Валлиста
Шрифт:
Иглы продолжали свою работу, узор расширялся.
Я пришел в себя с зудящей спиной и без рубахи.
– Спина чешется, - объявил я всем, кто мог находиться рядом.
Рядом явно был Шенди.
– У Доливара чешется спина, - сказал он.
– Вероятно, это никак не связано с тем, что он полуголый валялся на траве. Я бы подумал о мистическом объяснении.
Я выдал несколько мистических объяснений его жизни и сел. Мы снова находились в лагере, разбитом на поляне в перелеске. Взгляд вокруг - горят костры, солнце как раз встает над восточными холмами, пробиваясь сквозь ветви деревьев, а Хертаэ полирует наконечники копий. Над небесах Утренняя Змея, она вскоре уползет и вернется лишь к ночи, но пока еще оберегает нас, если вы верите в подобные вещи. Великмесяц высоко в зените, однако уже бледнеет, потому что становится светло; до восхода Малмесяца еще девять дней. Нос мой почуял завтрак. В завтрак я верю.
– Что произошло?
– спросил я.
Тивиса отозвалась:
– Ты не помнишь?
Я покачал головой, она заболела, из чего я сделал кое-какие умозаключения.
– Я получил по башке во время налета.
Она кивнула.
– Тебе нужен кто-то, кто просто был бы рядом и время от времени орал "ложись".
– Непременно этим займусь. Чем меня свалили?
– Топором. Ты успел отклониться и получил обухом, а не лезвием.
– Топором. Откуда у них топоры?
– Этого ты тоже не помнишь?
– фыркнул Шанди.
– У них оказалась кузница. Мы увидели ее во время налета, ты велел уничтожить ее, а потом тебя свалили.
– Кузница уничтожена?
– Нет. Там была Сетра. Мы сбежали.
– Кто меня вытащил?
Тивиса указала на Ротру.
– Она, и Шанди помог.
– Кто-нибудь пострадал?
– Ты.
– Кроме меня?
– Кое-кто из них.
– А кроме того, что мы не сумели уничтожить их кузницу - проклятье, ни черта не помню, - мы что-то получили?
– Завтрак.
– Ха. Ладно, раз уж мы никого не потеряли...
– Вождь!
– раздался оклик позади меня. Чикве, вероятно, охраняет южное направление.
Я повернул голову.
– Меня зовут Доливар, - в который раз сообщил я на весь лагерь.
– Что там такое?
– Идет кто-то.
– Ладно, - и повышенным командным тоном: - Только не ори и не прыгай, нечего ему знать, что мы его засекли.
– Попытался встать, голова закружилась. Сел обратно и кивнул Шанди и Ротре.
– Вы двое. Разберитесь, что там.
Они взяли по копью из кучи, а потом Шенди взял еще одно. Он такой, Шенди. Впрочем, могли и не напрягаться: сделали едва шаг в сторону, как Чикве снова позвал:
– Идет.
Значит, кто бы там ни был, нам он не угроза.
Какого?..
Я снова попытался встать, снова не сумел и протер глаза.
Она подошла прямо ко мне, словно точно знала, кто я такой. Глаза в глаза со мной, сидящим. Совсем еще ребенок, не старше десяти лет.
– Э, привет, - сказал я, - ты...
– Я Девера. А тебе нужно сейчас пойти со мной.
Ладно, это уже что-то новенькое. Я даже не знал, что сказать.
– Э, но кто ты, и почему?
– Я сказала, кто. Потому что.
– Хм. А есть довод получше?
Она просто посмотрела на меня. Я посмотрел на нее и впервые обратил внимание на ее одежду. Единое одеяние, прикрывающее ее от плеча до земли, густого синего цвета, какого я никогда не видел, с золотом, и, ну, я вообще без понятия, кто может делать что-то подобное, или как, или сколько сотен часов на это уйдет, и кто может себе позволить убить сотни часов, чтобы сделать одно одеяние, которое, ну, как вообще в нем можно пройти хотя бы минут десять, чтобы не порвать?
– Где ты такое взяла?
– Я тебе покажу, - сказала она. И: - Пожалуйста?
Наверное, именно "пожалуйста" решило вопрос. Ну и еще я никогда не мог оставить неутоленным собственное любопытство.
– Конечно, - проговорил я.
– Веди.
– И попытался встать снова.
Шенди сказал:
– Вождь, ты...
– Меня зовут Доливар, - напомнил я.
– Если не вернусь, все на тебе.
Меня немного пошатывало, и я сказал:
– Хорошо, Девера, пойдем, но небыстро.
– Что случилось?
– Я получил по башке.
– Ты в порядке?
– ее это, похоже, искренне заботило.
– В основном. Я вижу воображаемых девочек в невозможных одеждах, которые убеждают меня идти за ними неизвестно куда, а так - что ж, в полном порядке.
Она захихикала и, немного попрыгав, как делают вполне настоящие девочки, остановилась и подождала, пока я ковылял за ней. Весь лагерь смотрел на меня. А я просто шел за маленькой девочкой и не задавался вопросом, что я вообще делаю. Впрочем, если это ловушка Дракона - она куда умнее, чем все те, что он нам подстраивал прежде.
Наверное, там их целая шайка, возможно, и моя сестра с ними, ожидают нас где-нибудь за деревьями, спрятавшись от дозоров; но я все равно шел.
Беспокоиться пока было рано, мы еще и до края перелеска не дошли...
Тут я остановился.
– Это что еще такое?
Я находился не в перелеске. А в... ну, даже не знаю, как такое назвать. Ни неба, ни деревьев, ни травы. Чем-то похоже на хижину, построенную из чего-то совершенно невозможного и достаточно большую для тысячи миллионов семей. Ну ладно, преувеличиваю. Но - колоссальных размеров, ясно? И вся из себя белая.
Я вспомнил, что совсем недавно получил по башке.
А еще Девера пропала, я был один. Ну да, по башке я получил, точно...
– Здравствуй, Доливар.
Голос порождал странное эхо, словно я находился в узком и тесном ущельи. Я развернулся - она была позади меня, футах в десяти, безоружная, очень высокая, а потом все стало туманом и я снова оказался на природе, хотя и в совершенно незнакомых мне местах.
– Мои извинения, Доливар: полагаю, окружение тебя дезориентировало.
Позволь мне для начала исправить твою голову.
– Она потянулась ко мне что-то странное было с ее руками, - и боль в голове вместе с тошнотой пропали, как не бывало. Я и не замечал боли, пока она не прекратилась. И я все еще не верил тому, что видел.
– Я Вирра, - сказала она.
Я уж было хотел спросить "кто ты", но заткнулся. Вот любят же некоторые называть свои имена, как будто это полезная и нужная информация.
Молчание длилось несколько мгновений, потом свистнул хихистель, и я чуть не расхохотался - это был самый осмысленный момент за последнее время.
– Для тебя настал критический момент, - проговорила она.
– Что, я окончательно спятил?
– Заткнись и слушай. Меня вполне устраивает, если ты считаешь себя сумасшедшим. Если думаешь, что все это сон - тоже хорошо. Ибо это неважно, а важно лишь, чтобы ты слушал и делал так, как я скажу. Если для тебя это не будет иметь смысла - также неважно. Слушай.