Чтение онлайн

Васильич принял предложение и уехал в Днепропетровск. Я вернулся в Киев и поступил на работу на кафедру футбола в институте физкультуры. Так познакомился с очень интересным человеком — Анатолием Михайловичем Зеленцовым, доцентом кафедры теории физвоспитания. Зеленцов не относился к «кабинетным теоретикам». В молодые годы он активно поднимал планку всесоюзных рекордов среди юниоров в секторе для прыжков с шестом. Зеленцов называл себя учеником известного тренера Валентина Петровского — наставника двухкратного олимпийского чемпиона Валерия Борзова.

Анатолий Михайлович четко сформулировал те идеи, которые вызревали в наших дискуссиях с Лобановским. Учебно-тренировочный процесс в команде мастеров должен опираться на научно-методический фундамент. В нем обязаны присутствовать элементы прогнозирования, управления и контроля-тестирования. То был настоящий революционный переворот в методике учебно-тренировочной работы. Ведь практически все команды высшей лиги, не говоря уже о коллективах, выступавших в низших дивизионах, готовились по принципу «что Бог на душу положит». Учебные занятия затягивались до трех часов, проходили скучно и монотонно, «методички», рассылаемые федерацией футбола СССР по городам и весям страны, требовали от тренеров не качества, а объема работы и, конечно же, строгой отчетности. Ежегодно в команды первой и второй групп выезжали «проверяющие», доносившие во всесоюзный футбольный штаб о состоянии дел «на местах».

Зеленцов считал такой подход к делу архаичным. С Анатолием Михайловичем трудно было не согласиться. О своем новом знакомстве я поведал Лобановскому. Он выразил желание встретиться с Зеленцовым лично. Для начала я с позволения доцента продиктовал его рабочий и домашний телефоны. Васильич начал с ним созваниваться. Профессиональные и дружеские отношения у них установились с первых бесед.

В 1969 году я принял черниговскую «Десну». Там стал воплощать в жизнь знания, приобретенные на кафедре футбола Киевского инфизкульта. Но порадоваться плодам своей работы было не суждено: «Десну» расформировали. Первый секретарь обкома партии во всеуслышание заявил: «Мне хвутбол в области не нужон. Мне нужон хлеб». Спорить с партийным бонзой было бесполезно. Впрочем, никогда не считал, что хлеб и футбол исключают друг друга.

В 1971 году я отправился на Донбасс, где завершилась моя биография футболиста. В кадиевском «Шахтере» продолжил эксперименты, начатые в Чернигове. Результаты не заставили себя долго ждать: из затрапезного середнячка команда за один сезон вышла в лидеры — заняла четвертое место в украинской зоне второй лиги.

Каждый свободный вечер мы беседовали по телефону с Лобановским по несколько часов — трубка чуть ли не плавилась. Васильич активно внедрял «систему Зеленцова» у себя в «Днепре». Радовался, что апробация проходит успешно — команда «побежала», заметно превосходит соперников в движении, объеме и интенсивности технико-тактических действий. Сожалел, что интеллектуально-технический уровень исполнителей ограничен. Как-то по окончании очередного обмена мнений он выдохнул в трубку: «Как же хочется поработать с хорошими ребятами!»

Мы оба поняли, что он имел в виду. Но тогда нам, начинающим тренерам, едва перешагнувшим 30-летний рубеж, такие высоты казались заоблачными.

В 1972 году Лобановский вывел «Днепр» в высшую лигу, где в первом же своем сезоне он занял очень высокое для дебютанта шестое место. Новичок не проявил должного уважения к старожилам всесоюзных чемпионатов — московским командам «Торпедо», «Динамо», Спартак», ленинградскому «Зениту», минскому «Динамо», опередив их в итоговой турнирной таблице.

В это время я работал в «Шахтере», но уже не в кадиевском, а в донецком, покинувшем в сезоне 1971 года высшую лигу. Руководство области надеялось на мою компетентность и связывало с моим появлением возрождение репутации любимой в горняцком крае команды. К счастью, очень помогли знания, почерпнутые на лекциях доцента Зеленцова: в 1973 году «Шахтер» вновь появился в лиге сильнейших команд страны.

