Чтение онлайн

Когда мы поздравили Васильича с юбилеем и вручили «Золотой мяч», он радовался, как ребенок. Я сказал ему тогда всего лишь несколько слов:

— Вы сами всего добились. Мои лучшие годы в жизни связаны с вами и с «Динамо», вы никогда не изменяли своим принципам и учили нас тому же. Спасибо вам, Васильич, за ваши уроки.

* * *

В 1977 году «Динамо» вновь выиграло первое место в чемпионате СССР. Это был третий комплект золотых наград, завоеванный Лобановским, за четыре года его работы в Киеве. Однако почивать на лаврах не приходилось. Звездная команда образца 1975 года постепенно угасала. Целая группа ветеранов закончила выступления, другие — Колотов, Веремеев, Блохин — страдали травмами. Лобановский ввел в основной состав когорту талантливой молодежи — Александра Бережного, Владимира Бессонова, Владимира Лозинского, Петра Слободяна, Виктора Юрковского.

Стартовали киевляне весьма вяло, сыграв вничью с куйбышевскими «Крылышками» и «Зарей». Тем временем наращивали свою мощь тбилисские и московские динамовцы, столичные торпедовцы, «Шахтер». Лишь на финише первого круга киевляне вырвались из плотного «пелетона», возглавив турнирную таблицу. Обнадеживало то, что динамовская смена старалась действовать в игровом ключе, присущем ветеранам. Лобановскому удалось сохранить стилевые особенности «Динамо»-75: мобильность, универсализм, рваный темп, атлетизм. Безусловно, игровые «мазки» юных мастеров на изумрудной палитре футбольного поля еще не были столь уверенными, как у их старших товарищей. И все же победа в чемпионате-77 стала отправной точной для создания «Динамо» нового образца.

В двух последующих сезонах киевляне завоевывали серебряные и бронзовые медали, а в год московской Олимпиады в очередной раз победили во всесоюзном первенстве.

«Динамо» продолжало обрастать способной молодежью. В основном составе все чаще стал появляться Анатолий Демьяненко, Сергей Балтача, Александр Сорокалет, Вадим Евтушенко, Александр Хапсалис, Иван Шарий, Валерий Черников, Виктор Каплун. Не всем новичкам суждено было надолго закрепиться в команде. Не все выдерживали «разведку боем». Но те, кто прошел через горнило «системы Лобановского», закалились, становились «огнеупорными».

Убедительно выиграв чемпионаты СССР 1980-81, киевляне были в полушаге от повторения своего достижения в чемпионатах 1966-68 гг., когда они три сезона кряду добывали золотые медали. За два тура до окончания турнира динамовцы отставали от своих минских одноклубников всего-то на одно очко. В своих заключительных матчах в Закавказье украинцы добыли победу в Тбилиси — 5:1 и Ереване — 3:2.

Минчан ожидали трудные игры в Москве с «Динамо» и «Спартаком». Победы белорусов над своими «старшими братьями» — 7:0 и над «красно-белыми» — 4:3, оставили у любителей футбола неприятный осадок по причине полного отсутствия сопротивления лидеру. Возможно, памятуя об очень уж спокойном финише минчан в сезоне, Лобановский позволил себе позже иронизировать по поводу «искреннего футбола», провозглашенного старшим тренером минского «Динамо» Эдуардом Малофеевым. Васильич на дух не выносил фальшивую «игру» провинциальных актеров.

В 1982 году Испания принимала очередной чемпионат мира. Сборной СССР на нем руководил тренерский триумвират — Бесков-Ахалкаци-Лобановский, — увы, не приведший свою команду к успеху. Из чего исходила всесоюзная федерация футбола, создавая такой «трезубец», и поныне понять трудно. Каждый из тренеров проповедовал несхожие принципы, в этих «товарищах» согласия явно не было ни в тренировочном процессе, ни в подборе исполнителей, ни в определении плана на конкретный матч.

Заняв второе место в «андалузской» группе, сборная СССР опять же довольствовалась второй позицией и в следующей фазе, не сумев в ответственном матче вырвать первое место у поляков. Они и вышли в полуфинал. Талисман чемпионата мира — апельсинчик «Наранхито» — улыбался другим командам. Советскую — ожидали дома язвительные стрелы критики.

