Чтение онлайн

— Наташа? Что ты здесь делаешь? — услышала девушка голос Бориса.

«Приехал на обед? Вряд ли. Никогда такого не делал. Ему сообщили? Скорее всего», — вопросы и ответы в голове Наташи мелькали со скоростью света.

— Не подходи! — она заверещала, выставляя перед собой ладони.

— Что происходит? — в голосе Бориса звучит удивление, забота и, немного, раздражение.

Наташа даже захлебнулась словами от возмущения. Зачем он притворяется, что не знает?

— Ты женат! — выдавила из себя.

Смотрела на него снизу-вверх, будто впервые увидела. До этого дня, что бы между ними не происходило, Наташа считала его своим мужчиной, а сейчас… он — чужой, не её. Стало больно, до слёз, до невозможности сделать нормальный вдох.

— Ну и что? — Борис, видимо, всё же не знал, что она узнала его тайну, потому, что спросил это не сразу.

— Я хочу немедленно уйти! Прямо сейчас! Скажи этому своему открыть калитку и пропустить меня! — прошипела сквозь зубы.

Уйти. Забыть, как страшный сон, и любовь эту одержимую, и отношения неправильные… Устала…

— Нет.

Он не обращал внимания на её сопротивление. Схватил, брыкающуюся, и забросил в машину вместе с сумкой, из которой в этот момент выпала часть вещей. Охранник, глядя вслед автомобилю со вздохом облегчения, бережно поднял их и аккуратно сложил в подсобке, решив позже отнести или передать в особняк.

Наташа отчаянно сопротивлялась, даже понимая, насколько уступает Борису в силе.

Пока они ехали по подъездной алее, девушка по очереди дёргала запертые дверцы, желая немедленно покинуть машину, готовая выскочить на ходу.

Когда машина остановилась у крыльца, она, наоборот, отбивалась и упиралась ногами и руками, не желая выходить, пока Борис не выволок её силой. Он что-то всё время говорил ей, но она словно оглохла, не понимала слов, она кричала, царапалась, кусалась, выворачивалась из его рук и пыталась снова бежать к воротам.

Голова девушки дёрнулась от сильной пощёчины, нежную скулу будто огнём обожгло. Наташе показалось, что её левая щека мгновенно увеличилась до безобразия. Чуть отвернувшись, она мгновенно затихла, схватившись за неё обеими руками, положив ладонь на ладонь.

— Я сказал, зайди в дом! — грозно выдохнул приказ Борис.

Наташа осталась неподвижно стоять на месте. Мужчина, выругавшись, схватил её за предплечье и повёл к двери сам, с гневом, рывками, выравнивая, когда она едва не падала, спотыкаясь на ступеньках крыльца.

— Людмила! — разнеслось по дому, едва они вошли, рычание Бориса, хотя в имени старшей экономки не было ни одной рычащей буквы.

Женщина появилась мгновенно, низко пригибая голову.

— Да, Борис Александрович.

— Что здесь произошло? Почему Наташа в таком состоянии?

Его гнев, казалось, причинял экономке настоящую физическую боль, потому, что она странно кривилась, отвечая шёпотом, через силу.

— Пришла Ваша жена, Борис Александрович.

— Что?!

— Елена Николаевна не хотела ничего плохого! Она только пыталась познакомиться и поговорить. Она не обижала Наталью Викторовну. Просто хотела попросить быть поласковее с Вами, — торопливое испуганное бормотание женщины медленно затихало к концу фразы.

— Что она ей сделала? — Борис был в ярости, будто и не слышал последних слов экономки.

***

За последние полгода Елена не раз мечтала о том, как сейчас в её жизни всё было бы, если бы Борис не встретил ЕЁ, свою пару. Со специально оставленной нараспашку дверью, она сидела в кабинете, на диване, и слышала каждое слово, что произносилось в гостиной.

«Как же он рычит из-за этой человеческой суки, будь она проклята!» — женщина сжала кулаки, сминая платье на коленях.

Не смотря на удушающую ревность, женщине было страшно. Прислушиваясь к звукам в гостиной, она томительно ожидала неминуемой расплаты за своё появление здесь, и невольно вспоминала, как перед Новым Годом её просто вышвырнули из собственного дома, где каждый клочок ткани, каждая деревяшка были заботливо подобраны её руками. Елена тронула пальцами прохладную кожаную обивку. Сколько часов она спорила с дизайнером из-за этого, как он считал, слишком громоздкого, дивана для кабинета?

Женщина тяжело вздохнула. Она за пять месяцев так и не смогла привыкнуть жить в их с Борисом городской квартире, где теперь обитала.

Сначала, Елена всё не могла поверить в случившееся. Смотрела на гору своих, упакованных при перевозке, вещей в городской квартире, и ждала, не разбирала. Казалось, вот сейчас Борис одумается, очнётся от чар молоденькой сучки, подобранной где-то на дороге, и всё вернётся, как было.

Но дни складывались в недели, а недели в месяцы, а ничего не происходило. Елене приходилось вынимать, то одну нужную вещь, то другую. Потом доставать весь летний гардероб. Она постепенно привыкала к новому положению. Борис бывал у неё не чаще одного, двух раз в неделю. И то, только, если ему было удобнее по каким-то причинам переночевать в городе, или его ненаглядную малышку нельзя было трахать из-за женских дней, или, чтобы взять Елену на деловой ужин, где полагалось быть с жёнами. При появлении Бориса жене перепадало немного ласки, жалкие крохи с барского стола подобранной на дороге стервы.

При мыслях о том, что теперь муж бывал у неё наскоками, а ночевал, вообще, крайне редко, в душе Елены опять всколыхнулась волна ядовитой ненависти к девчонке — десять лет её счастливой семейной жизни были безжалостно перечёркнуты этой сукой в один момент. Своим появлением она разрушила её жизнь и заняла не своё место!

Женщина злорадно вспоминала, что последний месяц, вообще, стал адом не только дня неё, а и для всей стаи. Эта девчонка мотала Борису нервы, а он вынимал душу изо всех окружающих! Ближние волки, вообще, ходили, пригнувшись, в его присутствии и старались лишний раз не попадаться в поле зрения альфы. Зато перед этой человеческой сукой Борис вилял хвостом, как преданный пёс! Подарки ей сам покупал! Елене секретарша доложила.

Как же Елена её ненавидела! Убила бы! Вцепилась бы зубами в горло и разорвала бы, если бы только это вернуло ей Бориса.

Сегодня желание посмотреть суке в глаза стало невыносимым, и Елена нарушила строгий запрет альфы — она пришла в свой дом. Сейчас перестала казаться гениальной мысль, которая в один прекрасный день пришла ей в голову и укоренилась — попытаться подружиться с девчонкой и, в результате, перебраться в особняк. Думалось, что так она и Бориса будет чаще видеть и злейший враг будет перед глазами. До сих пор всё, что она узнавала об этой любимой сучке Бориса, было только со слов верной прислуги. А как известно, врагов нужно держать поближе. Вот Елена и решилась прийти…

И что теперь? Он перегрызёт ей горло за то, что его девочка расстроилась и побегала по территории с сумочкой? Или повезёт отделаться трёпкой?

За что ей такое? Луна, за что?! Елене дико хотелось завыть.

Из гостиной доносился голосок верной Людочки, неуверенный и жалобный:

— Ничего! Елена Николаевна ничего не делала. Она успела только войти и вежливо представиться. А Наталья Викторовна даже не ответила ничего, сразу сорвалась с места и убежала, как ненормальная.

***