* * *

То, что Лобановский и Базилевич нащупали верный путь в усилении игры, подтвердили результаты их работы. В сезоне 1973 года они были самыми молодыми наставниками среди шестнадцати старших тренеров, работавших с клубами высшей лиги. Впрочем, главное их преимущества заключалось отнюдь не в отсутствии седины на висках. Лобановский и Базилевич стали тренерами «новой волны», своеобразными футбольными колумбами, открывшими «терра инкогнита» — известную для всех землю.

Одним из первых на «первопроходцев» обратил внимание киевский журналист Михаил Михайлов. В одной из своих статей, посвященных теме «новых лиц» в длинной и серой галерее отечественных футбольных «спецов», он писал:

«Стояло лето 1970 г. Мы сидели на стадионе киевских армейцев. Игра была скучной — одна из тех, когда зрители судачат о чем угодно, только не о том, что происходит на поле. Вдруг меня спросили:

— Как вы думаете, кто бы мог заменить Виктора Маслова, если он уйдет?

Позиции Маслова были еще достаточно сильны, динамовцы еще, казалось, вполне могут по править свои дела, и потому вопрос показался мне странным.

— А вы разве собираетесь освобождать Маслова?

— Нет, что вы! — ответил мне человек, имеющий прямое отношение к судьбе команды. — Но просто любопытно, кто бы мог справиться с такой серьезной командой, кроме Маслова?

Я подумал и ответил:

— Пожалуй, Лобановский.

И стал перечислять достоинства этого тренера. Меня внимательно выслушали и покачали головой.

— Наверное, вы все же ошибаетесь. Слишком молод.

...Я вспомнил об этом разговоре спустя два года, когда репутация Валерия Лобановского уже достаточно окрепла, когда его команда «Днепр» не только сумела пробиться в высшую лигу, но и наделала там немало шуму, обыгрывая старожилов. Я вспомнил об этом разговоре спустя два года, когда и другой молодой тренер — Олег Базилевич — сумел справиться со сложнейшей задачей и вернул «Шахтер» в группу сильнейших клубов страны.

Михаил Якушин... Гавриил Качалин... Виктор Маслов... Яркие личности. Большие специалисты. Опытнейшие работники. С их именами связаны многие успехи советских команд. Но ряды могикан редеют. Их остаются единицы. И энергия уже не та, и силы не те. Но всякий раз, когда в той или иной команде возникают трудности, взоры руководителей клубов немедленно обращаются к мэтрам. К молодым же специалистам по-прежнему относятся с опаской. Ну вот хоть убей, не верится, что они «потянут» серьезную команду.

Разумеется, у меня и в мыслях нет внести антагонизм в отношения «отцов и детей». Но все же почему не мог спасти «Шахтер» Артем Фальян, почему и Николай Морозов не удержал команду горняков на роковой черте, и она выбыла из высшей лиги? Почему молодой Олег Базилевич справился с труднейшей задачей?

...Впрочем, если уж говорить о молодых, не лучше ли хоть некоторых из них представить, так сказать, в деле? Ну, хоть того же Олега Базилевича.

Базилевич начал самостоятельную тренерскую работу в Кадиевке. Со скромной, ни на что особенное не претендующей командой. Но именно там он осуществил целую серию научных опытов. Да, ни для кого не секрет, что отличная физическая подготовка футболистов и команды в целом — важнейшее условие успешной игры. Но как добиться ее? Как поддерживать?

Базилевич решает выработать несколько принципиальных моделей тренировочных занятий, с помощью которых он сможет самым эффективным образом влиять на определенные группы мышц и добиваться нужных результатов в самое; короткое время. Другими словами, он отрицает огульный подход к тренировке, предельно индивидуализирует ее с тем, чтобы у одного игрока повысить выносливость, у другого — прыгучесть, у третьего — быстроту реакции и т. д. Тренер использует самую совершенную аппаратуру, ставит десятки опытов, получает необходимую научно объективную информацию.