Чтение онлайн

...Основная цель, которую поставили перед собой тренеры «Черноморца» в сезоне 1966 г., — уйти подальше от роковой черты, близость которой мешает вести эксперименты по созданию собственного тактического почерка. И поэтому в период подготовки тренеры уделяли большое внимание укреплению обороны, стремясь уравнять силу защиты и нападения. В их равноценности они видят залог будущих успехов».

В 1966 году прошел чемпионат мира в Англии. На нем состоялось окончательное прощание со старушкой «дубль-ве» — тактической схемой, царившей на футбольных полях Европы и Латинской Америки почти что с начала века. Ростки новых тактических веяний пришли из Бразилии. Ее сборная на чемпионате мира в Чили перешла на расстановку 4-2-4, менявшуюся в ходе матча на 4-4-2. Впоследствии Лобановский утверждал, что пионерами в переходе на новую систему игры были отнюдь не тогдашние наставники «кудесников» из Рио и Сан-Паулу Висенте Феола и Жоао Салданья, а Виктор Маслов, применявший эти схемы сначала в московском «Торпедо», а потом и в киевском «Динамо». Во всяком случае, когда весь мир трубил о тактическом новшестве Альфа Ремси — 4-4-2, киевские динамовцы уже третий год кряду использовали такую расстановку: на острие атаки «дед» выдвинул Бышовца и Хмельницкого. Этот тандем поддерживал квартет полузащитников, успевавший снабдить пасом своих нападающих, а при необходимости — оттянуться к своим воротам. Крайним защитникам — Щеголькову и Владимиру Левченко — вменялось в обязанности, кроме функций разрушения, вспарывать оборону соперника фланговыми проходами.

«Черноморец» же играл по старинке — с «крайками» и инсайдами. 27-летнему нападающему такой примитивизм уже давно набил оскомину. Поэтому когда Олег Ошенков, работавший в донецком «Шахтере», через своего тренера-селекционера Николая Кузнецова предложил Лобановскому и Базилевичу «сыграть дуэт», оба бывших динамовца незамедлительно ответили согласием.

Опытный Ошенков, тонкий теоретик и практик, формировал тогда в донецком клубе передовой стиль игры. Он требовал от футболистов расширения зон действий, взаимозаменяемости, интенсивности и надежности. Возможно, Ошенкову и удалось бы совершить с командой качественный скачок, будь в его распоряжении прочный каркас, состоявший из шести-семи ключевых игроков. К сожалению, тренер не располагал даже тремя-четырьмя добротными исполнителями. Поэтому между замыслом и его реализацией образовалась непреодолимая пропасть.

В своем последнем игровом сезоне Лобановский провел 18 матчей, забив в них пять мячей. Напористый Базилевич — и того меньше: два. Оба понимали: «Шахтер» не стал «их» командой. Они приближались к порогу 30-летия — возрасту зрелости. Нужно было принимать решение, как жить дальше.

Долго ждать не пришлось. На партсобрании, состоявшемся по окончании сезона, двух киевских интеллигентов обвинили в «отсутствии морально-волевых качеств и отрыве от коллектива». С этой формулировкой и отчислили из команды.

На удивление легко они ушли из такого футбола. Они его не понимали, а в нем для них не находилось места. Где-то вычитали: «Выдающийся литературный критик XIX века Виссарион Белинский был отчислен из университета за... скудоумие»...

Им оставалось одно: открыть свой «университет футбольных знаний».

Жизнь вторая

1968-1983

Тренер

Один из узловых моментов в биографии профессионала — окончание спортивной карьеры. Наступает день, когда приходится на прошлом «поставить точку»: на быстротечных годах изнурительных тренировок, радостях побед и горечи поражений, калейдоскопе аэропортов и вокзалов, экзотических странах и веренице городов, гостиницах и стадионах, пахнущих везде одинаково гостевых раздевалках... За плечами — растаявший мираж ушедшей молодости, впереди — дорога в неизвестность... Вчерашние поклонники при встрече отводят взгляд в сторону: для них ты уже не кумир... Стремительное скольжение недавней «звезды» с небосвода на грунт будничности травмирует бывшего спортсмена, ставшего вмиг «тренером самому себе».

«Как жить дальше», — этот вопрос извечен для тех, кто навсегда покинул мир большого спорта. Ответить на него не смогли многие выдающиеся мастера, чье появление на поле когда-то встречалось неистовой бурей оваций. Гарринча, Джордж Бест, Алан Болл, Нобби Стайлс, Бобби Мур, Валерий Воронин, Эдуард Стрельцов доживали либо Доживают свои дни воспоминаниями о минувших ристалищах. Увы, такова спортивная жизнь...