Жизнь третья

1984-1990

Зрелость

Одной из основных причин неудач сборной СССР в Испании было названо совмещение трудовой деятельности главного тренера Константина Бескова в национальной команде и в московском «Спартаке». Признанный корифей всесоюзной тренерской сцены был изгнан с подмостков. Первую команду страны предложили возглавить Лобановскому. На время его отсутствия штурвал корабля киевского «Динамо» был передан в руки ленинградцу Юрию Морозову, которого Васильич часто называл своим единомышленником.

Однако как выяснилось, такое единомыслие имело место в тех случаях, когда оба специалиста трудились в унисон. В одиночку Морозов больших высот никогда не достигал. Его наивысшей вершиной было третье место, завоеванное «Зенитом» в чемпионате СССР 1980 года. В 1981 и 1982 годах ленинградцы, ведомые Юрием Андреевичем, завершали первенство СССР соответственно на 15-м и 7-м местах. Так и крутилось на языке: «Избавь меня, Боже, от таких друзей...»

В киевском «Динамо» после фундаментальной фигуры Лобановского Морозов выглядел личностью приземленной. Всерьез его в команде не воспринимали. Когда он порой начинал фразу словами: «У нас, в «Зените»...», это вызывало раскаты хохота. В Киеве Морозов достиг немногого — 7-го места, чего при Лобановском (если исключить из его послужного списка весенний чемпионат 1976 года) прежде не случалось. Объективности ради следует отметить, что болезненный процесс смены поколений в «Динамо» продолжался. Из львовских «Карпат» перешли Андрей Баль, Василий Рац, Ярослав Думанский, Степан Юрчишин. Они проходили так называемую обкатку. В основном составе закрепились лишь Баль и Рац.

Лобановский тем временем прокладывал путь сборной СССР на Евро-84 во Франции. Его команда попала в одну отборочную группу с португальцами, поляками и финнами. Главные конкуренты на первое место в группе — португальцы — были разгромлены и унижены в Москве — 5:0. Ничья в Лиссабоне гарантировала сборной СССР место в финальном турнире. В абсолютно равной игре хозяева выиграли — 1:0. Причем не без помощи судьи.

Началось все с отказа Москвы отправить сборную в Лиссабон чартерным рейсом. Лобановский объяснял косным чинушам, что решающие поединки начинаются задолго до свистка арбитра. В столицу Португалии советская футбольная делегация Добиралась чуть ли не на перекладных. Вместо планируемого вечернего прилета в гостиницу добрались на рассвете следующего дня. Ни отдохнуть, ни восстановить силы после изнурительного путешествия через всю Европу так и не удалось.

В день игры над Лиссабоном сгрудились грозовые тучи и зарядил монотонный дождь. Поле на 80-тысячном «Де Луш» вскоре превратилось в месиво. Низкое качество газона было на руку прежде всего хозяевам, привыкшим обходиться в игре Мелким и средним пасом, любящим погарцевать с Мячом без видимого продвижения вперед. Гости лишились своих главных аргументов: коллективной скорости и высоких физических кондиций.

Главным действующим лицом на поле оказался французский арбитр Жорж Конрате. На 43-й минуте он назначил пенальти в ворота гостей за нарушение, имевшее место за пределами штрафной площадки. Жордао был беспощаден — 1:0.

По устоявшимся канонам авторитарного государства, в любой неудаче необходимо найти виновных с тем, чтобы сразу же подвергнуть их преследованиям. Печальная традиция не была нарушена и на сей раз. Главным аргументом московских «полканов от прессы» было обвинение в использовании «не той тактики». У специалистов очередной глупый ярлык, навешанный на Лобановского, вызывал горькую усмешку: как с «не такой тактикой» сборная СССР умудрилась с Лобановским провести более двух десятков матчей, из которых проиграла только один? Оспаривать глупца бесполезно, тем более, когда в его руках — все рычаги власти. Высочайшая коллегия Госкомспорта СССР ничтоже сумняшеся постановила: «Считать нецелесообразным дальнейшее использование т. Лобановского и т. Симоняна в работе со сборными командами...»

Никита Симонян, первый вице-президент Российского футбольного союза:

— Лобановский продлил мою творческую жизнь, как я подсчитал, на шестнадцать лет. Мои лучшие тренерские годы прошли рука об руку с ним. Он всегда с вниманием прислушивался к моим советам, хотя последнее слово оставалось за ним. Но не только мне, но и Вагизу Хидиятуллину он продлил жизнь в футболе, вернул веру в себя, хотя мог отправить его из сборной с «волчьим билетом». Валерий никогда не держал «за пазухой» камня — умел прощать обиды, язвительные уколы. Он любил добрую шутку, был не лишен чувства юмора.