Чтение онлайн

Потерев лицо ладонями, я сделала над собой ещё одно усилие и встала, наконец, с постели. Собрала на макушке волосы в лохматое гнездо и, надев лосины и топ для йоги, прихватила с собой коврик и спустилась вниз.

И снова Пётр печет хлеб, снова его руки в муке, а на голос торсе нет ничего, кроме фартука. Просто идеальная картина каждое утро. Конечно, до тех пор, пока этот мужчина не откроет рот и не начнёт говорить.

– Ты в поход собралась? Нахрена тебе это? – указал он хмурым взглядом на фиолетовый коврик для йоги в моей руке.

– Я пропустила позавчерашний вечер и вчерашний день, не уделив своему здоровью должного внимания. Хочу сегодня наверстать. Можете присоединиться. Йога очень полезна для людей любого возраста. Особенно вашего, - ехидно улыбнулась я, наливая себе стакан воды из графина.

– Нос еще не дорос, - выронил Пётр небрежно и мазнул мне по кончику носа пальцем, оставив след от муки. – Я свои геморрой и радикулит честно нажил за все годы, так что добровольно с ними не расстанусь.

– Займитесь хотя бы зарядкой. Утренней. Полезнее, чем поедание хлеба, - указала я взглядом на круглую буханку горячего хлеба на столе.

Как же есть хочется!

– Пожрёшь? Или конечности натощак завязываются?

– Натощак.

Допив стакан воды, я вышла из дома, оставив Петра одного жарить себе яичницу. Нельзя соблазняться на его кулинарные способности. Иначе зад мой никогда не прекратит свой рост.

На улице я решила расположиться прямо на бетонированной площадке перед крыльцом. Здесь ровно, чисто и даже ветерок слегка поддувает. А еще пахнет цветами, которыми засажено всё пространство вокруг.

Приняв начальную позицию, я начала разминать шею, кисти рук и плечи. мышцы всё еще болели после испытания конюшней, но при этом их приятно тянуло во время растяжки. И это расслабляло.

Беляш, зная мои привычки, спокойно завалился в тенёк высоких цветов и, высунув язык, пыхтел оттуда как старый дед, пробежавший марафон. А вот Найда, похоже, не была готова к тому, что в ее дворе на коврике из пенопласта будет гнуться какая-то девчонка.

Встав напротив меня, она чуть склонила голову набок и внимательно следила за каждым моим движением. Иногда мне казалось, что она хмурилась почти так же, как ее вечно чем-то недовольный хозяин.

В один из моментов я решила погладить ее за ухом, но Найда убрала голову в сторону, не позволив мне ее коснуться.

– Правильно, Найда. Вдруг это барахтанье червя на коврике заразно. Не давай ей себя касаться, - усмехнулся низкий голос сверху.

Задрав голову, я увидела Петра, который, стоя на балконе, потягивал кофе из своей большой кружки. Конечно же, без футболки, но в джинсах.

– И давно вы наблюдаете? – крикнула я. Отвернувшись, закатила глаза и сменила позицию.

– Да минут десять уж. Жду, когда завяжешься, да можно будет тебя в багажник закинуть и на ферму увезти телятам поиграть.

– Не дождётесь.

Встав в позу собакой мордой вниз, я весьма красноречиво показала, куда Петру следует пойти вместе с его плоскими шуточками. Не выходя из этой позиции, выпрямила правую ногу вверх и со смехом взвизгнула, когда Найда решила игриво под меня поднырнуть и начать лизать лицо.

– Найда, - хохотнула я, упав рядом с ней на коврик, который она заняла почти полностью. Трепля ее по шерсти за ушами и на шее, я рассмеялась еще громче, когда Найда, будто парадирую меня, опустившись на передние лапы, подняла свой зад и попыталась задрать заднюю лапку.

– Всё, Найда. Пиздец заразен, - смеялся сверху Пётр. – Разогнись. Не вгоняй пердушонка в комплексы. Он и так после пробежки с тобой чуть не сдох три раза.

– Ой, Петя! Неужели я тебя поймала? – женский гнусавый голос схлопнул наше веселье, как мыльный пузырь.

Пётр со слегка поблекшей улыбкой перевел взгляд с меня на источник неприятного моему слуху звука и кивком головы поздоровался.

– Здравствуй, Наташа, - произнес он и отпил немного кофе, продолжая опираться локтями о перила балкона.

Присев на коврике и продолжая чесать напрягшуюся вместе со мной Найду, я посмотрела на женщину, стоящую за калиткой и не очень-то доброжелательно на меня посмотревшую.

На часах нет еще даже семи утра, а она уже при параде, если ее внешний вид можно так назвать: красное платье в белый горошек, алые губы и черные стрелки за слипшимися черными ресницами. Да она не поленилась даже локоны на своих волосах до плеч накрутить! Впрочем, грудь выставить так, чтобы ее точно было хорошо видно с балкона, где стоял Пётр, она тоже не поленилась.

– А я к тебе, Петь, по-соседски, за солью, - вещала женщина.

По-соседски? Я специально посмотрела по сторонам.

От этого дома до ближайшего километра два-три по отсутствующей дороге. Ближе соседей не нашлось? Или у Петра какая-то особо соленая соль?

– Ну, заходи, - снисходительно вздохнул Пётр и, оттолкнувшись от перил, ушёл с балкона.

Дамочка в красном, гордо расправив плечи, будто выиграла олимпиаду по борзости, открыла калитку и споткнулась о свои же ноги, когда на нее из тенька, чередуя хрюканье с лаем, выскочил Беляш.

Крупно вздрогнув, баба в красном, почему-то, предпочла схватить себя за сиськи и только потом решила покричать и весьма неправдоподобно:

– Петя! Петя! Здесь какой-то пёс! Я боюсь!

– Он вас больше испугался, чем вы его, - хмыкнула я и получила в ответ порцию пренебрежительного взгляда от дамочки из-под слипшихся ресниц.

Как-то быстро она забыла, что только что испугалась до смерти. Беляш, впрочем, тоже быстро выдохся: оборвав свой лай, завалился обратно под куст, вероятно, надеясь на то, что кто-то долает за него. Найда дамочку, вообще, проигнорировала и развалилась на моём коврике, выместив с него меня. Пришлось встать и посмотреть на дамочку, которая в своих босоножках на танкетке была со мной одного роста.

– А ты кто? – чуть скривила губы женщина, которой на вид было явно за тридцать.

– Помощница Петра. А что? – скрестила я руки на груди.

Видит Бог, я могла бы быть более дружелюбной, если бы она не смотрела на меня с таким нескрываемым отвращением.

– А ничего, - качнула она головой, поджав губы. Смерила меня еще раз взглядом и гордо пошла в дом. – Помощница… - услышала я выплюнутое женщиной слово.

Я молча дернула бровями и опустилась на коврик, где о занятиях йогой пришлось забыть, так как Найда мне места уступать не собиралась. Поэтому я просто от души погладила и потискала такую большую и добрую собаку, которая только внешне казалась грозной и злой. Но на деле она ласковая плюшка. Наверное, даже Беляш не так сильно радуется моим ласкам, как Найда.