Дружбу с Олегом Базилевичем Лобановский пронес «через годы, через расстоянья». Коренные киевляне, выросшие в интеллигентном окружении, оба были склонны к накоплению знаний, аналитике, неустанному расширению кругозора. И на поле они смотрелись интеллектуалами: в игре уповали не на примитивные напор и силу, а на фантазию, импровизацию, игроцкую утонченность. Своих резвых, но, как правило, прямолинейных опекунов Валерий и Олег превосходили прежде всего уровнем мышления, а уж потом — в прочих компонентах мастерства. Оба в карман за словом не лезли. Во время матчей нерадивым защитникам, игравшим не в мяч, а в «кость», могли бросить:

— Ты б уж лучше, парень, в кузнецы пошел не за свое дело взялся...

Такие слова выводили из себя неуклюжих гренадеров типа московских динамовцев Владимира Глотова и Георгия Рябова, минчанина Ивана Савостикова, привыкших выкашивать вместе с травой и всякие ростки индивидуального мастерства. Тут уж лучше Евгения Евтушенко и не скажешь:

...Зависть к титулованным запрятав,

Он от желчи собственной прокис:

Мерзок дундукизм аристократов,

Но страшней — плебейский дундукизм...

Времени для бесед о настоящем и будущем советского футбола у Лобановского и Базилевича за четыре последних года их выступлений в «Черноморце» и «Шахтере» благо было более чем достаточно. Доискивались до корней ежегодных неудач лучших советских команд в еврокубках, унылой игры сборной СССР, натужно работавшей, а не творившей на поле. Импульсом для углубленного анализа стал чемпионат мира в Англии, подаривший новую схему 4-4-2. Мировой футбольный форум на Островах показал, сколь велика роль лидера в успехе коллектива: англичанина Бобби Чарльтона, португальца Эйсебио, не по годам зрелого немца Франца Беккенбауэра. Именно в игре 21-летнего баварца просматривались фрагменты футболиста будущего: универсала, умеющего равноценно выполнять функции защитника, игрока средней линии и нападающего. При всех своих сильных качествах немец вовсю трудился для команды, не делая ничего, что пошло бы ей во вред.

Сборная СССР, укомплектованная умелыми мастерами — Яшиным, Хурцилавой, Шестерневым, Ворониным, Сабо, Численко, Банишевским, — на этом турнире напоминала ненастроенный рояль. Чистые звуки извлечь из него можно было только после основательного ремонта.

Но как «настроить» инструмент так, чтобы в нужный момент многоголосие разрозненных звуков слилось в единую мелодию? Где взять качественный камертон, который будет определять чистоту каждой взятой ноты? Для двух молодых людей — Лобановского и Базилевича, только что завершивших карьеру профессиональных спортсменов, — поиск ответов на эти непростые вопросы становился делом всей их будущей жизни.

Олег Базилевич, начальник команды «Динамо» (Киев):

— Наши диспуты с Лобановским об эволюции футбола порой заканчивались за полночь. Чемпионат мира в Англии дал обильную пищу для размышлений. Это был первый всемирный футбольный форум, который советское телевидение транслировало от начала до завершения. Мы вместе анализировали игру лучших команд — Англии,

Германии, Португалии, — сравнивая ее с выступлениями сборной СССР. Не уступая ни португальцам, ни немцам в подборе исполнителей, советская команда тем не менее оказалась в матчах с ними побежденной. Соперники значительно ушли вперед в организации коллективных действий, в интенсивности и чистоте выполнения технико-тактических приемов, скоростной выносливости, мотивации. Как профессионалы мы понимали: наша кадровая система подготовки устарела, не соответствует духу времени. Для выхода на уровень конкурентности с ведущими клубами и сборными необходимо в корне менять учебно-тренировочную работу в командах мастеров.

Лобановский засел за учебники. Он изучал книги, штудировал статьи и лекции известных специалистов того времени: Эленио Эрреры, Альфа Ремси, Гельмута Шена, Висенте Феолы. Вел конспекты, докапываясь до главного: как правильно спланировать тренировочный процесс в сезоне, в межигровых циклах таким образом, чтобы команда постоянно находилась в хорошем игровом тонусе. Что является приоритетом в работе тренера — подбор кадров под игровую идею, либо же она должна стать производной от технических и функциональных возможностей футболистов. Следование второй части этой дилеммы завело советский футбол в тупик. Значит, архаичный подход изжил себя. Мы оба пришли к такому заключению. Васильич во время одной из наших полемик пошутил, процитировав Маркса: «Раб, осознающий свое рабство, — революционер».

Нежданно-негаданно Лобановского пригласили на работу в днепропетровский «Днепр». Инициатива, как утверждали, исходила от генерального директора производственного объединения «Южмаш» генерала Макарова, страстного почитателя футбола. «Днепр» находился на балансе «Южмаша» и выступал во второй группе класса «А», по нынешней классификации — в первой лиге.

Кто рекомендовал Макарову 29-летнего Лобановского, не имевшего ни тренерского, ни педагогического образования, так и осталось для нас загадкой.