Чтение онлайн

Наташа, почувствовав мужа внутри себя, смирилась. За год она хорошо узнала его силу и властность, поэтому инстинктивно ждала боли и принуждения, которые, несмотря на удовольствие, каждый раз сопровождали секс с Борисом. Даже, когда она ещё была влюблена в него, то добровольно мирилась с этим, как с неизбежным в их отношениях, считала, что удовольствие стоит того, чтобы терпеть. Позже, когда Таша уже не желала близости, Борису было наплевать на её согласие. Тогда, боли и принуждения просто стало немного больше, хоть, к большому сожалению Наташи, удовольствие от ласк Бориса, несмотря ни на что, не пропадало. Оно оставалось незримой нитью, которая почему-то прочно связывала Наташу с этим невыносимым мужчиной, несмотря на все его действия и отношение к ней.

Эта нить лопнула, только, когда Таша узнала об истинной сущности мужа. Вспоминая огромного волка, Таша в ужасе представляла себя занимающейся с ним любовью и её сознание категорически не принимало подобного.

Однако, в эту новогоднюю ночь в постели с Наташей был мужчина. Она даже не вспомнила про волка. И на этот раз совсем не было боли. Что самое странное, принуждения тоже не было. Борис снова и снова так доводил её до умопомрачительного состояния своими бесстыдными ласками, что Наташа потеряла всякий контроль над своим поведением и сама умоляла мужа не останавливаться.

Они уснули только под утро в объятиях друг друга. Альфа, прижимая к себе пару, впервые за долгое время, засыпал удовлетворённым и абсолютно счастливым.

Однако, утро вернуло Борису все тревоги.

Длинные реснички жены задрожали. Просыпаясь, Наташа вздохнула и, перевернувшись на спину, потянулась. И тут же лёгкая тянущая боль внизу живота напомнила ей ночные события. Таша распахнула глаза и столкнулась с тревожным взглядом мужа. Её память услужливо, именно в этот момент, подсунула бесстыдные воспоминания о том, какие неприличные звуки, жаркие мольбы и сладострастные стоны Борис вынудил её издавать своими откровенными ласками почти всю прошлую ночь.

Таша тихонько застонала, показалось, что вся её кровь, в мгновение ока, прилила к щекам. Лицо вспыхнуло жаром. Она зажмурилась и попыталась натянуть на голову одеяло. Но Борис тут же испуганно стащил его вниз.

— Я что-то сделал не так? Тебе не понравилось? — полный настоящей тревоги тон мужа, заставил Наташу на миг забыть о смущении и с удивлением взглянуть на него.

— Всё нормально, — буркнула она и резко села, опустив ноги с кровати.

Ей нужно было срочно посетить ванную комнату, заодно, исчезнуть с глаз Бориса. Таша почти встала, когда вспомнила про крыс. Она, взвизгнув, бухнулась обратно на постель и поджала к груди коленки.

— Что? Что случилось? — всполошился Борис и кинулся к ней.

Он был, и так, словно на иголках, всё это утро ждал её пробуждения, будто, приговора строгого судьи.

— Я боюсь идти в ванную, — прошептала Таша, немного напуганная бурной реакцией мужа.

Борис ничего не понял, но подхватил жену и понёс на руках, в очередной раз про себя удивляясь странностям человеческих женщин.

— Неси в твою! — вдруг попросила Наташа.

Она просто заметила, через раскуроченный смежный проём между спальнями, что дверь в её ванную комнату открыта, значит, маленькие длиннохвостые монстры могли туда забежать.

Борис ожидал окончания утренних процедур под дверью и напряжённо пытался понять свою женщину: «Всё нормально — это значит понравилось и можно будет снова приласкать её? Или, нет, но она не сердится, но и повторить не позволит? Почему все женщины, даже волчицы, не могут говорить понятно и прямо? Как нормальному оборотню понять, что самка имеет в виду?»

Стихли журчащие звуки воды, изогнутая ручка на двери ванной комнаты медленно повернулась и… осталась в таком положении. Всё затихло.

Борис немного подождал, потом, не выдержал и дёрнул дверь на себя. Наташа, которая держалась за ручку с обратной стороны, от неожиданного рывка вылетела и с силой впечаталась в грудь альфы.

— Ты почему не выходила? — спросил он, сразу подхватывая пару под ягодицы.

— Так крысы… — она возмущённо посмотрела на него сверху и обвила ногами поясницу, устраиваясь поудобнее.

На этот раз полотенце сверху плотно охватывало фигурку пары, но внизу ладони альфы нежно сминали ничем не прикрытые половинки.

— Я их уже поймал, посадил в коробку и вынес в гараж.

— Правда? А они там не замёрзнут? — Таша безуспешно попыталась встать на ноги.

— Конечно, правда. Не замёрзнут, в гараже достаточно тепло. Завтра поручу кому-нибудь отвезти их подальше и выбросить. Прости, что не угодил с подарком. Ты точно хочешь только кошку? Мы можем построить для неё большой вольер, огороженный сеткой, и держать там. Тогда оборотни до неё не доберутся.

Таше вдруг стало жалко бедных крыс.

— Не надо их отвозить и выбрасывать. Лучше купи большую клетку с надёжной защёлкой и выдели им комнату в особняке, только, подальше от моей спальни. У тебя ведь много комнат.

— У нас… У нас с тобой много комнат. Тем не менее, особенно учитывая, что тебе эти животные не нравятся, выделять отдельную комнату для крыс неразумно, согласись. Их не выбросят, просто отпустят на волю, — примирительно возразил Борис.

Чем это отличается? Наташа понимала, что домашние зверьки скорее всего погибнут.

— Это ведь мой новогодний подарок! — делано возмутилась она.

Борис растерянно смотрел на жену. Он не понимал её: не любит крыс, но хочет для них комнату в доме.

Вдруг ему пришла в голову интересная мысль.

— Хорошо будет этим никому не нужным крысам отдельная комната, но только если ты меня поцелуешь… сто раз.

Таша хмыкнула, быстро взяла лицо Бориса в ладошки и успела десяток раз чмокнуть его в самый кончик носа, пока он со смехом не отстранился.

— Остальные девяносто поцелуев только в моей постели и туда, куда я укажу и только после завтрака!

Весна заявила о себе неожиданно. Ласковое солнце расплавило почти весь снег и даже островками подсушило асфальт. Лишь кое-где в парке упорно сражались с весенним теплом рыхлые грязно-серые подтаявшие сугробы.

Таша теперь в основном находилась в пределах личной территории альфы, лишь изредка бывая в университете. Борис не ограничивал её передвижения, однако, каждую отлучку из дому ей нужно было чем-то обосновывать. Ездить на занятия необходимость пропала потому, что Наташа ушла на написание дипломной работы и теперь она могла вырываться из посёлка оборотней только для встречи с преподавателями или на консультацию.

После Нового года Борис правдами и неправдами прочно обосновался по ночам в её постели. Впрочем, нет… Часто он затаскивал жену на своё ложе.