениями о том, что умение рассказывать истории – это особый тайный дар, которым обладают лишь избранные. Ранее я уже упоминал о том, что мы часто рассказываем истории в повседневном общении, и это естественная часть нашей жизни. Мы часто делимся историями с друзьями, детьми, другими членами семьи и коллегами. Хотите верьте, хотите нет, но эти истории часто бывают забавными, иногда – захватывающими, увлекательными и запоминающимися. Как же перенести свою естественную способность на совещания и презентации?

Умение рассказывать истории состоит из целого ряда способов и приемов. Хотя не существует универсального рецепта захватывающего повествования, главная заповедь любого рассказчика звучит так: «Заставь их сочувствовать». Если вам удается этого добиться, значит, вы в отличной форме! Еще несколько полезных советов мы получили от таких экспертов в области рассказывания историй, как Нэнси Дуарте и Маргит Веннмахерс. Нельзя считать их непреложными правилами, скорее, это просто полезные рекомендации.

• Говорите просто.

• Знайте свою аудиторию.

• Не уподобляйтесь Цыпленку Цыпе [50] .

• История должна быть правдоподобной.

• Не забудьте о страданиях и боли.

• Практикуйтесь, практикуйтесь, практикуйтесь и еще немного практикуйтесь.

Многие делают одну и ту же ошибку, полагая, что чем больше, тем лучше: больше иллюстраций, больше юмора, больше блеска. Считается, что все это сделает историю увлекательнее и прикует внимание слушателей к эмоциональной или сюжетной основе.

Напротив, максимальная простота – это и есть ключ к любому творческому процессу. Будь вы писатель, художник, конструктор, инновации везде должны соответствовать методологическому принципу «Бритва Оккама»: лучшее решение – самое простое решение. Специалист по историям Нэнси Дуарте объясняет: «Величайшие речи всех времен не нуждались в визуальном сопровождении, поскольку их вербальная часть была настолько отлично исполнена, что создавала в воображении картины и сцены, которые мы хотели видеть – и хотели показать слушателям». Хотя Голливуд упорно трудится над тем, чтобы доказать обратное, хорошие истории вовсе не обязательно получаются из хитро закрученных сценариев или живописных взрывов. Простые слова и ясный язык точно так же уводят слушателей в новые места и дарят им новые чувства, столь же реальные и значимые, как любые реальные события.

У хороших рассказчиков есть одна общая черта – способность «читать» своих слушателей. «Если вы говорите с компетентной аудиторией, – комментирует Нэнси Дуарте, – то следует сдерживать эмоции и демонстрировать надежность и доверие. Если вы обращаетесь к очень эмоциональной аудитории, то не стоит оперировать аналитическими выкладками». Вполне вероятно, вы не захотите произносить в конференц-зале такую же речь, как в раздевалке, правильно?

Один из известных примеров такого рода – выступление венчурного капиталиста на конференции частного фонда TED. Рассказывая об изменении климата, он заявил, что Земля в этом точно не виновата, и, волнуясь, прослезился. Конечно, люди могут привносить собственные пристрастия в восприятие истории или презентации. Если вы борец за окружающую среду и твердо уверены в необходимости экологически безвредных технологий, то, наверное, истолкуете эмоции рассказчика в его пользу. Боже мой, его действительно это беспокоит!

Но если вы сохраняете нейтралитет в вопросе, то, скорее всего, задумаетесь, а не пытался ли оратор (собравший миллиарды долларов в фонд охраны окружающей среды) манипулировать вашими эмоциями. Ведь многие именно так и отреагировали на его волнение: он большой специалист по продаже идей и, вероятно, вполне способен пустить слезу в нужный момент по собственному желанию.

Справедливости ради стоит заметить, что на некоторых людей речь подействовала именно так, как было задумано. И мне не кажется, что выступающий притворялся, наверняка он действительно верил в то, для чего просил деньги, причем настолько сильно, что не смог сдержать эмоций. Но я уверен и в том, что он сильно повредил сам себе, проявив излишний душевный пыл. «Доверие к нему резко упало, поскольку он злоупотребил эмоциональностью, – сделала вывод Нэнси Дуарте. – Он слишком старался воззвать к чувствам аудитории». И в результате перешел границу допустимого в повествовании. Будьте осторожны, когда выступаете перед широкой аудиторией и ставите перед собой цель донести до нее достаточно общие положения. И этот призыв подводит меня к следующей рекомендации.

Когда я просил Нэнси Дуарте привести примеры плохо преподнесенных историй, она сказала: «Знаете, крики „Караул! Грядет катастрофа!“ не работают; я испробовала это в своей собственной компании. Моей самой провальной презентацией была красивая и убедительная история на тему „Приближаются страшные времена“. Это было в 2007 году. Я знала, что в 2008 году ожидается кризис, и выступила с речью, смысл которой можно изложить в нескольких восклицаниях: „Спасайтесь! Наступает депрессия! Небо падает вниз!“ Это имело эффект разорвавшейся бомбы! Именно бомбы. Я полностью „разбомбила“ доверие к своим словам вплоть до момента, когда экономика действительно обрушилась».